Нужен ли севастопольцам погибший 188 лет назад Пушкин

10 февраля 1837 года в своей квартире на набережной Мойки скончался раненный за два дня до этого на дуэли 37-летний Александр Пушкин. Все два дня, после того, как известие о его ранении разнеслось по Петербургу, под окнами квартиры толпился народ, а отпевание Пушкина (по воспоминаниям современников, из-за боязни больших толп и возможных эксцессов) было перенесено из запланированного первоначально места в Конюшенную церковь (во-первых, небольшую, во-вторых, считавшуюся придворной)."Народ обманули: сказали, что Пушкина будут отпевать в Исаакиевском соборе, — так было означено и на билетах, а между тем тело было из квартиры вынесено ночью, тайком, и поставлено в Конюшенной церкви. В университете получено строгое предписание, чтобы профессора не отлучались от своих кафедр и студенты присутствовали бы на лекциях. Я не удержался и выразил попечителю своё прискорбие по этому поводу. Русские не могут оплакивать своего согражданина, сделавшего им честь своим существованием!" – писал в своем "Дневнике" историк литературы, цензор, профессор Санкт-Петербургского университета Александр Никитенко.Мы далеки от мысли утверждать, как это делали советские литературоведы, будто во всем виноват сгубивший поэта проклятый царский режим. Давление, безусловно, было, и довольно сильное. Но были и многочисленные личные обстоятельства, рассуждать о которых можно бесконечно.Не будем забывать и о том, что этот вызов на дуэль (хотя дуэли вообще-то были запрещены) был в жизни Пушкина далеко не первым. Вызывали и его, но чаще инициатива исходила от самого Александра Сергеевича. В итоге пушкинисты насчитывают 30 дуэлей, в которых мог участвовать Пушкин – включая порожденные совсем уж смешными поводами, вроде ссоры с "неизвестным кишиневским греком", удивившимся, что поэт не знал некую известную этому греку книгу, или с родным дядей Павлом Ганнибалом, уведшим у 17-летнего поэта даму на балу.То есть погибнуть на дуэли Александр Пушкин мог не раз. Но большая часть вызовов, многие из которых были порождены довольно-таки взрывным (особенно в молодости) характером Пушкина, последствий, к счастью, не имела. Сплошь и рядом дуэль отменялась благодаря стараниям друзей и знакомых, а в Кишиневе, где поэт повздорил не только с "неизвестным греком", но и с богачом Инглези (на этот раз – из-за лишнего внимания поэта к чужой жене), приезжего стихотворца даже посадили под арест.Предвижу поток гневных комментариев – многие прочитавшие наверняка скажут, что я пишу о Пушкине недостаточно уважительно. Любя Александра Сергеевича всем сердцем, никогда с этим обвинением не соглашусь. Считаю невозможным превращать Пушкина в жертву – да. Хочу, чтобы читатель, особенно молодой, воспринимал его как живого человека, прожившего небезупречную, но интересную жизнь – безусловно. Но думать, как могла бы сложиться его жизнь без дуэли февраля 1837 года и сколько еще прекрасного и глубокого он мог бы написать, для меня нестерпимо. Ведь этот человек – на самом деле что-то потрясающее.Читая стихи его современников (причем и русских, и зарубежных – вроде Байрона или Шелли) всей душой понимаешь, насколько они, простите, были бы смешны в устах наших современников. И в очередной раз поражаешься – почему же строки, написанные Пушкиным 200 лет назад, звучат так, словно родились вчера?"Если жизнь тебя обманет –Не печалься, не сердись!В день уныния смирись:День веселья, верь, настанет.Сердце в будущем живет;Настоящее уныло:Всё мгновенно, всё пройдет;Что пройдет, то будет мило".Читая эти легкие, как солнечный свет, строки, поневоле начнешь понимать завистливое недоумение булгаковского поэта Рюхина: "Но что он сделал? Я не понимаю... Что-нибудь особенное есть в этих словах: "Буря мглою..."? Не понимаю!.. Повезло, повезло!".Но Пушкин – не только поэт. Ценнейшее для всех интересующихся историей "Путешествие в Арзрум"; бездны, которые открываются при прочтении "Капитанской дочки" и "Истории Пугачевского бунта" ("Не приведи Бог увидеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный"); предупреждение, вложенное в уста Бориса Годунова ("Да, жалок тот, в ком совесть нечиста"); приговор, как бы между прочим вынесенный Моцартом своему убийце ("Гений и злодейство – вещи несовместные") – оценить их значение может только тот, кто Пушкина читал, и читал много.И вот тут самый главный вопрос – а читаем мы Пушкина так, как он этого заслуживает? Не свели ли мы представление о нем к паре любовных стихов вроде "Я помню чудное мгновенье"? Важен ли для нас Пушкин, и если да, то почему?Ответить на этот вопрос мы попросили некоторых севастопольцев. Мнения получились разными, и не все опрошенные пожелали под ними подписаться. А мы никого и не принуждали, тем более что речь идет о глубоко личном."Пушкин – молодец. В том числе потому, что в значительной мере, как мне кажется, сформировал русский язык. По крайней мере. До него поэтов, которые писали бы на нормальном русском языке, не было: все эти Ломоносовы и Державины – ужас какой-то. Пушкин – это хороший язык, гениальные стихи, знание человеческой природы. Могу посоветовать всем, кто хочет ориентироваться на хорошее", - говорит один из опрошенных."Меня Пушкин не перестает удивлять. Я его какое-то время совсем не читал, так, пробежал глазами в школе. А потом случайно, от скуки, взялся за "Евгения Онегина" и, честное слово, поразился. "Мы почитаем всех нулями, а единицами - себя", "Так люди (первый, каюсь, я) от делать нечего друзья", "Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей" - этого как-то не ожидаешь от того Пушкина, к которому большинство не читавших его привыкло. Может, потому, что мне тогда это было созвучно – настроение было байроническое (смеется), но я его полюбил на всю жизнь. И даже легче тогда стало, потому что он же на все это смотрит с иронией, в том числе на самого себя", - признается другой."Пушкин – душа русского народа. Для русского языка он сделал больше, чем кто-либо другой. Но дело не только в этом. Я написал о Пушкине 4 книги, и меня он всегда привлекал не только как создатель изумительных произведений, но и как человек - храбрый, неуемный человек с горячей душой. И все мои книги посвящены не разбору его произведений, а белым пятнам его биографии. И кое-что мне сделать удавалось. Многие поступки Пушкина парадоксальны. Но он – пример того, как надо быть честным перед историей, как самоотверженно бороться за честь семьи. А это не имеет временных границ", - подчеркивает журналист, писатель, обладатель Большой золотой юбилейной Пушкинской медали в номинации "Просветительство" Леонид Сомов."Нужен ли Пушкин в наши дни, для меня вопрос риторический, и ответ на него очевиден. Для меня пушкинский язык – это отдохновение души. Сказки Пушкина очень люблю читать и разбирать с детьми, ну теперь уже с внуками, рассматривать иллюстрации (сколько их, прекрасных и удивительных!). И точно знаю, что это с ними останется навсегда. Любовь к пушкинскому слову начинается со сказок, потом приходит время стихов, а потом - "Повестей Белкина"... И, конечно, мы обязательно пойдем с детьми и внуками в театр и будем обсуждать увиденное. Пушкин – прекрасная тема для общения с близкими!", - говорит редактор библиотеки им. Пушкина Ольга Одинец. "У меня был друг, очень простой человек, который однажды взял томик Пушкина в долгую дорогу. Там были стихи, "Повести Белкина" и "Евгений Онегин". Надо было слышать, с каким восторгом и какой теплотой он пересказывал мне их содержание и говорил о том, как, оказывается, просто, понятно, каким красивым языком это написано. И как он был удивлен, что читать длинное стихотворное произведение – это совсем не скучно и, как говорится, "цепляет", трогает душу. А мой дедушка, фронтовик, которого я, будучи маленькой девочкой, просила рассказать о войне, вместо этого начинал мне читать "Буря мглою небо кроет" и говорил, что это и есть о войне – рассказывать о действительно пережитом он очень не любил, как большинство настоящих фронтовиков. Для меня это свидетельство того, насколько Пушкин – народный поэт", - рассказала главный редактор ForPost Екатерина Бубнова.Читать не только стихи, но и прозу – ясную, простую, краткую и бесконечно прекрасную – ее совет всем читателям.А вот один молодой (хотя давно вышедший из подросткового возраста) участник опроса заявил, что из Пушкина напрасно делают кумира и "культ", ибо ничего особенного в его произведениях нет. На вопрос, что именно он читал у Пушкина, юноша ответил "Каренину" (клянусь - это не шутка и не преувеличение). Увидев мое лицо, он поспешил сказать, что ошибся, но вспомнить хотя бы одно прочитанное произведение Пушкина так и не смог.Этот молодой человек, уверена, как нельзя лучше объяснил причину, по которой кто-то не видит в Пушкине света и жизненной опоры – не видят ее те, кто, собственно, его и не читал. И в этом их большая беда.К счастью, с этим человеком согласны не все молодые."Конечно, Пушкин нужен. Хотя бы потому, что дает хороший словарный запас. Нельзя считать себя культурным эрудированным человеком, не читая Пушкина. Но лично мне он дает еще и настоящее эстетическое наслаждение – он очень красиво и изысканно пишет", - говорит 18-летняя студентка МИЭФ.Несколько лет назад известный актер Алексей Гуськов задумал свою версию "Онегина": он читает текст Пушкина в сопровождении джаза. Успех был (и есть) потрясающий – если что-то его слегка и сдерживает, так это цена билетов. Но если по поводу ценообразования можно поспорить, то интерес наших современников к Пушкину – вне сомнений.Спектакль "Тайные письма" в театре им. Луначарского (страница театра ВКонтакте)Подтверждает это и опыт севастопольских театров. В театре им. Луначарского уже несколько лет идет поставленная Романом Мархолиа "Пиковая дама", а в конце прошлого года здесь состоялась премьера спектакля "Тайные письма" по четырем из пяти "Повестям Белкина" (режиссёры Нателла Абелева и Наталья Слепченко). Отзывы зрителей – самые светлые, а часто и восторженные: так легко было нарушить пушкинскую гармонию, воплотив знакомые образы на сцене, но все, кто работал над созданием спектакля, чудесным образом этой опасности избежали. Состоявшуюся 31 января премьеру "Капитанской дочки" в Севастопольском ТЮЗе автор пока еще не видела, но не сомневается, что и эта встреча с Пушкиным принесет радость.Одним словом, читайте Пушкина. Не пожалеете.Ольга Смирнова