Книжный обзор Metro: что почитать из новинок российских издательств
Бестселлер недели
"Metro"
Фото:
Аннотация: Этот роман – увлекательное переосмысление "Приключений Гекльберри Финна" Марка Твена, шокирующее и неистово смешное. История рассказана глазами Джима, того самого раба, вместе с которым Гек отправляется в опасное путешествие по реке Миссисипи. Многие детали сюжета сохранены, но Джим, точнее, Джеймс, предстает перед нами в новом, совершенно неожиданном свете. Эверетт написал роман о стремлении к свободе, о том, что требуется, чтобы эту свободу заполучить.
Наше мнение: Пулитцеровская премия 2025. Национальная книжная премия (США) 2024. Бестселлер The New York Times. Лучшая книга года по версии The Washington Post, The New Yorker и много кого ещё. Ну такому роману попробуй не дай, конечно! Без шуток. Чернокожий профессор словесности Персиваль Эверетт решил восстановить историческую справедливость и дать слово мальчику-рабу, который бы представил свою версию событий, изложенных полуотменённым "расистом" Марком Твеном в "Приключениях Гекльберри Финна" (1884 год). Учитывая, что автор преподаёт английский в университете и имеет большой писательский бэкграунд, можно даже не сомневаться в том, что "Джеймс" написан талантливо, образным языком и в попытке стилизовать всё под оригинал, не пародируя его.
Читать эту лёгкую, хотя и мрачноватую по содержанию и смыслам приключенческую историю – одно удовольствие: в ней есть динамика, много народной мудрости, отличная проработка языковых акцентов, настроение и отпечаток времени, так же как и места действия в нём. Книга простая, психологически достоверная, насыщенная запахами, вкусами, звуками, которые буквально ощущаешь. Написана вполне в духе классической американской литературы XIX века с богатыми диалогами и яркими описаниями.
Но, как обычно, есть нюансы. И они, разумеется, идеологические. Чернокожий пацан, который, по идее, кроме плантации ничего в своей жизни не видел, предстаёт в романе светочем мудрости, разговаривает как закончивший университеты умник и пытается уверить нас даже не в том, что рабство это кошмар (мы и сами знаем). Его слова и действия создают впечатление, что в оковах тогда держали исключительно академиков, которые не состоялись в жизни потому, что им век воли не видать.
Но чёрт с ним, в конце концов! Пишет Эверетт развлекательное переосмысление в стиле фантазии, пусть! Чернокожие страдали, так что эти условности не так важны (хотя правда характеров просто улетучивается). Но по сути автор искажает сам смысл оригинала, который показывал исключительную человечность Джима (тот самый Джеймс) в ужасающих обстоятельствах несвободы, демонстрировал это с юмором и иронией. Книга Эверетта также рекламируется как сатира, наследуя Твену, но она не особо смешная, лишь изредка, пятнами, настроение всё-таки минорное из-за темы и нарративов. Автор попросту опускает огромное количество важнейших для "Геккельбери Финна" эпизодов, которые было бы здорово увидеть с другой точки зрения.
Ну и вишенка на торте: аморальные белые (в противоречие с носителями высокой культуры – чернокожими, конечно) и дисклеймеры на каждый странице, что рабство плохо, а рабы проходят через ад. В некотором смысле подобные универсальные посылы создают ощущение, что автор настойчиво старается убедить читателей в том, что black lives matter. Может и так, но книгу мы читаем не за этим.
Что ж, мы давно уверовали в то, что отличная литература может быть стилистически и сюжетно замечательной, при этом с несколько гиперболизированной долей политкорректности. Но это их бараны. Трудно представить, каким могли быть наши, если бы мы переписали, к примеру, русскую классику от лица крепостных.
Научпоп недели
"Metro"
Фото:
Аннотация: Сборник историй великих российских артистов, режиссёров и актёров об интереснейшем явлении в истории СССР – дефиците. Эта книга не только о том, на какие ухищрения шли люди, чтобы раздобыть самое необходимое – одежду и обувь, продукты, бытовую технику, книги, машины, билеты в театр и контакты нужных специалистов (врачей, сантехников, автослесарей), она о самом времени и обстоятельствах, которые так или иначе коснулись почти каждого жителя страны. Это памятник ушедшей эпохе и подтверждение тому, что советский человек мог найти выход практически из любого положения и не поддавался унынию, умел радоваться не только огромным победам, но и самым простым вещам.
Наше мнение: Нынешним подросткам сложно объяснить, что такое советский дефицит и почему одежду, музыку и даже хозтовары надо было активно доставать, словно это спорт. У тех, кто зацепил строй хотя бы по касательной, обязательно есть истории, связанные с теми самыми "доставальщиками" – фарцовщиками. Мои родители через подпольных друзей покупали втридорога пластинки, технику и джинсы. И однажды отца, с его слов, даже забрали в КГБ по подозрению в связях с нарушителями закона. Всё разрешилось вполне пристойно, но это штришок для тех, кто может вспомнить лишь юмористические миниатюры из фильмов "Иван Васильевич меняет профессию" или "Берегись автомобиля!". На самом деле всё было более чем серьёзно!
Автор "Дефицита" Евгения Смурыгина могла бы написать классический научпоп о тех, кто помнит времена и готовы поделиться сюжетами, разложить по полочкам схемы и опросить экспертов. Но получилось интереснее: рассказы нон-стоп от первого лица известных актёров и общественных деятелей.
"Лилия Митта, жена режиссёра Саши Митты, как-то позвонила моей Глаше и говорит: "Срочно садимся в вашу машину и едем в Военторг. Там "выбросили" спаржу. Глаша спрашивает: "А что это такое?" – "Спаржа! Поехали!". Они там встали в очередь и простояли три часа". Это очень характерная история от актёра Вениамина Смехова. В ней смысл явления – дефицита: часто доставали не то, что нужно, а то, что привезли.
А его коллега Александр Ширвиндт вспоминает на страницах о превратностях и перекосах советской торговли. В знаменитой высотке на Котельнической набережной был гастроном внизу. В отделах сыров, копчёностей и живой рыбы повсеместно лежали кубинские сигары – тогда дружили странами.
Истории касаются не столько непосредственного процесса "доставания" и нехватки вещей, сколько отличий советского мира, закрытого для выезда простых граждан, от диковинных заморских краёв, доступных избранным. Актёр Юрий Стоянов рассказывает о том, как в 80-е, будучи на гастролях в Японии, сходил за 40 долларов (все командировочные) в Токио на концерт Майкла Джексона, при этом в одиночку (советские перемещались по три-четыре человека и не могли никуда отлучиться), а потом ещё усугубил: слетал в Киото, что было вообще за гранью и сулило очень серьёзными санкциями. Но как-то обошлось.
По итогу "Дефицит" – очень лёгкая и познавательная история, которая может понравиться людям разных возрастов: от непосредственных участников фарцовки до зумеров, изучающих историю.
Классик недели
"Metro"
Фото:
Аннотация: Сюго, почтенный и просвещённый отец семейства, ещё в молодости разгадал тайну женской красоты: если изо дня в день внушать женщине, что она красавица, она станет красавицей. Этот подход он, утонченный ценитель прекрасного, годами применял к жене, а затем и к единственной дочери. Вырастить юную Асако идеальной женщиной – такова безгрешная, но необоримая страсть этого Пигмалиона. Однако что произойдёт, когда идеальная женщина явится в мир и там впервые столкнётся с любовью и предательством?
Наше мнение: "Богиня" – одно из самых простых и мелодраматических произведений классика японской литературы, большая повесть или крошечный роман, написанный в 30 лет. Все акценты по большому счёту проглядываются в аннотации, хотя для западного (в данном случае российского) читателя будет и одна неожиданность ближе к концу.
Фактически эта книга – переложение древнегреческого мифа о Пигмалионе в антураже послевоенной Японии с одной лишь концептуальной "правкой": Сюго пытается лепить идеал не из бездушной заготовки, а из живого человека. Точнее двух: сначала жены, а после того, как её лицо обгорело в результате американской бомбардировки Токио, – дочери. В определённой степени этот подход отражает традиционную консервативность местного общества и закрытый мир новых богатых, которые аккуратно, как им это виделось, наследовали традиции европейской аристократии.
Основной конфликт романа затрагивает не только столкновение красивой картинки, идеала, с реальным миром, который восстанавливается после губительной войны, но и стандартный подростковый протест, когда родители чересчур вмешиваются в жизнь дочери, относясь к ней как к вещи. В произведении Мисимы есть типичная история, словно для театра, атмосфера, штрихи к портрету возрождающейся Японии, которой ещё только предстоит пройти экономический бум, и короткая лавстори. Немного скрытой морали тоже завезли.
Тот самый момент, который удивит (или не удивит, учитывая страну), – чётко напрашивающийся с точки зрения драматургии эпизод, когда искра перейдёт в огонь, а девушка Асако возьмёт смелость принимать собственные решения и "отбреет" зануд-родителей. Но, извините, это не зумеры с их тиктоками. Камерный, неспешный роман для фанатов Мисимы.
Путеводитель недели
"Metro"
Фото:
Аннотация: Ленинград – родной город Виктора Цоя. Здесь он родился, вырос, стал музыкантом. В этой книге мы как бы идём вслед за Виктором по Ленинграду 1960–1980-х гг. Вот юный Виктор выходит из дома на Бассейной улице и направляется в школу, вот репетирует вместе с Алексеем Рыбиным в "хрущёвке" на проспекте Космонавтов, вот внимательно слушает преподавателя астрономии в ПТУ на улице Стойкости, вот гуляет с семьёй по окрестностям проспекта Ветеранов... За каждым шагом – история. Наполнить адреса жизнью нам помогли друзья и приятели Виктора, любезно поделившиеся воспоминаниями.
Наше мнение: Цой – наше всё. Конечно, не Пушкин, но уже почти как другие два ленинградских апостола массовой культуры – Бродский и Довлатов. "Король и Шут" дышат в спину, но им ещё далеко, не тот контекст. Так вот, путеводитель по Ленинграду Цоя начинается с личной истории автора, и она буквально символична. И жил он рядом с кумиром поколения (хотя не знал об этом), и решил поступать в то же учебное заведение, где на резчика по дереву учился сам Виктор Робертович, да и была возможность взять настоящий автограф, а вот постеснялся: думал, ещё представится шанс, ан нет.
Сам же текст – географическая и немного краеведческая биография. Если обычно авторы отталкиваются от дат, то здесь наоборот – от мест и адресов. Текст перебивается воспоминаниями, в том числе из личных бесед и мемуаров, а также экскурсами в историю конкретных зданий, и содержит большое количество интереснейших фотографий. По итогу "С Цоем по Питеру" кажется с любовью написанной летописью "последнего героя", которая непрерывно связана с жизнью города и его атмосферой. Именно по этой причине из путеводителя по цоевским местам вырастает отдельный живой гид по ленинградским локациям времён позднего СССР.
Историческое фэнтези недели
"Metro"
Фото:
Аннотация: Конец XIX столетия. Российская империя расширяется на восток, ширится и влияние Русского географического общества. Знаменитый путешественник и натуралист Николай Пржевальский предпринимает несколько удачных экспедиций в Центральную Азию. Однажды в его руки попадает необычный артефакт – отрубленная кисть жезтырнака, мифического существа, обладающего недюжинными способностями и коварством. Тем временем юный кадет Асхат, очарованный содержанием травелогов Пржевальского, получает опасное задание, ещё не зная, что больше пригодится ему: знания, полученные во время учёбы, или почерпнутые из сказок и легенд.
Наше мнение: Мифы и этника всё глубже проникают в жанр фэнтези, почва благодатная. Пришло время и Пржевальскому превратиться в ведьмака. Точнее это было бы слишком смело, так что простой кадет Асхат будет охотиться на монстра с непроизносимым именем жезтырнак. В своей повести Омар Хайдаров соединяет этнографический бэкграунд, связанный с мифами народов Средней Азии, фэнтези с кивком в сторону пана Сапковского (даже отдельные сюжетные ходы он попросту занял), немного приятного юмора и традиции советской же подростковой приключенческой литературы.
Такая гремучая смесь как ни странно даёт свои плоды. 122 страницы пролетают моментально, если не пытаешься остановиться на отдельных моментах и проанализировать происходящее. В частности, в "Нежити Пржевальского" совершенно не нужно зацикливаться на реалистичности исторических фактов и правдивости образов. Того же самого великого путешественника, от которого фамилию в паспорт получила милая лошадка. Достаточно атмосферы, быта кочевников и иронии в сторону Русского географического общества XIX века.
Повесть кажется лёгким литературным хулиганством, но очень позитивным и гармоничным, от которого нужно получить порцию удовольствия и, возможно, ждать продолжения. И, вероятно, после прочтения, как и я, вы захотите снова окунуться в школьные годы, когда приключения Николая Михайловича завораживали и интриговали.