В России Пушкин снова под запретом

От цензуры больше всех из русских писателей XIX века пострадал Александр Сергеевич Пушкин.

В 2018 году в Ливадии и видел серию плакатов, посвящённых деятельности семейства Романовых. В числе прочих был плакат, наглядно показывающий, как благодаря Романовым русская литература стала лучшей в мире. Действительно, если бы Пушкина и Лермонтова не отправили в ссылку, Достоевского и Маяковского — в тюрьму, у Льва Толстого и Чехова не делали бы обысков, то, глядишь, русская литература оказалась бы на втором, а то и на пятом месте в мире.

Цензоров ещё можно понять, когда они запрещали озорные и считавшиеся тогда непристойными поэму «Царь Никита и его сорок дочерей» и «Гаврилиаду».

История с «Гаврилиадой» началось в 1828 г. с доноса. Дворовые люди отставного штабс-капитана Митькова Никифор Денисов и Спиридон Ефимов с помощью некоего монаха (сами были неграмотны) написали митрополиту Новгородскому и Санкт-Петербургскому Серафиму, что их барин хранит «развратное сочинение под заглавием Гаврилиады», которое им иногда издевательски читает и тем самым «развращает в понятиях православной веры». К доносу была приложена украденная дворовыми рукопись.

Считается, что «Гаврилиаду» Пушкин окончил только в апреле 1821 г. в Кишинёве. А затем она разошлась по России в бесчисленных рукописных копиях.

Обратим внимание: поэма семь лет распространялась в самиздате. Её прочитали сотни дворян. И ни один дворянин не донёс, а Митьков попробовал просветить народ. Кстати, брат обвинённого Валентина Митькова, Михаил, был декабристом и в тот момент отбывал каторгу в Сибири.

Митрополит переписал донос и отправил царю, присовокупив: «Поистине, сам сатана диктовал Пушкину поэму сию!»

Поскольку Николай I в это время находился в армии, воевавшей с Турцией, Пушкина вызвали во Временную верховную комиссию, действовавшую в качестве высшего исполнительного органа в отсутствие царя.

Пушкин поначалу отрицал своё авторство, но 2 октября 1828 года признался царю и просил прощения. Николай I не хотел грандиозного скандала и приказал закрыть дело. 31 декабря 1828 года царь наложил резолюцию: «Мне дело подробно известно и совершенно кончено». Всем приказано было помалкивать и о поэме, и о деле Пушкина.

Пришлось простить и Митькова. И тут-то бравый штабс-капитан осознал, что персонажам типа Денисова и Ефимова не нужны ни конституция, ни поэзия Пушкина. За что боролись, на то и напоролись. По возвращении барина Денисов и Ефимов были основательно выпороты и отданы в солдаты.

Всё, что мог сделать для доносчиков Николай I — это «высочайше повелеть соизволил оставить их в военном ведомстве, но с тем, чтоб не были употреблены во фронтовую службу, a в нестроевую в каких-либо заведениях».

Впервые «Гаврилиада» была напечатана Николаем Огарёвым в Лондоне в 1861 году. А в России её в 1918 г. опубликовал Брюсов.

В 1822-м в Кишинёве Пушкин написал озорную сказку «Царь Никита и его сорок дочерей». Поэт не касался ни политики, ни религии. Зато обозвал цензуру «богомольной старой дурой». Тем не менее, опасаясь репрессий, автор не только не пытался опубликовать «Царя Никиту», но и вынужден был отказываться от сказки.

Летом 1831 г. Александр Сергеевич с Натали жили на даче в Царском Селе. Там в кругу близких друзей, среди которых были Жуковский и молодой Гоголь, он прочитал «Сказку о попе и о работнике его Балде». Гоголь и особенно Жуковский с восторгом слушали, восхищались простотой, юмором, подлинно народным духом произведения.

В сказке поэт опять-таки не касался ни политики, ни религии. А жадность попов была общеизвестна. Тем не менее «Сказку о попе и о работнике его Балде» Пушкин даже не пытался напечатать, поскольку знал, что цензура не пропустит. Уже после его смерти, когда друзья поэта готовили собрание его сочинений, Жуковский решил издать и «Сказку о попе…». Чтобы пропустила цензура, составитель вынужден был заменить попа купцом Кузьмой Остолопом, и сказка была напечатана под заглавием «Сказка о купце Кузьме Остолопе и работнике его Балде».

В переделке Жуковского сказка Пушкина потеряла всю свою остроту. Исчезла кое-где и выразительность. У Пушкина сказка начинается энергично, сжато, весело:

Жил-был поп,

Толоконный лоб.

А у Жуковского тяжело и длинно:

Жил-был купец Кузьма Остолоп

По прозванью Осиновый Лоб.

В таком искажённом виде сказка публиковалась долгие годы и только в 1882 г. впервые была напечатана по рукописи.
Но прошло сто лет, и история с попом повторилась. Статья 29 Конституции РФ чётко и ясно запрещает цензуру. Тем не менее, у нас не только чиновники, но и все, кому не лень, лезут цензурировать кинофильмы, книги, статьи, Интернет.

Я сам, грешный, неоднократно становился жертвой любителей цензуры. Так, в моей книге о XIII веке слово «баба» заменили неведомым в те времена словом «женщина». А в книге, где действие происходит в начале XIX века, я, упомянув несколько раз царя Александра I, чтобы не повторяться, написал: «плешивый щёголь». Фразу выкинули, а редактор возмущался: «Не позволю про царя такие песни петь!» У меня автоматически вырвалось:

Плешивый щеголь, враг труда

Над нами царствовал тогда.

Редактор задумался, а затем улыбнулся и сказал: «Так это ж Пушкин! Вы б сослались, и мы бы пропустили». Это случай давнишний, когда Пушкин был ещё неприкасаем.

Но вот в 2016-м добрались и до Пушкина. Русская православная церковь одобрила переиздание сказки «О попе и работнике его Балде» в редакции Василия Жуковского. Исправленный шедевр тиражом в 4000 экземпляров издал Свято-Троицкий собор Армавира. Книги предполагается дарить воскресным школам и продавать в православных храмах. Как пояснил руководитель пресс-службы патриарха Московского и всея Руси протоиерей Владимир Вигилянский, это «вклад в изучение и популяризацию наследия великого русского поэта».

Возникает естественный вопрос, что станет с романом Ильфа и Петрова «12 стульев» и одноимённым фильмом? Там отец Фёдор представлен в ещё более неприглядном виде, чем поп в «Балде». Туда тоже вставят купца Кузьму или запретят роман и фильм целиком?

Дурацкая цензура искажает смысл произведения и часто оглупляет автора. Моя жена, например, в детстве не могла понять, что делают в лесу и на что живут семеро богатырей в «Сказке о спящей красавице и семи богатырях». Зачем семерым взрослым мужчинам уединённо жить в лесу? Только чтобы «погулять, серых уток пострелять»? Оказалось, уже в советское время какой-то придурок выкинул слова:

Руку правую потешить,
Сорочина в поле спешить,
Иль башку с широких плеч
У татарина отсечь,
Или вытравить из леса
Пятигорского черкеса.

В итоге богатырская застава превратилась в контору по отстрелу и заготовке диких уток.