Вечер года и утро зимы...

Художник Иван Вельц (1866 — 1926). "Зимний пейзаж", 1895.

Мне кажется, стихотворение Валентина Берестова очень точно характеризует первый зимний месяц, а полотно художника-пейзажиста Ивана Вельца служит прекрасной иллюстрацией этому времени года.

В галерее зимних пейзажей художника, оставившего яркий след в русском изобразительном искусстве, трудно было выбрать какую-то одну картину. Помогло стихотворение Берестова.

Послушаем, что говорят о декабре натуралисты:

Месяц получил название Студенец, от слова стужа. Еще случаются оттепели, но впереди быть еще долгой зиме. Все больше и больше прибавляет зима снегом.

Переступает порог белая королева Зима, покровительница ледяных ветров, хозяйка спящего королевства. Сменив влажный хмурый ноябрь, зима тут же устанавливает свои правила. Природа зимой бережно укрыта снежным покрывалом, стянув ледяными оковами, зима будет долго охранять ее сон.

Королева Зима строит для себя королевские чертоги. Такими изобразил их знаменитый художник Иван Айвазовский.

Художник Иван Айвазовский "Зимний пейзаж".

Застывший на ветвях то ли мокрый снег, то ли плотный иней создаёт тот нереальный, волшебный коридор в сказочный дворец.

Хрустальный иней стал излюбленной зимней темой творчества Игоря Грабаря. Его восхищала игра лучей солнца в ледяных кристаллах. Вот что Грабарь сам писал об этом: «Видел его, конечно и прежде, но не как художник, а как обыватель, теперь же я впился глазами в это необычайное, фантастическое зрелище, в эту сказку в действительности».

Добавляет невесомой красоты художник Станислав Брусилов.

А вот совсем уж волшебная картина по сюжету и по изобразительному мастерству. Словно сквозь замутнённое волшебное зеркало проступают контуры величественного здания-дворца. Мы понимаем, конечно, что это храм, но пусть на сегодня он будет дворцом.

Чародейкою Зимою 
Околдован, лес стоит - 
И под снежной бахромою, 
Неподвижною, немою, 
Чудной жизнью он блестит.

И стоит он, околдован,- 
Не мертвец и не живой - 
Сном волшебным очарован, 
Весь опутан, весь окован 
Легкой цепью пуховой...

Солнце зимнее ли мечет 
На него свой луч косой - 
В нем ничто не затрепещет, 
Он весь вспыхнет и заблещет 
Ослепительной красой.

Фёдор Тютчев

Пусть нас выведет из зачарованных чертогов зимы ещё одна картина Айвазовского. Сколько в ней ажурной прелести, лёгкости.

Нынче ночью лебедь белая
Над полями проплыла.
И на землю чёрно-серую
Уронила два пера…
А они ковром серебряным
Опустились на село,
Закружились в танце медленном,
Плавно, празднично, светло.
Словно свечки, хлопья падают,
Все сверкает и поёт!
А по небу, душу радуя,
Лебедь белая плывёт… 

Галина Долгих

Ещё картина, и опять всё в инее, и опять всё сказочно красиво. И даже зимнее небо подсвечено оттенками палевого и нежно розового, чтобы подчеркнуть тончайшую красоту зимнего убранства. Кругом чисто, бело и хрустально.

На окне, серебряном от инея,
За ночь хризантемы расцвели.
В верхних стеклах — небо светло-синее
И застреха в снеговой пыли.

Всходит солнце, бодрое от холода,
Золотится отблеском окно,
Утро тихо, радостно и молодо.
Белым снегом все запушено.

И все утро яркие и чистые
Буду видеть краски в вышине,
И до полдня будут серебристые
Хризантемы на моем окне. 

Иван Бунин

Продолжит держать зрителей в плену нереальных событий картина художника Аполлинария Васнецова. Аполлинарий Васнецов – младший брат знаменитого Виктора Васнецова. Его имя менее известно, но незаметной тенью брата Аполлинарий не был. Он создал прекрасные пейзажи и исторические картины. Полотна Аполлинария Васнецова неоднократно приобретал Павел Третьяков.

Васнецов сконструировал свой живописный мир старой Москвы. Старая Москва Васнецова на картине «Гонцы. Ранним утром в Кремле. Начало XVII века» немного похожа на театральную декорацию своей композицией, аккуратностью досок мостовой, очень живописно лежащим, а потому немного бутафорским снегом. Но эта декорация так убедительна и красива!

Но у нас всё-таки тема заявлена - Декабрь. На старинную декабрьскую Москву мы глянули. Посмотрим, как она там дальше.

Вот она, декабрьская Москва. Запорошило снегом дома и церкви, и прохожих тоже. Если бы не автомобили на улице, то можно было бы подумать, что мы очутились в веке XIX. Но на картине широкая улица и автомобили.

Следующая картина как бы вне времени. Это может быть сегодняшний вечер, а может быть двумя столетиями ранее. Какое удивительное по красочности зимнее вечереющее небо. Еще не стемнело, а месяц уже занял своё место.

Небо — как будто летящий мрамор
с белыми глыбами облаков,
словно обломки какого-то храма,
ниспровергнутого в бездну веков!

Это, наверно, был храм поэзии:
яркое чувство, дерзкая мысль;
только его над землею подвесили
в недосягаемо дальнюю высь.

Небо — как будто летящий мрамор
с белыми глыбами облаков,
только пустая воздушная яма
для неразборчивых знатоков!

Николай Асеев