«Я отдал жену мужчине, который завладел моей душой». Максим Дунаевский — о друзьях, Михаиле Боярском и Наталье Андрейченко

В среду 15 января композитор Максим Дунаевский празднует юбилей. Ему исполняется 80 лет. Он до сих пор очень много работает, причем не только в Москве, но и в Петербурге. Максим Исаакович в прекрасной форме — занимается спортом и радуется жизни. Рядом с ним — любимая жена, музыковед Алла Новоселова. Этот восьмой по счету брак маэстро его близкие и он сам считают самым счастливым. В беседе с «Мослентой» композитор рассказал о своей последней любви, о бывшей жене Наталье Андрейченко, о близких друзьях и непростых отношениях с Пушкиным и Толстым. Ниже — его монолог. Про зимние юбилеи, отношения с отцом и гороскоп Я не праздную свой день рождения отчасти потому, что уже не остается сил. В декабре — юбилей Михаила Боярского, а в январе, помимо моего юбилея, еще два — Дмитрия Харатьяна и моего отца Исаака Дунаевского. Просят, чтобы я рассказал о каждом из них, и отказаться не в силах. Миша и Дима — мои друзья. Между прочим, на роль Д’Артаньяна претендовал и тогда еще совсем молодой Дима Харатьян. Для меня каждый день — праздник. Никогда не страдал депрессиями и дурным настроением. С каждым годом оптимизма все больше. Думаю, что любовь к жизни я унаследовал от своего отца Исаака Дунаевского, не считая любви к музыке. В остальном мы с ним были разными людьми. У нас диаметрально противоположные знаки гороскопа: я — упорный Козерог, он — фееричный Водолей. Про Глызина, Рыбникова и Караченцова Я неконфликтный человек, но среди моих друзей не так много музыкантов. Пожалуй, только два — Алексей Рыбников и Алексей Глызин. С Рыбниковым вместе оканчивали Московскую консерваторию, и нас связывает еще ностальгия по общим учителям, любимым произведениям, концертам. Алексей Глызин годится мне в сыновья, но при этом много лет мы с ним дружим на равных. Леша очень тонкий, очень нежный и очень светлый человек. Кстати, так было и у моего отца. Среди друзей Исаака Дунаевского были представители разных профессий, и лишь единицы — музыканты. Про Пушкина и Толстого Я очень люблю Пушкина и Толстого. С детства боготворю их. Долго не осмеливался написать музыку к произведениям Александра Сергеевича, но недавно преодолел страх и сочинил музыку к спектаклю «Капитанская дочка». А Льва Толстого пока еще боюсь. Не осилю. Может, когда доживу до его возраста? Для меня литература — на первом месте, а музыка — уже на втором. Все-таки в начале было слово. В детстве и в юности днями и ночами читал романы и был впечатлительным человеком с богатой фантазией. Про любовь и память о матери Называют меня бабником. Но бабник мечется и редко женится. Я женился и брал ответственность. Уверен на 100 процентов, что наконец-то нашел свое счастье — Аллу. Я шел к этой любви, последней любви… Кто-то сразу находит свою половинку, кто-то ищет долго. У меня были непростые отношения с матерью. Я боготворил мою маму, гордился ею, но с ней было очень трудно. Мама отличалась гордостью, жесткостью и отсутствием сентиментальностей. Я быстро понял, что хочу встретить женщину, которая будет более мягкой, более домашней. Но среди моих жен были представительницы знака Скорпион. Друзья пытались понять причины моих женитьб и разводов. Исключением был Михаил Боярский. Он вежливо знакомился с каждой моей женой, общался и никогда не вникал в личную жизнь. Про Михаила Боярского Знакомство с Михаилом Боярским состоялось у меня дома. Он пришел ко мне для проверки вокальных данных и сразу направился к роялю. По-деловому спросил: «Что будем петь?» Я предложил одну из песен к фильму «Д’Артаньян и три мушкетера». Миша попросил ноты, текст и сразу начал петь под мой аккомпанемент. После первого куплета я сказал: «Все ясно! Передо мной Д’Артаньян!» Миша сразу ушел, а я поделился своим выводом с режиссером фильма Георгием Юнгвальд-Хилькевичем. Многие думают, что Боярский и Д’Артаньян — один и тот же человек. Полные противоположности. Д’Артаньян — авантюрист, вояка, балагур, любовник, а Миша — питерский интеллигент, тихий, образованный, глубокий, закрытый. Боярский — молчун. Хотя мы много с ним разговаривали, но преимущественно он курит и молчит. Миша — очень скрытный человек, этакая вещь в себе. Для Миши главное в жизни — семья и дом. Роль Д’Артаньяна — прекрасная актерская игра. Жаль, что Миша сейчас больше сидит дома, чем работает. Но, бесспорно, он заслужил право быть созерцателем. Про Наталью Андрейченко Наталья Андрейченко родила мне прекрасного сына, она замечательная женщина. Наташа выпустила книгу о своей жизни «Откровения», но я ее не читал. Меня постоянно о ней спрашивают: «А правда, а правда?» — и я не знаю, что сказать. Наташа Андрейченко — моя бывшая жена, мы очень редко видимся. Я часто говорил ей фразу: «Боливар не вынесет двоих». Возможно, мы могли бы прожить вместе еще много лет, но возникли другие обстоятельства. Я дружил со вторым мужем Наташи Максимилианом Шеллом, который завладел моей душой. Я отдал свою жену мужчине, с которым она поднялась на более высокую ступень. Однажды Максимилиан в шутку сказал мне о Наташе: «Я подам на тебя в суд. Ты заранее не рассказал мне о том, с кем я буду иметь дело». У Наташи Андрейченко сложный характер. Про Москву Я родился на Большой Бронной. Разумеется, люблю центр Москвы, Московскую консерваторию, Большую Дмитровку, но предпочитаю жить на Ленинском проспекте. Здесь просторно и не так шумно, как в центре.