Зачем ветеринар из Пушкина открыл ветклинику в Диди Дигоми за 200 тысяч долларов, чему он научился в Грузии и каково строить семейный бизнес

Ветеринар Дмитрий Сергеев приехал из города Пушкин, входящего в состав Петербурга, в Тбилиси в октябре 2022 года. Поработав здесь в нескольких клиниках, он открыл семейный бизнес в Диди Дигоми — свою больницу для животных Didi Dog. На нее ушло около 200 тысяч долларов.

Дмитрий рассказал Paper Kartuli, как в Грузии впервые за практику работал с чумой у животного, почему решил снизить цену на стрижку когтей и какое отношение к питомцам встретил за время работы.

Это рубрика «Работа». Ее мы выпускаем совместно с нашим коворкингом Papers, который объединяет вдохновляющих людей в Тбилиси.

Если вы тоже работаете в Тбилиси, приходите в коворкинг Papers. У нас можно спокойно поработать, провести созвон в переговорке и выпить кофе из Shavi. Первый день — бесплатно.

— Я ветеринар. Можно сказать я всегда был в этой профессии: мои мама и дед тоже ветеринары. Дед работал в совхозах, был главным врачом на рынке, осуществлял контроль мясной и молочной продукции. Мама начинала врачом общей практики, а потом стала специализироваться на хирургии. Она часто брала меня на работу в клинику и на вызовы.

У меня с детства не было иллюзий о том, что это за профессия, и я знал, куда иду. Пять лет я учился в Санкт-Петербургском государственном университете ветеринарной медицины. Там же закончил аспирантуру.

Я врач общей практики. В ветеринарии до сих пор есть проблемы со специализацией. Раньше в России ее вообще не было: был ветеринарный врач, и всё. При этом в вузах до сих пор учат специалистов для лечения коров, свиней, овец, и им совсем немного рассказывают про собак и кошек.

Сейчас у меня есть области интересов, в которых я понимаю и развиваюсь чуть больше, но, в целом, я могу проводить базовый набор диагностических и лечебно-терапевтических манипуляций. В России я работал в нашей семейной клинике в Пушкине. У нас была сеть из четырех клиник. Родители занимаются этим [бизнесом] с 1999 года. Сейчас осталось две больницы.

— Я уехал из России в начале октября 2022 года в Азербайджан. Тогда я не понимал, насколько уезжаю, но внутренне ощущалось, что это не поездка на две недели. Была тревожная ситуация [из-за мобилизации].

Не могу сказать, что я был в ужасной панике, я всё-таки кандидат наук, и нас не должны были в первую очередь забирать [в армию]. Но появилось ощущение, что Россия всё больше и больше закрывается, всё больше санкций и меньше возможностей. Знакомые уезжали, и я стал думать, что было бы хорошо иметь перспективы развития где-то еще.

В Баку я жил месяц. Нашел там работу в клинике, проработал в ней три дня. Там, конечно, грустная ситуация с ветеринарией — животных мало, приносят их, когда они уже на последнем издыхании, шанс им помочь очень мал. В итоге я решил, что ничего не потеряю, если поеду в другую страну и посмотрю, что к чему.

В Тбилиси я приехал в конце октября 2022-го, а 4 ноября вышел на работу в две клиники. Чтобы работать здесь ветврачом, достаточно предоставить работодателю диплом. Специальных квалификационных подтверждений мне не потребовалось. Знание языка тоже не было проблемой — при приеме на работу со мной общались на русском. В этом плане всё прошло довольно гладко.

Позже стало понятно, что в Грузию переезжают и мои родители, в том числе мама. А ей найти работу будет гораздо сложнее: работать на кого-то — уже не то, [когда у тебя был свой бизнес]. Так мы и подумали, что было бы неплохо открыть свою клинику — свое дело в любом случае прибыльнее, свободнее.

С декабря мы искали помещение. Нас удивило, что почти все ветеринарные клиники находятся в Сабуртало. А в Диди Дигоми — огромном районе — их практически нет. Мы не хотели конкурировать, в этом просто нет смысла: в Сабуртало клиники с большим опытом и репутацией, мы бы были абсолютно не к месту и, скорее всего, вызвали бы раздражение у местных предпринимателей.

Здесь [в Диди Дигоми] мы заняли довольно свободную нишу. У нас и работы хватает, и никаких претензий от других мы в свой адрес не получали.

Под Новый год мы выкупили помещение, начали делать в нем ремонт. По документам всё было просто: я открыл ИП, мы собрали документы на применение психотропных веществ, получили лицензию на рентген. Я подтвердил диплом в Национальном центре развития качества образования. Проблем не возникло нигде.

Сложности были только с оборудованием. Мы заказывали его в Китае и очень долго ждали. Ремонт закончился в начале апреля, а открылись мы в конце мая: ждали смотровые столы, аппарат УЗИ, рентген, лампы Вуда, чтобы проверять на грибок, микроскоп и центрифугу.

Можно было бы, конечно, и здесь всё купить, но, например, аппарат для общего анализа крови здесь стоит 4 тысячи долларов, а из Китая его привезли за 1,5 тысячи.

Всего на открытие клиники в Тбилиси мы потратили около 200 тысяч долларов.

Встретить крутых специалистов в Тбилиси можно в коворкинге Papers. К нам приходят поработать эксперты из IT, медиа и благотворительности. Почитайте их отзывы про наше пространство в этом посте.

Запишитесь на бесплатный тестовый день по ссылке.

У нас семейный подряд. Я и мама — врачи, сестра — ассистентка, ее муж — грумер. Администраторы у нас местные — женщина-грузинка и ее племянник. Их мы нашли, повесив бумажное объявление на двери клиники, — откликнулась женщина, мы согласились и не прогадали. Администраторы говорят на грузинском. Но посетители, которые не говорят на русском и английском, бывают достаточно редко.

Отношение к животным здесь очень разное. Есть чуткие люди, которые понимают, что нужно зверям. Есть те, кто серьезно ухаживает за бездомными: мы делали им около 10 операций, они оставались у нас, люди приходили, приносили им корм, гуляли с ними. Но, конечно, есть и те, кто, когда слышит, что прием стоит 30 лари, решают, что проще усыпить зверя. Люди разные.

В России я работал меньше, сейчас больше — и это нормально. Я понял, что можно менять свои привычки, появилась большая гибкость. Здесь чаще приходится работать с собаками. В России в основном были кошки, в Грузии наоборот — 90 % собаки, 10 % кошки. Так как здесь много бродячих животных, много инфекционных заболеваний. В России, например, я ни разу не встречал чуму, здесь — регулярно. При этом чума — заболевание, которое хорошо поддается профилактике: вакцины от чумы достаточно эффективные.

В целом в Грузии я достаточно быстро понял, что тут не лучше и не хуже, чем в России, а по-другому. Надо понимать, что ты в другой стране, тут свои порядки. Мне, конечно, много что не нравится, но с этим ничего не поделаешь, и не факт что мои мысли о том, как лучше, это действительно лучше.

— В России у меня остается жена, и не очень понятно, приедет она сюда или нет. Мы с ней постоянно об этом разговариваем, но ее держит семья и карьера. И поэтому мы будто между двух огней. Вроде как и вместе быть хочется, но есть и сложности.

Иногда появляются мысли: может быть, поехать домой, проведать тех, кто там остался? А потом думаешь, что ведь всё может измениться за один день, и тебе скажут: будь добр, надевай каску и иди на фронт. Такие мысли до сих пор есть, и они останавливают от того, чтобы просто съездить туда погостить.

Что касается клиники, то в ближайших планах найти больше сотрудников. Скорее, ассистентов, потому что их можно воспитать под свои знания, умения и задачи. Тогда можно будет комфортнее распределять нагрузку, увеличить продолжительность приема и задуматься о ночных сменах.Вопрос с открытием стационара тоже упирается в кадровую проблему. Получается, пока у нас всего два врача, мы физически не можем работать сутками. Плюс, есть сложность с тем, что клиника находится в жилом здании.

Если открывать стационар, нужно продумать хорошую звукоизоляцию. Потому что есть спокойные животные, а есть те, которые будет мяукать, гавкать, плакать, а это может привести к конфликтам с жильцами дома, чего, конечно, не хотелось бы. Поэтому пока мы не планируем открывать стационар. Это, скорее, мечты.