Марк Шагал. Радость земного притяжения
Государственный музей изобразительных искусств имени А. С. Пушкина впервые за четыре десятилетия представил в стенах музея масштабный проект — моновыставку «Марк Шагал. Радость земного притяжения»
Жизнь Марка Шагала (1887–1985) — это целая эпоха, включающая в себя все важные события истории ХХ века. Шагал был и графиком, и живописцем, и театральным художником, и монументалистом, одним из лидеров мирового авангарда. Его жизнь — удивительный, захватывающий роман, который интересно читать и поражаться его живописности и невероятности. Я попробовала представить его жизнь в виде короткой и яркой притчи.
Притча о художнике Марке Шагале, который родился в пожаре, всю жизнь горел творчеством и любовью и умер в полёте.
Это случилось в далёком 1887 году, в то время, когда американские физики Альберт А. Майкельсон и Эдвард У. Морли поставили научный эксперимент, который показал отсутствие «эфирного ветра» и заложил фундамент теории относительности Альберта Эйнштейна.
В местечке Лиозно в Витебской губернии вспыхнул пожар. Пламя бесновалось, как бешенный алый петух, и, ворвавшись в один из ничем не примечательных деревянных домов, где жила еврейская семья, подскочил к кровати, на которой лежала мать с новорождённым ребенком. Дитя не дышало, а его мать замерла от ужаса. Из огня выскочила искра, влетела в младенца и вернула его к жизни. Огонь отступил, нырнул глубоко в землю и вынырнул в далёком казахстанском городе Верный (ныне Алматы), где разрушил 1799 каменных и 839 деревянных зданий.
Так родился мальчик, Мовша Хацкелевич Шагал, которого мир узнает как великого живописца Марка Шагала.
«…когда я родился — в маленьком домике у дороги позади тюрьмы на окраине Витебска вспыхнул пожар. Огонь охватил весь город, включая бедный еврейский квартал. Мать и младенца у неё в ногах, вместе с кроватью, перенесли в безопасное место, на другой конец города. Но главное, родился я мёртвым. Не хотел жить. Этакий, вообразите, бледный комочек, не желающий жить. Как будто насмотрелся картин Шагала. Его кололи булавками, окунали в ведро с водой. И наконец он слабо мяукнул. В общем, я мертворождённый». Марк Шагал «Моя жизнь».
Образ огня-петуха навсегда запечатлелся в душе мальчика, поселив в нём энергию творчества, неутолимую жажду путешествий и страсть к живописной палитре пламени.
На юного Мовшу не действовали законы притяжения витебской земли, его дух был призван к высокой миссии творца и рвался к искусству. Чтобы постичь тайны живописи, он отправился в Петербург, на что выпросил денег у отца. Отец дал ему 27 рублей со словами: «Помни, что у меня больше нет денег. Это всё, что я могу тебе дать. Ничего не пришлю. На большее не рассчитывай».
В Петербурге он поступил в школу Льва Бакста, но ходить на уроки не стал. Позже он объяснял своё решение так: «Наверно, я вообще не поддаюсь обучению. Или меня не умели учить. Недаром же ещё в средней школе я был плохим учеником. Я способен только следовать своему инстинкту. Понимаете? А школьные правила не лезут мне в голову».
«Я не хочу быть похожим на других, я хочу видеть мир по-своему». Марк Шагал «Моя жизнь»
Когда Бакст собрался в Париж, юный Шагал, грезивший Францией, хотел отправиться с ним. Но Бакст раскритиковал работы Шагала: «Да, талант есть, но вас испортили, вы на ложном пути».
В результате Шагал уехал в Париж самостоятельно, без Бакста, о чём свидетельствовал в своей книге: «Дороги наши разошлись. В Париж я поехал один». В Париж Шагал «влетел» налегке, практически без денег, с пустым кошельком, но с огромным желанием творить. Он поселился вместе с другими талантливыми представителями богемы в общежитии художников «Улье». У юноши были одни брюки и рубашка, поэтому он рисовал голым, чтобы не испачкать одежду. Не имея денег на холсты, Шагал писал картины то на скатерти, то на простынях, то на собственной ночной рубашке. А когда под рукой не было никакого материала, он рисовал свои картины в воздухе. Питался он тоже очень скромно, экономя каждую копейку.
«В мастерских у русских рыдала обиженная натурщица, у итальянцев пели под гитару, у евреев жарко спорили, а я сидел один, перед керосиновой лампой. Кругом картины, холсты — собственно, и не холсты, а мои скатерти, простыни и ночные сорочки, разрезанные на куски и натянутые на подрамники. Ночь, часа два-три. Небо наливается синевой. Скоро рассвет. С боен доносится мычание — бедные коровы». Марк Шагал «Моя жизнь»
Но это не мешало ему посещать Лувр, чтобы вдохновиться полотнами великих мастеров. Франция подарила ему второе рождение: здесь проявился Марк Шагал — художник, чьё имя знает весь мир.
«Бродя по круглому залу Веронезе или по залам, где выставлены Мане, Делакруа, Курбе, я уже ничего другого не хотел. Россия представлялась мне теперь корзиной, болтающейся под воздушным шаром. Баллон-груша остывал, сдувался и медленно опускался с каждым годом всё ниже. Примерно то же думал я о русском искусстве вообще». Марк Шагал «Моя жизнь»
В 1914 году, перед началом войны, Шагал вернулся в Витебск. Первая мировая война поменяла планы художника и задержала его в Витебске. В 1917 году он стал комиссаром по искусству и основал художественную школу. Новая власть в целом творчество Шагала одобрила и посчитала вполне революционным.
И уже в 1919 он открыл Витебское народное художественное училище (ВНХУ). В училище ему удалось организовать систему свободных мастерских, где живописи могли учиться талантливые ребята, выходцы из самых бедных слоев населения. По приглашению Шагала в Витебск стягиваются звёзды русского авангарда Эль Лисицкий, Нина Коган, Вера Ермолаева, Юдель Пэн и, конечно, же Казимир Малевич, с которым у него случится конфликт, который спровоцирует отъезд Шагала из Витебска, а затем из России.
В это же время в Витебск со всей страны приезжают молодые таланты, среди которых будет и Валентин Иосифович Антощенко-Оленев, который станет учеником Шагала, позже, пройдя ссылку и тяжелейшие испытания, он приедет в Алма-Ату и станет заслуженным деятелем искусств Казахской ССР. В один прекрасный день к нему в гости в мастерскую вместе с папой придёт девочка Катя, для которой он станет первым учителем рисования. Она вырастет, переедет в Москву и станет журналистом и художником, в декабрьский день она придёт на выставку «Марк Шагал. Радость земного притяжения» и напишет портрет Шагала и притчу о его жизни.
«В искусстве всё должно отвечать движению нашей крови, всему нашему существу, включая бессознательное». Марк Шагал «Моя жизнь»
Но вернёмся в Витебск: бурная деятельность в Витебском народном художественном училище не помешала Шагалу взяться за работу над декорациями для Еврейского камерного театра.
Как-то в Витебске на улице он встретил цыганку. Её полыхающая яркими красками юбка заворожила художника. Она взяла его руку, посмотрела ему в глаза и сказала: «Ты полюбишь двух обычных женщин и одну необыкновенную. А смерть твоя придёт в полёте».
Его первой женой стала необыкновенная красавица Белла Розенфельд. Рядом с ней Шагал чувствовал себя в невесомости, да и сама Белла, казалось, не ходила по земле, как все обычные люди, а парила над ней. Своей любовью Марк вознёс её на небеса. Их полёты во сне и наяву художник запечатлеет на многих своих полотнах. Вместе с ними в небо взлетали и другие люди, козы, коровы, лошади, часы, скрипки и рыбы.
«Стой, не двигайся… Я всё ещё держала цветы… Ты так и набросился на холст, он, бедный, задрожал у тебя под рукой… Ты закружил меня в вихре красок. И вдруг оторвал от земли и сам оттолкнулся ногой, как будто тебе стало тесно в маленькой комнатушке… Вытянулся, поднялся и поплыл под потолком. Вот запрокинул голову и повернул к себе мою. Вот коснулся губами моего уха и шепчешь… И вот мы оба, в унисон, медленно воспаряем в разукрашенной комнате, взлетаем вверх. Нам хочется на волю, сквозь оконные стёкла. Там синее небо, облака зовут нас». Белла Розенфельд «Горящие огни»
Город Витебск как гармонь складывался и раскладывался на его полотнах, нарушая все законы архитектуры и композиции. Он любил Витебск, а еще он любил Париж. Поэтому соединил их в своей фантазии — покосившиеся дома родного города соседствовали на его полотнах с улочками Парижа. В его реальности Витебск и Париж были совсем рядом, достаточно было выглянуть в окно, а потом «взлететь» и оказаться во Франции.
«Почва, питавшая корни моего искусства, — это был город Витебск, но моей живописи был нужен Париж, как дереву необходима вода, чтобы оно не засохло». Марк Шагал «Миссии художника»
«Моё искусство не рассуждает, оно — расплавленный свинец, лазурь души, изливающаяся на холст». Марк Шагал «Моя жизнь»
Белла родила Марку прекрасную девочку Иду, похожу на ангела. Белла и Марк прожили вместе счастливых 29 лет, пока смерть не разлучила их. Потеря любимой музы стала для Шагала тяжёлым ударом и запечатлелась мрачными красками на его полотнах.
«Искусство — это прежде всего состояние души». Марк Шагал «Моя жизнь»
Его второй женой стала Вирджиния Хаггард, внешне похожая на Беллу Розенфельд. Она была младше его на четверть века и подарила ему сына Дэвида. Но Вирджиния не могла сравниться с его первой любовью, а тем более её заменить. Позже Вирджиния сбежала от художника, предпочтя ему молодого бельгийского фотографа.
Потрясённый предательством, Шагал даже всерьёз подумывал о том, чтобы свести счёты с жизнью, но на помощь ему пришла его дочь Ида. Она озаботилась поисками подруги для отца и уговорила стильную красавицу Валентину Бродскую стать его компаньонкой. Валентина жила в Лондоне, где содержала собственный салон моды. Она была красива, деловита и достаточно молода для того, чтобы понравиться художнику. Он же быстро привязался к своей новой подруге, и Вава, как называли её близкие, 12 июля 1952 года вышла замуж за Марка. В отличие от первой жены Шагала Беллы, которая была для него музой, Валентина стала для художника идеальным менеджером и организатором его творческой и деловой жизни. Помня о предсказании цыганки, Валентина Григорьевна просила супруга не лететь самолётом и несколько раз даже не пустила его в аэропорт. И всё же...
На 98-м году жизни Шагал зашёл в лифт, чтобы подняться на второй этаж в своем доме в Сен-Поль-де-Вансе. Лифт начал движение, и сердце художника остановилось. Предсказание цыганки сбылось: он умер в «полёте».
Шагал был похоронен на кладбище в Сен-Поль-де-Вансе (фр. Saint-Paul-de-Vence). На мраморной плите были изображены еле заметные крылья ангела и даты жизни художника 1887−1985.
«… А ночью — ангел светозарный над крышей пламенел амбарной и клялся мне, что до высот моё он имя вознесёт…» Марк Шагал
Так жизнь Марка Шагала стала притчей о силе искусства, могуществе любви и неизбежности судьбы. В его работах — боль потерь и радость творчества, грусть разлуки и свет надежды, краски печали и палитра радости. И в конце пути он повторил заветом: «В искусстве и в жизни всё возможно, если в его основе — Любовь!»
«Если всякое существование неизбежно движется к своему завершению, мы должны в течение нашей жизни раскрасить её красками любви и надежды». Марк Шагал «Моя жизнь»
Основу экспозиции в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина составили произведения «русского периода» (конец 1900-х – 1922) — одного из самых насыщенных и важных в творчестве художника. Проект предлагает по-новому открыть для себя искусство Марка Шагала, который даже в эмиграции продолжал возвращаться в своём творчестве на Родину. Произведения из отечественных музейных и частных собраний сопровождаются цитатами из автобиографической книги Марка Шагала «Моя жизнь». Рядом с наполненными бытовыми деталями работами соседствуют более метафоричные композиции, созданные на рубеже 20-х годов прошлого века.
Центром экспозиции в Белом зале музея стала реконструкция зрительного зала Еврейского камерного театра, для которого художник в 1920 году расписал девять панно.
На выставке представлены произведения из так называемой «витебской серии», в которой Шагал с огромной любовью и вниманием запечатлел самых близких людей и виды родного города и его окрестностей.
Почувствовать атмосферу, любимую мастером, можно в «Комнате семьи Шагал» — воссозданный интерьер с подлинными предметами мебели из дома художника в Витебске.
Экспозицию можно увидеть в Главном здании Государственного музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина до 15 марта 2026 г.