«…И не меняли их на переправах»

Расул Гамзатов бывал в Кабардино-Балкарии неоднократно. Здесь он встречался с коллегами по перу, гулял по парку и, конечно, ездил на родину своего близкого друга Кайсына Кулиева. В Верхнем Чегеме дагестанского поэта всегда встречали как родного. 
«Долгие годы мы дружили все вместе – Расул Гамзатов, Кайсын Кулиев, Михаил Дудин, Чингиз Айтматов, Давид Кугультинов и я», – вспоминал Мустай Карим. Это действительно была настоящая мужская дружба со всеми вытекающими отсюда последствиями. Они часто встречались в Москве и с удовольствием ездили в гости друг к другу. 
Кайсын Кулиев высоко ценил талант Гамзатова. На своей книге, подаренной другу, он сделал надпись: «Лучшему из нас – нынешних поэтов гор». Гамзатов не остался в долгу и посвятил Кайсыну стихотворение: «Как лунь, голова моя стала седа,/ Не время ль, Кайсын, возвратиться к истокам,/ Тебе в твой Чегем, над мятежным потоком,/ А мне в мой аул – поднебесный Цада?/ Пока ещё в сёдлах мы крепко сидим,/ Пока не исчезли мы в суетном мире,/ Пока ещё сами себе мы визири,/ Давай возвратимся к истокам своим./ И может быть, в силу немногих заслуг,/ Познавшим и славу, и горечь кручины,/ Отпустят грехи нам родные вершины,/ А мы не безгрешны с тобою, мой друг!»…
Расул Гамзатов родился 8 сентября 1923 года в семье народного поэта Дагестана, лауреата Госпремии СССР Гамзата Цадасы. Окончив педучилище, он поменял немало профессий: работал учителем в средней школе, помощником режиссёра Аварского государственного театра, заведующим отделом и собственным корреспондентом газеты «Большевик гор», редактором передач на дагестанском радио. 
После окончания Московского литературного института имени Горького в 1951 году Гамзатов возглавил правление Союза писателей Дагестана, где работал вплоть до своей кончины в ноябре 2003 года. 
Он начал писать стихи ещё ребёнком. Печатался в республиканской газете «Большевик гор», а в 1943 году вышел его первый сборник на аварском языке. Гамзатову было всего двадцать лет, когда его приняли в Союз писателей СССР, и вскоре его стихи стали известны на разных континентах. 
Книги Гамзатова выходили миллионными тиражами на десятках языков мира. Его стихи и поэмы переводили на русский язык Илья Сельвинский и Сергей Городецкий, Семён Липкин и Юлия Нейман. Особенно плодотворно работали с ним его друзья Наум Гребнев, Яков Козловский, Яков Хелемский, Владимир Солоухин, Елена Николаевская, Роберт Рождественский, Андрей Вознесенский и Юнна Мориц. Сам Гамзатов перевёл на аварский язык стихи и поэмы Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Шевченко, Блока, Маяковского, Есенина и арабского поэта Абдул Азиз Ходжи. 
Многие стихи Расула Гамзатова стали песнями. С поэтом тесно сотрудничали композиторы Ян Френкель, Оскар Фельцман, Полад Бюль-Бюль оглы, Раймонд Паулс, Юрий Антонов, Александра Пахмутова, Готфрид Гасанов, Сергей Агабабов, Мурад Кажлаев, Ширвани Чалаев. 
Самая популярная песня на стихи Расула Гамзатова – это, конечно, «Журавли». Её текст был написан в Японии у памятника Садаки Сасако, умершей от последствий ядерного взрыва. После бомбёжки Хиросимы Садаки заболела, но верила, что поправится, если сделает тысячу журавликов. Когда сердце девочки остановилось, она успела сделать ровно половину бумажных птичек. Её друзья собрали деньги на памятник, ставший символом протеста против ядерной войны. Во время траурной церемонии, когда возле монумента собралась толпа с бумажными журавликами в руках, над головами собравшихся вдруг пролетела стая журавлей. Позже Гамзатов узнал, что в этот момент в Дагестане умерла его мама… 
Поэт был интернационалистом в самом широком значении этого слова. Он заявил Джохару Дудаеву: «Почему грузин должен быть независим от армянина, а чеченец – от аварца? Независимых людей и наций нет!». 
В начале 90-х, полемизируя с дагестанскими сепаратистами, Гамзатов отрезал: «Дагестан никогда добровольно в Россию не входил и никогда добровольно из России не выйдет». 
Поэт вообще славился афористичностью и тонким чувством юмора. На съезде Союза писателей в разгар антиалкогольной кампании и запрещения продажи спиртных напитков Гамзатов сказал: «Ну что ж, будем приносить в себе». Однажды, стоя в очереди в буфет, поэт заметил, что все его знакомые просили дать им «одно кофе», на что буфетчица реагировала очень эмоционально и говорила: «Правильно будет – один кофе». Когда подошла очередь Гамзатова, он попросил: «Дайте мне один кофе», чем вызвал удивление буфетчицы. А потом добавил: «И один булка». 
За выдающиеся достижения в области литературы Расул Гамзатов был отмечен многими званиями, премиями и наградами: народный поэт Дагестана, Герой Социалистического Труда, лауреат государственных и международных премий. Он избирался депутатом Верховного Совета Дагестана, заместителем Председателя Верховного Совета ДАССР, депутатом и членом Президиума Верховного Совета СССР, членом Дагестанского обкома КПСС. 
Несколько десятилетий подряд Гамзатов был делегатом писательских съездов Дагестана, Российской Федерации и Советского Союза. Он являлся членом Комитета по Ленинской и Государственной премиям СССР, членом правления Советского комитета защиты мира, заместителем председателя Советского комитета солидарности народов Азии и Африки, членом редколлегии журналов «Новый мир» и «Дружба народов», газет «Литературная газета» и «Литературная Россия». 
Поэт был удостоен четырёх орденов Ленина, ордена Октябрьской революции, трёх орденов Трудового Красного Знамени, ордена Дружбы народов, ордена «За заслуги перед Отечеством» 3-й степени, ордена Петра Великого, болгарского ордена Кирилла и Мефодия. 8 сентября 2003 года в день 80-летия поэта за особые заслуги перед Отечеством Президент России Владимир Путин вручил ему орден Святого апостола Андрея Первозванного. 
По произведениям поэта в Ленинградском театре оперы и балета поставлен балет «Горянка», в Петербургском большом театре комедии – спектакль «Мой Дагестан», на сцене Аварского музыкального драматического театра им. Г. Цадасы – «В горах моё сердце», «Берегите матерей», «Горянка». 
3 ноября 2003 года сердце поэта остановилось. Он похоронен в Махачкале на кладбище у подножия горы Тарки-Тау, рядом с могилой жены Патимат. 
Евгений Евтушенко по этому поводу писал: «В Советском Союзе трудно было найти человека, который бы не знал и не любил Расула Гамзатова. Его строчки, блестяще переведённые на русский язык, становились ходячими выражениями. Между тем в его весёлых стихах иногда скрывались и трагические ноты. Расул Гамзатов принадлежал к тем, кто вставал на защиту своих товарищей по перу, пробивал вместе с Твардовским в «Новом мире» произведения, останавливаемые цензурой, помогал друзьям и с квартирами, и с решением других проблем. У него была большая, добрая душа, и она будет всегда кружить, как один из его белых журавлей, над родными ему Дагестаном и Россией»
В июне 1985 года Гамзатов приехал в Нальчик на похороны своего друга Кайсына Кулиева. Вскоре появились такие строки: 
«Друзья мои – Чингиз, Давид, Мустай,
Осиротила нас кончина брата.
Сказав Эльбрусу тихое «прощай»,
Ушёл он в путь, откуда нет возврата.
Совсем недавно, кажется, его
Проведывал я в Кунцевской больнице,
И вот не стало друга моего – 
Скалы, к которой можно прислониться.
Скорби, Чегем…
И ты скорби, Кавказ,
Под траурною буркой южной ночи.
Балкария, закрой в последний раз
Сыновние безжизненные очи.
А, кажется, они ещё вчера
Меня встречали искрами лукавства.
Шутил Кайсын:
«Бессильны доктора…
Но смех от смерти – лучшее лекарство.
Сейчас бы нам созвать сюда друзей,
Чтобы вдали от суеты и славы
Припомнить, как седлали мы коней
И не меняли их на переправах…»…
Кайсын Кулиев умер… Нет, погиб
В неравной схватке с собственной судьбою.
Не траурный мотив, державный гимн
Пускай звучит над каменной плитою.
И если скажут вам: Кайсына нет – 
Не верьте обывательскому вздору.
Чтоб во весь рост создать его портрет,
Нам нужен холст снегов, укрывший горы.
Балкария, пускай ушёл твой сын
Туда, откуда нет пути обратно…
Но закричи призывное:
– Кайсы-ы-ы-н! – 
Он отзовётся эхом многократным».