47-й ММКФ: с русскими интересно
Привет, привет, дорогие читатели моей любимой газеты «Аргументы недели»! Слухи о том, что русский авторский кинематограф гибнет и спасение придёт разве что из Якутии, сильно преувеличены. Фильмы, показанные в основном конкурсе и в программе «Русские премьеры» 47-го ММКФ, дают им наглядное опровержение. При отдельных недостатках и несуразностях (о чём ниже) отечественные режиссёры демонстрируют боевой художественный дух, вселяющий робкие надежды на зрительское будущее и у авторского кино.
Самым плотным по количеству зрителей в зале и, соответственно, высоким по градусу зрительских ожиданий был фильм Стаси Толстой «Семейное счастье» по одноимённому роману Льва Николаевича. Молоденькая героиня Евгении Леоновой, оказавшись сиротой, выходит замуж за своего опекуна, в прошлом друга отца, роль которого исполняет Евгений Цыганов. Ему надо часто бывать в Петербурге, поэтому он отвозит молодую жену в загородный дворец своей родительницы, роль которой – глаз не отвести – виртуозно исполняет Ирина Розанова. Она так гримирует своё прекрасное лицо, что становится страшно, но её задача – сыграть ужасное благородство, и ей это удаётся.
Молодая жена скучает, и Цыганов везёт её в Петербург, где её захватывает вихрь светской жизни. На балу у маркиза, снятом в стилистике «бал у сатаны», маркиз неприлично лапает молодого светского львёнка во время танца на глазах у мужа, который ревнует и рычит на жену. Рычание, видимо, понравилось членам жюри, наградившим актёра «Серебряным Святым Георгием» за лучшее исполнение мужской роли. Получилось своеобразное «восстановление справедливости» по отношению к актёру – ведь фильм «Мастер и Маргарита», где Цыганов сыграл роль Мастера, не получил даже номинаций на премии «Золотой орёл».
Что же касается общей эстетики фильма, то воображение режиссёра иногда проваливается во времена красных пиджаков, иначе чем объяснить купание соблазнителя маркиза и его молоденькой жертвы в двухсотметровом бассейне внутри его роскошного загородного дворца? Правда, карета гостей подъезжает к особнякам и дворцам всегда только одна – при такой экономии бюджета бассейн можно было бы расположить и в саду. А вслед за сценой из бассейна – монтажный стык – мы уже хороним героиню Розановой, после чего наступает семейное счастье: героиня качает очередное новорождённое дитя, которое пытается приласкать и Цыганов. Как-то логичность такого «семейного счастья» в поместье из динамики фильма не очень вытекает.
Но переберёмся в ХХ век. Здесь хочется отметить три фильма. Во-первых, это «Почтарь», режиссёр Андрей Разенков, с Александром Петровым в главной роли. Он играет разносчика почты в каком-то забытом Богом городишке, причём никто не помнит, как давно он стал почтарём. Действие разворачивается в суровое военное время, но героя на фронт не берут по причине аутизма. Изображать этот аутизм актёру интересно: подёргивание разных черт лица, неровная походка, другие приёмы позволяют актёру сбить штамп «полицейского с Рублёвки», правда, иногда возникает ощущение, что Александр Петров свою заштампованность перештамповывает. Но в целом образ получился глубокий, да и тема поднята нехилая.
Наш герой, видимо, из своего аутистского представления о добре и зле решается заменять похоронки на письма, написанные им самим, полные слов любви и надежды. Этот мотив – жалость к вдовам и сиротам, помноженная на страх быть вестником беды, – я могу понять. Но зачем он заменяет письмо о побеге дезертира-сына на письмо со словами любви и надежды, мне не совсем ясно. А на этом строится весь дальнейший сюжет со следователем из военной комендатуры. Узнав, что за похоронкой следует денежное пособие, без которого он оставляет вдов и сирот на произвол судьбы, почтарь бежит по уютным улочкам утопающего в зелени городишки и распихивает похоронки по дверям своих «подопечных». Но от судьбы ему уже не уйти. Следователь его арестовывает. Правда, следователь вышел нефартовый… Впрочем, смотрите в кино.
В фильме «Самозванцы» режиссёра Марии Рейзен мы переносимся в роковой 1993 год, когда исполнительная власть решила расправиться с непослушной законодательной. Корреспондентка телекомпании «Вид» в исполнении миловидной Линды Лапиньш получает задание сделать сюжет об ушедшем в лучший мир известном режиссёре и лауреате, который исчез из публичного пространства уже некоторое время как. Оказавшись в его загородном доме, она обнаруживает там монтажную аппаратную, оборудованную самой продвинутой (по тем временам) профессиональной видеотехникой, и видеобиблиотеку. От соседей она узнаёт, что покойный снимал фильм «Борис Годунов» и всё никак не мог остановиться на той или иной версии, считая каждую версию неудачной.
Героиня Линды Лапиньш получает задание доделать фильм. В особняке и в домах соседей работают телевизоры, и мы наблюдаем хронику расстрела здания Верховного Совета, штурма «Останкино», которую режиссёр Мария Рейзен монтирует с диалогами персонажей и фрагментами неоконченного фильма «Борис Годунов», где в одном из эпизодов Годунова блестяще сыграет Сергей Шакуров. Другие же эпизоды действительно довольно странные, особенно диалоги пузатых бояр в турецком хаммаме. Добравшись до соавтора сценария в исполнении Александра Адабашьяна, героиня узнаёт, что все мы самозванцы, и он в первую очередь, потому что автор «Бориса Годунова» вообще-то Пушкин.
Монолог Лжедмитрия подаётся как актёрская проба, снятая в павильоне тремя камерами. Вопрос: как затворник мог всё это сделать? И ещё вопрос: как героиня, отправившая снимать бунт толпы возле «Останкино» своего бойфренда-оператора, могла не прилипнуть к телеэкрану, ведь там ещё и редакция какая-никакая. Зато найдётся время что-то порисовать с мальчиком-аутистом, который впустит героиню в свой загадочный мир. Действительно, в нашем мире, судя по семантике фильма, мальчику делать нечего.
Итог ХХ веку подведёт режиссёр Антон Бутаков в соавторстве с одним из лидеров авторского кинематографа Алексеем Федорченко. Фильм называется «Вечный апрель». В нём остроумно заверчен сюжет, состоящий из эпизодов жизни в одной и той же квартире одного человека, сыгранного разными актёрами, на протяжении всего ХХ века. Всё никак не могущий помереть старикашка вспоминает наплывами рваной памяти свою бессмысленную жизнь. Начинается фильм с эпизода революционного уплотнения зажиточной квартиры, где герой, ещё мальчик, вместе с мамой оказывается в осадном положении в своей детской, когда на него накинется наглая новососедская девчонка. Маму в лучших традициях психологического театра сыграет Ольга Сутулова.
Но вот наступает время сталинских репрессий, и герой становится свидетелем ареста соседей, а на выросшей девчонке он, конечно же, женится. Коммуналка станет поопрятней, уже не будет ора, шума, крика, гармошки, но и психологизм куда-то спрячется, герои перестанут что-либо переживать вообще. Некоторые эпизоды просто из журнала «Фитиль». Особенно когда герой выползает из своей норы.
Вот зима, блокадный Ленинград. Герой во дворе видит одиноко стоящего ребёнка, к которому подкрадывается людоедка, герой оттесняет людоедку, она его бьёт ножом в живот. Он из последних сил вырывает из своего тела нож, бросается на людоедку и смертельно ранит её окровавленным ножом. Но это ещё не всё. Герой берёт на руки ребёнка в шубке, несёт его к себе домой, и тут уже на лестнице появляется откуда ни возьмись «рояль в кустах» – мамаша благодарит спасителя ребёнка и уводит его. При этом режиссёр не забывает вставить кадр стены, испачканной кровавым рукавом пальто героя.
Эпизоды, снятые в квартире, более правдоподобны. Но сцена, когда после долгих лет разлуки к герою возвращается уехавшая было к любовнику жена и мы узнаём из их односложного диалога, что у них есть общая дочь, которая всё это время жила с папашей, – это уже просто читка ролей.
Между тем старикашка всё никак не может умереть, а многокомнатная квартира с видом на Казанский собор уже продана и везде идёт ремонт. Рискнут ли наследники старикашке «помочь»?
Но переместимся в наши дни. Здесь нам преподнёс подарок режиссёр Андрей Зайцев, снявший фильм «Двое в одной жизни, не считая собаки» с замечательным дуэтом Светланы Крючковой и Александра Адабашьяна. Они играют пару интеллигентных пенсионеров, переживающих драму почтенного возраста, который с каждым годом становится всё почтеннее и почтеннее, а жизнь засасывает их в свой водоворот. Конечно, они грустят, что старость придётся встречать в одиночестве – сын с семьёй устроился за границей и возвращаться не собирается. Но пока они не прочь и пошалить: например, выпить коньячку «из горла», катаясь на кораблике по сказочным каналам Петербурга. Придётся столкнуться и с мошенниками, которые разведут героиню Крючковой, и с алкоголиком и семейным насильником соседом, которого герой Адабашьяна своеобразно «поставит на место». Занятно, что в диалоге с артистом Владимиром Кошевым, который от лица студентов театрального вуза попросит её продлить свой курс, в уста героини Крючкова вложит всё, что она думает о современном театре и режиссёрах-пиарщиках. Фильм затягивает, а реакции на происходящее их домашнего пёсика выдаёт существо предельной степени отзывчивости. Короче, рекомендую.
А сейчас я прощаюсь с вами, дорогие читатели «Аргументов недели», до свидания, пока-пока!