Крутые виражи Марианны Обуховой
В воскресенье, 12 октября в Московском областном театре драмы и комедии в Ногинске состоится творческий вечер Заслуженной артистки Московской области Марианны Обуховой! Бенефис связан с двумя знаменательными датами в жизни актрисы — личный юбилей и четверть века службы в театре. Хороший повод, чтобы встретиться с интересным человеком, чем и воспользовался корреспондент «Восточного экспресса».
— Марианна, Вы говорите, что читать учились не по букварю, а по справочнику фельдшера и по справочнику фармацевта, что это были Ваши любимые книжки. То есть, были все предпосылки к тому, что после школы Вы поступите в какой-нибудь медицинский вуз.
— Действительно, изначально я хотела стать врачом. Но также в детстве, сколько себя помню, сочиняла стихи, песенки. Мне все время надо было что-то петь, читать, рассказывать. Фантазия бурлила.
— Но в итоге желание служить искусству взяло верх. Как это произошло?
— Мне, наверное, было лет 12, к нам в школу приехал старейший наш Пятигорский театр музыкальной комедии. Среди гастролеров была женщина-вокалист, плохо одетая и с непонятной прической. Нам, которым уже вовсю смотрела на Запад, она показалась старомодной и поэтому вызвала даже какое-то отторжение. Но когда она запела старую детскую песню: «Где баобабы вышли на склон, //Жил на поляне розовый слон…», у меня градом полились слезы, я не могла остановиться. Вот эти мгновения творчества каким-то удивительным образом перевернули во мне все. После этого я знала, что стану артисткой. Сама поступила в музыкальную школу, где со временем я вела даже концерты.
— И после окончания школы родители спокойно отпустили Вас учиться на актрису?
— Родители не отпустили бы меня, если бы они знали о моих планах. Вообще я готовилась поступить в Ленинградский государственный институт театра и кинематографии. Там рядом с Питером, в Пушкине, живут родственники, туда я и собиралась. Но прибыв на вокзал, не знаю почему, сказала кассиру: дайте билет в Москву. Так я оказалась в столице. Но самое обидное было другое: в Москве на целый месяц раньше начинались вступительные экзамены, и я в последний день успела участвовать в прослушивании в ГИТИСе, в Щукинском и во ВГИКе.
— Прямо, как говорится, с корабля на бал.
— Прибежала с поезда в Щукинское, ничего не понимаю. Стала читать: лисице как-то бог послал кусочек сыра, на ель лисица забралась, позавтракать уж было собралась… дальше я вижу: сидит Лановой и другие члены комиссии хохочут, умирают со смеху. Я про себя думаю, какая же молодец, как же хорошо читаю, умница. Но меня не приняли. Я говорю: слушайте, вы так смеялись, что же вы меня не взяли? Мне говорят: скажите, пожалуйста. вы специально лисицу на дерево посадили, а ворона у вас под деревом была? Мы все ждали, когда наконец-то они поменяются у вас местами, но вы же ни разу не сбились. После этого у меня не осталось вопросов, почему меня не взяли.
Потом я прискакала в ГИТИС, где я адски перепугалась: я собралась читать, но меня обступила толпа студентов то ли третьего, то ли четвертого курса. они сразу стали ко мне сватать одного из ребят. Прямо как в фильме «Приходите завтра»… Короче, из ГИТИС я побежала во ВГИК, где последние минуты прослушивания. Но меня и здесь не приняли.
— Не повезло в Москве, повезет в Питере. И Вы, наверное, отправились в Северную столицу?
— Нет, я не поехала в Питер, я осталась в Москве. На дверях в ГИТИСе я увидела объявление о наборе в театральную студию «Гармония» Михаила Юрьевича Романенко-Кушковского. Я сорвала листочек с телефоном и после всех неудачных попыток позвонила. Михаил Юрьевич пригласил меня к себе на Большой Гнездиковский. Я увидела потрясающего человека лет 70. Он принял меня в свою студию и сказал: жду тебя 1 сентября. До 1 сентября оставалось два месяца и я поехала домой в Ессентуки. Родителям сказала, что поступила на делопроизводство, мол, какие-то новомодные курсы.
— Как долго Вы держали в тайне от родных свои курсы?
— Так и быть, расскажу все, как было. Когда после ГИТИСа я прибежала во ВГИК, ко мне подходит девица, которая, видать, уже не первый год поступает, и спрашивает: что трясешься? Я говорю, ты не представляешь, что я за этот день пережила, а у меня прослушивание. «Да расслабься, — ответила она и протянула мне фляжечку. — Глотни, сейчас все будет хорошо». Хлебнула — во фляжечке был коньяк, — и меня повело: целый день ничего не ела и бегала по Москве. Я выхожу на сцену, а там Баталов и другие звезды сидят, камеры снимают. Думаю, ладно, ВГИК, институт кинематографии. И тут говорят: уважаемые абитуриенты, идет съемка программы «Репортаж ни о чем». Она выходила сразу после программы «Время». Меня мучает, как я читать буду. Говорю: извините, пожалуйста, а можно я стульчик поставлю. Мне дали добро, я ставлю стульчик и … сажусь мимо него. Падаю на сцене. Сделала вид, что так было задумано. Я вытягиваю ноги, подпираю голову рукой. И вот я лежу в черном длинном платье в декольте, с волосами по пояс. Говорю, хочу показать, как умирал Гоголь, и начинаю рассказывать, как его сажали в ванну, ставили пиявки, про его мистические вещи… Члены комиссии смотрят на меня как на идиотку, а все это снимает Первый канал.
После прослушивания абитуриенты выходят и благодарят членов комиссии, я подхожу и интересуюсь: а что меня не взяли? Вы очень талантливая, но только не в наш институт, ответили мне.
В Ессентуках, когда я приехала домой, сидим как-то вечером всей большой семьей, заканчивается программа «Время» и начинается «Репортаж ни о чем», о котором я совсем забыла. И первый кадр крупным планом — моя конопатая морда, дальше показывают, как я лежу на сцене и читаю. Я поняла, что меня сейчас убьют к чертям собачьим и пулей — к бабушке на другом конце города. Потом смирились с моим выбором и отпустили. Было понятно, что все равно сбегу.
— Что Вам дали занятия в студии «Гармония»?
— Самое главное, что дал мне Михаил Юрьевич — это самопознание и бесценность самого процесса творчества. Актер — это личность, у которой должны быть точки опоры, без которых невозможно служить искусству.
— Студия «Гармония» была в Москве, а Вы окончили Ярославский театральный институт. Как Вас туда занесло?
— В июле месяце уже следующего 1994 года пришел друг и пригласил поесть на теплоход «Профессор Звонков», где после рейса осталась очень много еды. Мы поднялись на борт. И тут вижу суету: люди говорят, что кораблю отправиться в круиз через три часа, а массовики-затейники не могут ехать. Кто будет развлекать народ? Я предложила свою кандидатуру. А вы умеете? — спросили меня. Нет, честно призналась я и добавила, — но я попробую, мне очень хочется. И меня взяли.
— Вас не ожидала судьба Остапа Бендера и Кисы Воробьянинова из «12 стульев»?
— Нет. Все срослось. Более того, на корабле меня заметил Валерий Иванович Козловский и пригласил меня на режиссерский курс, который он набирал в том году. Я ответила, что нужно посоветоваться с Михаилом Юрьевичем. Оказалось, что лет 20 назад он учился у Романенко-Кушковского. В общем, Валерий Козловский без проблем забрал меня на театрализованную режиссуру, я поступила к нему на заочку и продолжала сниматься. Снималась в одном кадре с Демьяненко, с Крючковской, с Марией Ароновой и даже с Юрием Викторовичем Стосковым. Было много интересных проектов. Меня утверждают на роль, и мы едем презентовать проект в Дом работников искусств. На выходе из него я увидела объявление о наборе в Ярославский театральный институт на актерский курс. Это был экспериментальный курс. На календаре май месяц, но я почему-то записала телефон и позвонила. Мне ответили, что почти год отучились, но есть несколько ребят на отчисление. Приезжайте, если понравится, представим ректору и будем решать вопрос. Я приехала и мне поставили условие: пройти за месяц все, что делали студенты за год — вокал, танцы, сцендвижение. И я догнала. Оценки по всем остальным предметам переставили автоматом из одной зачетки в другую, и меня зачислили сразу на второй курс, где мне тоже невероятно повезло. У меня были прекрасные и замечательные педагоги и из ГИТИСа, и из Щукинского, и из МХАТа, которые возглавляли кафедры в своих вузах. А дипломную работу у меня вел сам ректор института Станислав Сергеевич Клитин, создатель питерского мюзик-холла.
— У вас неплохо шли дела в Москве, Вы были востребованы, но вот уже 25 лет служите в театре в Ногинске. Как Вы оказались здесь?
— Тоже благодаря педагогам. Мой педагог Владимир Анатольевич Сажин был режиссером по пластике в Ногинске. Он и порекомендовал меня взять в труппу Валентину Сергеевичу Варецкому. с которым дружил.
— Ногинск — это не Москва, где широкие возможности, и даже не Ярославль. Что Вас зацепило в этом провинциальном городке?
— Еще будучи студентами, мы объездили все Подмосковье — выступали в школах, детских садах, воинских частях, чтобы заработать какие-то деньги. Скажу честно, после Кавказа, Подмосковье мне показалось серым и скучным. Когда я оказалась в Ногинске, почувствовала какое-то тепло. Интуитивно я поняла, что останусь здесь. У меня были шансы перебраться в Москву. Например, когда состоялась премьера спектакля «Варвары» по пьесе Максима Горького (а это было через полгода после моей работы в труппе) директор театра Моссовета сказал: я тебя забираю, мне нужна такая актриса. Я отказалась от такого казалось бы заманчивого предложения.
— Потом не пожалели о своем решении?
— Нет, никогда. Ногинск для меня уже родной город, здесь родилась моя дочь. Это город, который связал меня дружбой не только в театре, но и со многими жителями.
— Какие роли приятнее играть: положительные или отрицательные?
— Не бывает абсолютно положительных или абсолютно отрицательных людей. Святую мне играть не приходилось. Но даже у святого человека, как у любого другого, есть искушения. В каждом человеке есть и то, и другое. Поэтому никогда не обращала внимания на то, какую роль нужно сыграть — героя или злодея.
— В воскресенье, 12 октября состоится Ваш творческий вечер. На что ориентироваться зрителю?
— Для меня это очень волнительное и ответственное событие. Вечер состоит из двух частей. В первом отделении будет показан «Медведь» Антона Чехова, а во втором отделении прозвучат произведения Максима Горького, Владимира Набокова, Анны Ахматовой и других авторов. Также на сцену выйдут мои друзья, чтобы поздравить меня с юбилеем и порадовать зрителя оперным вокалом, современной хореографией и хорошими душевными песнями. Будет интересно — приходите.
Редакция газеты «Восточный экспресс» благодарит Марианну Обухову за интервью и желает новых творческих успехов на радость нам, зрителям!
Интервью вел
Рустам БЕШИРОВ