Эти шедевры русской литературы ЖЕСТКО критиковали современники

Сегодня эти произведения считаются классикой. Сложно поверить, но сразу после их публикации многие критики не были в восторге.

1. «Повести Белкина» Александра Пушкина

Пушкин, прославившийся в первую очередь как поэт, написал несколько прозаических произведений, вошедших в золотой фонд русской классики. Советское литературоведение нахваливало реалистичные «Повести Белкина», созданные якобы от лица некоего рассказчика, чьи записки Пушкин просто нашел. Но современники поэта его прозу не оценили.

Критики хоть и отмечали «гладкий» слог, но ругали отсутствие идеи. Отдельные повести называли анекдотами, причем довольно растянутыми.

«"Повести Белкина" читаются легко, ибо они не заставляют думать», – писали в петербургской газете «Северная пчела».

«Фарсы, затянутые в корсет простоты, без всякого милосердия», - отзывались в журнале «Московский телеграф».

О том, что «Повести Белкина» были холодно приняты публикой и журналами, писал и едва ли не главный критик XIX века Виссарион Белинский. В цикле статей о Пушкине он в основном хвалил и восхищался его талантами, но отметил: «Хотя и нельзя сказать, чтоб в них уже вовсе не было ничего хорошего, все-таки эти повести были недостойны ни таланта, ни имени Пушкина. <...> Особенно жалка из них одна — "Барышня-крестьянка", неправдоподобная, водевильная, представляющая помещичью жизнь с идиллической точки зрения...»

По мнению некоторых исследователей, все повести Пушкин написал как пародии на жанр бытовых анекдотов с неожиданной развязкой. Но увы, если это и был юмор, современники его не поняли.

Позже, в 1860-х годах, критики пересмотрели свой взгляд на повести и прежде всего на рассказчика Белкина и хвалили его как скромного носителя русского характера, кроткого и смиренного.

Достоевский написал, что все истинно прекрасное, что есть в нашей литературе, «все взято из народа, начиная со смиренного простодушного типа Белкина».

2. «Ревизор» Николая Гоголя

Впервые Гоголь читал свою комедию в 1836 году в доме поэта Василия Жуковского, где собрался весь литературный свет. Многие хохотали, «катался от смеха» и Пушкин (который подсказал автору завязку сюжета). Но нашлись и те, кто сразу осудил пьесу как «оскорбительный для искусства фарс».

Кто-то называл комедию грубой и плоской. Были и такие, кто ругал Гоголя за неправдоподобность - якобы не мог городничий перепутать ревизора с простым авантюристом. «Незачем было и клепать на Россию», - писал консервативный критик Фаддей Булгарин, понося Гоголя также за отсутствие положительных персонажей.

По случайности комедию о проворовавшихся провинциальных чиновниках допустил до публикации и постановки в театре император Николай I: он не увидел в ней метафоры положения дел во всей России. Но на премьере смеялся и сказал: «Ну и пьеса! Всем досталось, а мне более всех».

Успех в театре был колоссальным, но сам Гоголь считал его провалом - ему казалось, что актеры не поняли замысла и сыграли плохо. От отчаяния он даже на некоторое время уехал за границу.

3. «Бедные люди» Федора Достоевского

Это было одно из первых психологических произведений русской литературы о ничем не выдающемся мелком скромном чиновнике.

Прочитав рукопись, критик Белинский восхитился и окрестил автора «новым Гоголем». Еще до выхода произведения в печать он раструбил на весь Петербург о новом талантливом писателе. Это двояко сказалось на реакции на роман. С одной стороны, его высокая оценка была для Достоевского путевкой в литературный мир. С другой - многие критики настороженно и даже скептически отнеслись к произведению. Кто-то даже обвинил Достоевского в том, что Белинский оказал на него чрезмерное влияние. 

В чем-то это было правдой: под влиянием Белинского благодарный молодой автор вступил в ряды революционно настроенных петрашевцев. Им он позже зачитывал запрещенное письмо Белинского Гоголю, где тот критиковал Россию – за это Достоевского едва не казнили, заменив в последний момент виселицу на каторгу. 

Ругали «Бедных людей» за отсутствие формы и неясное содержание: «из ничего он вздумал построить поэму, драму, и вышло ничего, несмотря на все притязания создать нечто глубокое», - писала газета "Северная пчела". Многие ругали растянутость произведения и излишние утомительные подробности. Сам Белинский позже признавал, что все-таки роман чересчур многословен. 

Критик Аполлон Григорьев назвал сентиментальность автора ложной и не поверил, что Достоевский искренне «поклоняется» столько мелочным личностям, как его герой. Кто-то обвинил Достоевского в подражании Гоголю и его «Петербургским повестям».

Кстати, Гоголь прочитал роман и похвалил талант писателя, однако, отметил, что автор еще молод и согласился, что в нем много говорливости: «Всё бы оказалось гораздо живей и сильней, если бы было более сжато».

4. «Доктор Живаго» Бориса Пастернака 

Сегодня роман о Гражданской войне считается одним из лучших произведений русской литературы XX века. За него Пастернаку присудили Нобелевскую премию по литературе 1958 года. Однако в СССР его не только не печатали до самой перестройки, но и подвергли автора настоящей травле.

Редколлегия журнала «Новый мир», где публиковались книжные новинки, в открытом письме заявила, что книга клеветнически изображает Октябрьскую революцию и народ, «совершивший эту революцию и строительство социализма в Советском Союзе».

Присуждение писателю Нобелевской премии назвали политической акцией. По мнению «истинно советских» редакторов, премия связана «с антисоветской шумихой вокруг романа» и никак не отражает «литературных качеств творчества Пастернака».

5. «Лолита» Владимира Набокова

В пуританских США столь «эротический роман» отказались печатать целых четыре издательства. Многие опасались неприятных последствий для репутации и даже возможных судебных разбирательств. При этом вежливые отказы писателю сопровождались весьма положительными отзывами.

Осмелились напечатать роман только во Франции, а глава издательства восхитился, как автор «смог перенести русскую литературную традицию в современную английскую прозу».

Книга имела все шансы остаться незамеченной, но вокруг нее разгорелся полемический скандал в британской прессе. Со страниц The Times Грэм Грин порекомендовал «Лолиту» как одну из лучших книг 1955 года, а вот редактор Sunday Express Джон Гордон парировал коллеге, назвав ее «грязнейшей книжонкой» и «неприкрытой порнографией».

Во многих странах роман о связи взрослого мужчины с несовершеннолетней был долгое время под запретом. Распространение книги, где педофилия была изображена столь эстетично (и чуть ли не оправдана), считалось вредным и даже опасным. Во Франции ее также запретили после первой же публикации, но позже издательство через суд отвоевало право на издание.

В СССР книга также была под запретом. Набоков и сам иронизировал, что ему трудно представить, какой режим и цензура в «чопорной моей отчизне» допустили бы роман до публикации. 

Однако его активно распространяли в самиздате - и аллюзии на «Лолиту» появились у известных поэтов Андрея Вознесенского и Евгения Евтушенко.

Роман не печатали не только из-за «извращения», но и из-за личности самого автора. Советская печать ругала Набокова за «исполненный снобизма и рассчитанный на любопытного мещанина текст».

В 1970 году в «Литературной газете» вышла статья, назвавшая «Лолиту» продуктом эмигранта, предавшего и продавшего родину. И в редакцию газеты поступило множество гневных писем от людей, прочитавших этот «романчик белоэмигранта Набокова» и призывавших объявить его в международный розыск.

В 1989 году «Лолиту» все-таки напечатали в СССР, и это вызвало настоящий бум.

Подписывайтесь на «Узнай Россию» в Телеграм, VK, Одноклассниках и Дзене.