Снести нельзя оставить? Что будет с домами, построенными в опасных местах
0
397
Тысячи россиян живут в опасных местах. Их дома, построенные около ранее проложенных магистральных и промышленных трубопроводов, из-за решений чиновников стоят в потенциальной зоне поражения в случае аварии.
Такое жильё хотели снести, а его хозяев — отселить с таких территорий. Но сделать это — вопреки позиции Кремля о недопустимости социального напряжения — не посмели. Проблема была заморожена, и только сейчас нашли возможный способ её устранения.
Наследие «правового безвременья»
В Госдуме подготовлен проект закона о сокращении границ зон минимальных расстояний до магистральных и промышленных трубопроводов, сообщил глава комитета Госдумы по энергетике Павел Завальный. По его словам, документ должен быть доработан совместно с коллегами и внесён в ГД.
Завальный напомнил, что при проектировании строившихся в годы СССР трубопроводов согласно строительным нормам и правилам устанавливались зоны минимальных расстояний до них. То есть нарушений тогда не было, отметил он.
В 1990-х, 2000-х — при «правовом безвременье» — в зонах минимальных расстояний построили очень много капитальных объектов, констатировал парламентарий. Огороды, первыми появившиеся в тех местах, превратились в «маленькие дачки», ставшие затем посёлками. При «дачных амнистиях» власти разрешили в этих посёлках регистрацию по месту жительства, обратил внимание депутат.
«В итоге: эти дачные посёлки превратились в населённые пункты, и эти населённые пункты находятся в зонах минимальных расстояний, то есть в потенциальной зоне поражения в случае аварии — эти все зоны кровью написаны.
В моём избирательном округе есть город Пыть-Ях (Ханты-Мансийский автономный округ — прим.), а там куда ни поди — везде месторождения то нефти, то газа. <...> И полгорода находится в зоне минимальных расстояний: там идёт трубопровод, зона минимальных расстояний у него — 10 километров. И тот глава муниципального образования, который давал разрешение на строительство и «прирезал» землю в этой зоне, нарушал требования закона. <...> Его в живых уже нет, а нарушение осталось», — рассказал Павел Завальный.
По его мнению, ответственность за допущенные нарушения, исчисляемые десятками тысяч, несёт государство, прежде всего местные власти, которые сперва разрешили людям построить дома, а потом — и регистрироваться в них.
«Ладно бы дома индивидуальные (ИЖС), но многоэтажные дома построены. Люди говорят: «Мы в опасности живём?» — «Да, в опасности!» — «Тогда нас переселяйте». Кто купил по ипотеке, кто как социальное жильё получил. Это проблема тысяч человек — не одного», — сказал председатель комитета Госдумы по энергетике.
А несколько лет назад одна из компаний, оператор трубопроводов, решила в судебном порядке устанавливать границы зон минимальных расстояний, вносить их в кадастр и требовать сноса зданий и сооружений, находящихся в таких местах.
«Но президент в это время сказал: чтобы не создавать социальную напряжённость — суды эти прекратить. Суды эти прекратились, а проблема осталась. То есть по факту люди живут в зоне потенциального поражения в случае аварии.
Вот сейчас по телевизору показывали разрыв в Удмуртии. Три человека погибли, один повреждён — не знаю, выживет или нет. Получилось, что в зоне поражения люди были, [когда произошёл] разрыв газопровода. Я это проходил всё [когда работал в газовой отрасли]: и разрывы были, и устранял эти аварии. Когда надо кран перекрыть — подходишь, а полушубок трещит от жары, а кран надо закрывать, докрывать, чтобы пламя погасить. Я знаю, что это такое, там инфракрасное излучение такое мощное идёт!» — вспомнил Павел Завальный.
Читайте также: Что стопорит Россию перед встряской энергетики
Какой придуман механизм
Частичное решение проблемы нашли в 2017 году, когда законодательно установили: при капитальном ремонте трубопроводов можно менять категорию их опасности — например, при смене четвёртой на первую в два раза уменьшать зону минимальных расстояний, уточнил парламентарий.
Сейчас найден ещё один механизм — указанный в начале проект закона о сокращении границ зон минимальных расстояний до магистральных и промышленных трубопроводов.
«В его рамках — через обоснование безопасности уже относительно не нахождения объекта капитального строительства в зоне минимальных расстояний, а относительно опасного производственного объекта, учитывая [показатели] его надёжности и безопасности эксплуатации, — можно уменьшать зону минимальных расстояний вплоть до охранных зон.
То есть прописать этот механизм, чтобы им можно было пользоваться в добровольном порядке или в немножко принудительном порядке. Чтобы <...> в течение какого-то времени эта проблема была решена. И подвести черту: либо дать возможность спокойно находиться людям в этой зоне и гарантировать их безопасность, либо, если мы этого не можем сделать, всё-таки сносить эти дома, эти сооружения.
Мы через моря-океаны кладём газопроводы, нефтепроводы — и гарантируем 100-процентную безопасность, надёжность эксплуатации. Почему мы не можем на отдельных участках сделать то же самое, допустим, положить бетонированную трубу и гарантировать 100-процентную безопасность? Как, в принципе, весь мир и делает, вся Европа делает», — отметил Завальный.
Читайте по теме: Газ из России может пойти в Европу через ворота Азии
Алексей Лохвицкий
Такое жильё хотели снести, а его хозяев — отселить с таких территорий. Но сделать это — вопреки позиции Кремля о недопустимости социального напряжения — не посмели. Проблема была заморожена, и только сейчас нашли возможный способ её устранения.
Наследие «правового безвременья»
В Госдуме подготовлен проект закона о сокращении границ зон минимальных расстояний до магистральных и промышленных трубопроводов, сообщил глава комитета Госдумы по энергетике Павел Завальный. По его словам, документ должен быть доработан совместно с коллегами и внесён в ГД.
Завальный напомнил, что при проектировании строившихся в годы СССР трубопроводов согласно строительным нормам и правилам устанавливались зоны минимальных расстояний до них. То есть нарушений тогда не было, отметил он.
В 1990-х, 2000-х — при «правовом безвременье» — в зонах минимальных расстояний построили очень много капитальных объектов, констатировал парламентарий. Огороды, первыми появившиеся в тех местах, превратились в «маленькие дачки», ставшие затем посёлками. При «дачных амнистиях» власти разрешили в этих посёлках регистрацию по месту жительства, обратил внимание депутат.
«В итоге: эти дачные посёлки превратились в населённые пункты, и эти населённые пункты находятся в зонах минимальных расстояний, то есть в потенциальной зоне поражения в случае аварии — эти все зоны кровью написаны.
В моём избирательном округе есть город Пыть-Ях (Ханты-Мансийский автономный округ — прим.), а там куда ни поди — везде месторождения то нефти, то газа. <...> И полгорода находится в зоне минимальных расстояний: там идёт трубопровод, зона минимальных расстояний у него — 10 километров. И тот глава муниципального образования, который давал разрешение на строительство и «прирезал» землю в этой зоне, нарушал требования закона. <...> Его в живых уже нет, а нарушение осталось», — рассказал Павел Завальный.
По его мнению, ответственность за допущенные нарушения, исчисляемые десятками тысяч, несёт государство, прежде всего местные власти, которые сперва разрешили людям построить дома, а потом — и регистрироваться в них.
«Ладно бы дома индивидуальные (ИЖС), но многоэтажные дома построены. Люди говорят: «Мы в опасности живём?» — «Да, в опасности!» — «Тогда нас переселяйте». Кто купил по ипотеке, кто как социальное жильё получил. Это проблема тысяч человек — не одного», — сказал председатель комитета Госдумы по энергетике.
А несколько лет назад одна из компаний, оператор трубопроводов, решила в судебном порядке устанавливать границы зон минимальных расстояний, вносить их в кадастр и требовать сноса зданий и сооружений, находящихся в таких местах.
«Но президент в это время сказал: чтобы не создавать социальную напряжённость — суды эти прекратить. Суды эти прекратились, а проблема осталась. То есть по факту люди живут в зоне потенциального поражения в случае аварии.
Вот сейчас по телевизору показывали разрыв в Удмуртии. Три человека погибли, один повреждён — не знаю, выживет или нет. Получилось, что в зоне поражения люди были, [когда произошёл] разрыв газопровода. Я это проходил всё [когда работал в газовой отрасли]: и разрывы были, и устранял эти аварии. Когда надо кран перекрыть — подходишь, а полушубок трещит от жары, а кран надо закрывать, докрывать, чтобы пламя погасить. Я знаю, что это такое, там инфракрасное излучение такое мощное идёт!» — вспомнил Павел Завальный.
Читайте также: Что стопорит Россию перед встряской энергетики
Какой придуман механизм
Частичное решение проблемы нашли в 2017 году, когда законодательно установили: при капитальном ремонте трубопроводов можно менять категорию их опасности — например, при смене четвёртой на первую в два раза уменьшать зону минимальных расстояний, уточнил парламентарий.
Сейчас найден ещё один механизм — указанный в начале проект закона о сокращении границ зон минимальных расстояний до магистральных и промышленных трубопроводов.
«В его рамках — через обоснование безопасности уже относительно не нахождения объекта капитального строительства в зоне минимальных расстояний, а относительно опасного производственного объекта, учитывая [показатели] его надёжности и безопасности эксплуатации, — можно уменьшать зону минимальных расстояний вплоть до охранных зон.
То есть прописать этот механизм, чтобы им можно было пользоваться в добровольном порядке или в немножко принудительном порядке. Чтобы <...> в течение какого-то времени эта проблема была решена. И подвести черту: либо дать возможность спокойно находиться людям в этой зоне и гарантировать их безопасность, либо, если мы этого не можем сделать, всё-таки сносить эти дома, эти сооружения.
Мы через моря-океаны кладём газопроводы, нефтепроводы — и гарантируем 100-процентную безопасность, надёжность эксплуатации. Почему мы не можем на отдельных участках сделать то же самое, допустим, положить бетонированную трубу и гарантировать 100-процентную безопасность? Как, в принципе, весь мир и делает, вся Европа делает», — отметил Завальный.
Читайте по теме: Газ из России может пойти в Европу через ворота Азии
Алексей Лохвицкий