Встала в стройку: почему директор Музея архитектуры возглавила ГМИИ им. Пушкина

Новый директор ГМИИ им. Пушкина Елизавета Лихачева считает главным приоритетом сохранение музеем статуса одной из ведущих выставочных и научных институций страны, а в числе первых вопросов, которыми она лично займется — строительство музейного городка, выяснили «Известия». Ее предшественница Марина Лошак останется в России и продолжит работу в музейной сфере страны. Об этом рассказала сама экс-руководитель Пушкинского, комментируя громкие кадровые перестановки. Подробности — в нашем материале.

«Компетентный и отзывчивый человек»

О том, что Марина Лошак уходит из ГМИИ, а ее место занимает директор Музея архитектуры (МУАР) Елизавета Лихачева, стало известно еще 20 марта — видимо, неслучайно событие совпало с днем рождения Ирины Антоновой, легендарной предшественницы Марины Девовны на этом посту. Важной для музея дате был посвящен ряд полузакрытых мероприятий «для своих», для Лошак же это была возможность красиво попрощаться с ближайшими коллегами и друзьями.

Официальное объявление о смене руководства прозвучало утром 21-го. Министерство культуры выпустило сразу два релиза: отдельный и лаконичный про отставку Лошак и более подробный про назначение Лихачевой.

«Под руководством Марины Лошак было запущено свыше 60 ярких выставочных российских и международных проектов. Воплощены в жизнь спецпроекты для младшего возраста, а также проект «Пушкинский.Ю», который объединяет все молодежные программы музея, вовлекая юных зрителей в культурную среду. Открылась программа «Друзья Пушкинского», что помогло создать большое сообщество постоянных посетителей музея», — отметило министерство, сообщив, что музей находился «в постоянном развитии».

В релизе о новом директоре ведомство отметило успехи МУАР под руководством Лихачевой.

«За последние шесть лет, с момента, как Елизавета Лихачева заняла пост директора, посещаемость музея увеличилась в четыре раза — с 27 до 110 тыс. человек ежегодно. Благодаря непосредственному участию директора Музей архитектуры встал в линейку самых популярных музеев Москвы, вновь стал одним из ведущих культурных учреждений России и центральной институцией в области истории архитектуры», — подчеркивается в сообщении.

С высокой оценкой работы Лихачевой в Музее архитектуры солидарны сторонние эксперты.

— Она пришла, когда там было, мягко говоря, не очень хорошо. Под руководством Лихачевой, ее личном участии сейчас в музее проходят отличные выставки. Так что, полагаю, в ГМИИ она сможет сделать много хорошего, — отметил в беседе с «Известиями» ректор Санкт-Петербургской академии художеств, историк архитектуры Семен Михайловский. — Она компетентный и, что немаловажно, отзывчивый человек, связанный не с только с архитектурой, но и с дизайном, и с изобразительным искусством.

Репутация Лихачевой в арт-сообществе действительно прекрасная. И хотя ее назначение в Музее архитектуры в 2017 году было омрачено протестами коллег (сотрудники подписали открытое письмо против ее кандидатуры), а до этого ее имя звучало в связи с конфликтом вокруг Дома Мельникова, успешная шестилетняя работа во главе МУАР показала, что это решение тогдашнего министра культуры Владимира Мединского было как раз одним из самых дальновидных.

Один из первых вопросов

Теперь перед Лихачевой стоят задачи нового уровня сложности. Главная — зависшее строительство музейного городка (комплекса зданий на Волхонке, фактически — целого района). Этот проект всегда казался непростым, но в нынешних условиях — тем более. Совпадение или нет, что его завершением придется заняться специалисту по архитектуре? В сущности, не так уж важно. Новому директору тут понадобится не столько искусствоведческая компетенция, сколько качества менеджера, управленца и переговорщика: надо получить от государства очень крупные средства.

На вопрос «Известий», есть ли понимание, как сдвинуть это дело с мертвой точки, Елизавета Лихачева ответила:

— Пока нет понимания, но, безусловно, это будет один из первых вопросов, которым я лично займусь.

Вторая задача — переориентирование выставочной программы с интернациональной (что проблематично сегодня) на национальную. Марина Лошак сообщила СМИ, что выставочный план сверстан с учетом нынешних реалий аж до 2025 года. Но одно дело — предварительные наметки, другое — реализация задуманного в условиях тотальной нестабильности. Не секрет, что экспозиции создаются за счет спонсорских средств. А в каком финансовом состоянии будут нынешние компании-покровители ГМИИ год-два спустя, едва ли кто-то сможет спрогнозировать.

Новый директор пока не успела ознакомиться с выставочным планом. Его корректировки она считает вполне возможными, однако о подробностях говорить пока не готова. В целом же Елизавета Лихачева нацелена на сохранение преемственности.

— Государственный музей им. Пушкина должен подтвердить статус одной из ведущих выставочных и научных институций в стране, — отметила Елизавета Станиславовна в беседе с «Известиями».

Не исключает она и возможное сотрудничество с Мариной Лошак в качестве куратора, но отмечает, что приоритетом будет работа с действующими специалистами ГМИИ. В свою очередь, Марина Лошак готова создавать проекты для Пушкинского и не только, но уже имеет конкретные карьерные и творческие планы. Отказавшись сообщить какую-то конкретику, она, тем не менее, подтвердила «Известиям», что речь идет о работе в музейной среде.

Уход и вечность

Это уже третья громкая кадровая перестановка в российской арт-сфере за последние два месяца. До этого с поста директора на почетную должность президента ушел патриарх музейного дела Владимир Гусев, несколько десятилетий возглавлявший Русский музей, затем случилась громкая отставка главы ГТГ Зельфиры Трегуловой, которую сменила Елена Проничева, оставившая Политехнический музей. Теперь же дело дошло до ГМИИ и Музея архитектуры.

Впрочем, из всех трех рокировок последняя была самой предсказуемой. О том, что Марине Лошак придется оставить свой пост, слухи ходили давно. В целом, было ощущение, что с последний год музей существует будто по инерции. Прекрасная выставка коллекции Морозовых стала, конечно, очень обсуждаемым событием, особенно в контексте таких приключений вокруг возвращения экспонатов из Франции, но она была спланирована существенно раньше. Из новых же проектов ничего сопоставимого показать не удалось. Разве что красивым символическим призывом прозвучал проект «Всеобщий язык», напоминающий о важности диалога и умения договариваться, да и камерные экспозиции «Котел алхимика» (про незрительное восприятие) и «Ответвления» (про арт-объекты из необработанного дерева) порадовали необычными, свежими концепциями, но едва ли могли претендовать на роль блокбастеров.

Кажется, в новой реальности у Марины Лошак, сделавшей за предыдущие девять лет очень много, открывшей выдающиеся выставки, присоединившей сеть филиалов (раньше существовавших в составе ГЦСИ и РОСИЗО) и так далее и тому подобное, просто не было ясного понимания, куда двигаться в условиях разорванных международных связей. Для ГМИИ, ориентированного на зарубежное искусство, невозможность привоза экспонатов из-за рубежа особенно болезненна. Правда, в годы пандемии, когда с музейным обменом тоже дело обстояло непросто, Пушкинский как раз демонстрировал уверенное движение вперед, предлагал нестандартные подходы и решения.

Сама Марина Девовна, впрочем, не считает, что музей зашел в тупик — напротив, подчеркивает, что у него есть большой запас прочности и он находится в прекрасной форме. Но для публики это пока неочевидно. И, конечно, зависшая стройка музейного городка — вина не Лошак лично, а суммы обстоятельств, однако от крупнейших управленцев государство сегодня ожидает не просто хорошей работы, но умения прыгнуть выше головы.

Все перечисленные факторы сделали отставку практически неизбежной и широко обсуждаемой. Дошло до того, что когда за несколько недель до самого события не имеющий отношения к музею пользователь в соцсетях написал шуточный пост, имитирующий заявление Лошак об уходе, его тут же подхватили и приняли за чистую монету, в результате чего опровержения пришлось давать лично Марине Девовне. Но прошло чуть больше месяца, и она действительно ушла «по собственному желанию».

Надо отдать должное: отставка Лошак была обставлена максимально красиво. Видимо, памятуя о том, как месяцем ранее увольнение Зельфиры Трегуловой обросло скандальными подробностями, Марина Девовна постаралась сделать все иначе. В каком-то смысле, превратить это в произведение искусства, перформанс. Во-первых, сама объявила об этом на пресс-конференции. Во-вторых, приурочила к событию открытие архитектурной инсталляции в собственном (и ставшем чужим) кабинете.

Напомним, несколько лет назад Лошак уже превращала свой офис в публичное арт-пространство — и это символизировало открытость, демократичность руководителя. Теперь же интерьерные трансформации Александра Бродского, соединившие символическим порталом части кабинета, в которых сидели Марина Девовна и Ирина Александровна, были призваны подчеркнуть преемственность и подвести итоги десятилетнего правления. А еще — напомнить: директора приходят и уходят, а кабинет как мозговой центр музея и, главное, сам музей — существуют и будут существовать.