Почему в начале 20 века в Петербурге до сих пор не было канализации и как люди жили в таких условиях
В глазах большинства людей Санкт-Петербург предстает эдаким идеалом старинного императорского города с обилием мостов, дворцов и брусчатки. А как иначе, если именно в Петербурге творили выдающиеся поэты, композиторы и художники, проходили международные выставки и великосветские приемы, ставились выдающиеся театральные постановки. В конце концов, Санкт-Петербург – столица белых ночей, ради которых многие и по сей день мчатся на брега Невы, лишь только наступает первый летний месяц.
В целом, все так… однако образ одного из самых романтичных городов на Земле разбивается вдребезги одним единственным фактом – в Санкт-Петербурге вплоть до 1910-х годов не было канализации. Было все необходимое для жизни: электричество, центральное отопление, телефония, а вот канализации не было, и все отходы жизнедеятельности человека отправлялись в реки и каналы града Петрова.
При этом унитазы в домах присутствовали, правда трубы от них уходили либо в ливневки, либо в специально выкопанные выгребные ямы. Сути дела это не меняло – фекалии так или иначе попадали в водоемы. И, как вы понимаете, подобные действия не могли пройти бесследно для города, и помимо чудовищного амбре, перманентно висящего в воздухе, на Санкт-Петербург с завидной регулярностью обрушивались эпидемии холеры и брюшного тифа.
В 1908 году холерой заразилось 9 тысяч человек, 3820 из них умерло. Затем, после годового затишья, болезнь вернулась в Петербург вновь, и в 1909 году унесла жизни 3210 человек. А эпидемия 1910-го лишила Санкт-Петербург еще 1805 жителей.
К слову, такое огромное количество смертей не могло остаться незамеченным, поэтому медикам из Статистического комитета было поручено выяснить, действительно ли причина регулярных эпидемий кроется в воде. Внимание, спойлер: действительно. В ходе исследований товарищи медики выяснили, что основной причиной распространения болезнетворных бацилл является ужасное качество воды.
В материковой части города система водоснабжения была обустроена еще в 1863 году, а правый берег и острова были оснащены ею аж спустя 10 лет. За это время численность петербургского населения выросла в три раза, а водопроводные фильтры, которые устанавливало еще английское акционерное общество, больше не могли справляться с нагрузкой.
К тому же, их никто не чистил. Поэтому люди продолжали выливать нечистоты в реки и каналы, а власти только беспомощно разводили руками. Они, кстати, ничего не могли поделать и с баржами и лодками, стоявшими у набережных рек и каналов и также спускавших свои отходы в воду.
Познавательный факт. Если сложить вместе всю протяженность Невы, каналов и других городских рек, то Санкт-Петербург насчитывал порядка 135 верст водных путей или, говоря простым языком, это был 140-километровый рассадник холерных бацилл – «смесь воды с клоачною жидкостью», как говорили медики того времени.
Понятное дело, что нормальная система канализации нужна была Петербургу как воздух…в буквальном смысле. Вот только строить ее не спешили, а все потому, что некоторые особо умные товарищи рассуждали следующим образом: зачем заморачиваться со строительством канализации, если все нечистоты из петербургских рек так или иначе попадут в море? Вы не поверите, но до определенного момента этот способ избавления от нечистот казался чиновникам самым простым, эффективным, а, главное, дешевым.
Поэтому первый более-менее адекватный проект системы водоочистных сооружений появился лишь 1859 году. Но у Петербургской думы на тот момент не было ни финансовых возможностей, ни толковых инженеров, поэтому дело вновь застопорилось. К 1903 году в арсенале города на Неве было уже семь комиссий, более 60 проектов и ни одной реализованной канализационной системы. Кто бы мог подумать, но первым шаг в правильном направлении сделает Царское село (он же город Пушкин).
В начале 1900-х годов Царское село считался самым чистым и благоустроенным городом в стране, поэтому, когда в нем было зафиксировано несколько вспышек брюшного тифа, власти очень испугались и от страха начали действовать.
Во-первых, модернизировали уже имеющуюся систему водоснабжения и канализацию. А, во-вторых, в соседнем Тярлеве решили построить с нуля первую в России станцию очистки сточных вод площадью 167 тыс. квадратных метров. И построили. В основу лег парижский проект 1900 года, а общая длина новой системы канализации составила 48 км.
Все нечистоты сперва сливались в «септик-тэнки», где их сперва очищали биопрепаратами, а затем отправляли на двойную очистку капельными фильтрами. После чего уже очищенная вода сливалась в реку Славянку. На тот момент времени новая станция считалась вершиной инженерной и санитарной мысли. К тому же, она позволила большинству жителей Царского села отказаться от выгребных ям.
Ну а что же Петербург? А ничего. Более того, из-за нерасторопности городских властей, город едва не лишился Екатерининского канала – крупнейшего из каналов в центре города. К сожалению, из-за того, что в него, как и в другие каналы, сливались нечистоты, он очень скоро превратился в откровенно воняющую канаву, жить рядом с которой с каждым днем становилось все менее приятно. А я напомню – это центр города, кругом многоквартирные дома…
И что же предприняла Городская дума? Все верно, решила канал ликвидировать – засунуть в бетонную трубу, присыпать грунтом, а сверху проложить широкий бульвар с активным транспортным движением. Грубо говоря, дыру в уборной решили прикрыть газеткой. Идею поддержал Николай II, а вот санитарная комиссия выступила резко против, заявив, что проблему труба не решит, а только скроет под бетоном.
К тому же, если что, расковырять канал будет весьма проблематично! А поэтому его нужно, по примеру Царского села, чистить. Что в итоге и было сделано, но лишь в 1911 году. И, кстати, спасенный канал сегодня носит название канал Грибоедова.
Очередной проект оборудования канализации и водопровода в Санкт-Петербурге, представленный в 1914 году, казался окончательным…но, увы. Даже когда в 1918 году Санкт-Петербург лишился статуса столицы и превратился в Петроград, в нем по-прежнему не было ни хорошо работающей канализации, ни водопроводной воды, очищенной от бацилл.
И такая ситуация продлилась аж до 1934 года, и только тогда дело окончательно сдвинулось с мертвой точки. Да-да, нормально работающая канализационная система появилась лишь тогда, когда град Петров превратился в Ленинград.