Военный конструктор назвал Волгоград особым городом для изучающих историю
В канун 80-летия победы в Сталинградской битве к наследникам славы легендарного города обратился академический и общественный деятель Дагестана и России, почетный академик Российской академии космонавтики, разработчик ракетного оружия и космических технологий, доктор технических наук Шамиль Алиев. К Волгограду у кавалера ордена «Щит Отечества» I степени, золотых медалей имени Циолковского, Келдыша и Бармина – особое отношение. Его отец – участник Сталинградской битвы.
Будущее – за молодежью
– Шамиль Гимбатович, на встречах с подрастающим поколением вы особо выделяете тему Сталинградской битвы…
– Сталинград показал миру неслыханный по своей глубине пример, как не один человек, не один город, но вся страна проявляет массовый героизм. Ни один писатель-фантаст, ни один поэт такого прежде не озвучивал. И этот героизм был связан не с лозунгами, а явился выражением духа народа. Ведь испытание выпало не только на долю тех, кто воевал, но и на тех, кто жил в этом городе, на весь советский народ. Своей важнейшей задачей считаю сбережение воспоминания участников тех событий.
В них не только трагедия, но и тепло победы. Потому что в любой трагедии есть и другие тона. Сталинград – это особый город, здесь было наибольшее количество жертв и наибольшее проявление героизма. Волгоград – наследник героического Сталинграда, центр и Победы, и Печали. Скорбь этого города нужно поднять на другой уровень. И преобладать на нем должна не только политическая составляющая, но и нравственно-этическая.
– Вы получили Благодарственное письмо от секретаря Совета безопасности Николая Патрушева за большую просветительскую и педагогическую работу. Почему вы – ученый с мировым именем – так много времени уделяете этой деятельности?
– Основы просветительской работы закладывал Евгений Павлович Велихов – Герой Социалистического Труда и Герой Труда Российской Федерации. Он считал, что эту работу надо вести не по праздникам, а постоянно. Патриотизм расцветает там, где о нем меньше всего говорят чиновники. Никогда не виню молодежь. Я ее люблю, потому что за ней будущее. У меня есть претензия к взрослым, которые не умеют понять молодежь, вспомнить себя в этом возрасте, вспомнить, что их тогда волновало.
И не забывать, что у молодых аллергия на ложь. Нравственный долг ученых – иметь учеников и находить в них струнки, которые объединяют людей разных поколений. Только так вы сможете вложить в них то, что нужно. Это касается не только ученых, но и врачей, педагогов…
– Вы встречаетесь со студентами, школьниками, кадетами, сельской молодежью… Где легче установить контакт со слушателями, найти понимание?
– Не так важно, где именно проходят встречи. Будь то Каспийск, Кронштадт, Санкт-Петербург или Ахтынский район Дагестана, который я недавно посетил. Мне нравится, когда аудитория небольшая – 20–30 человек, чтобы я мог вглядываться в лица людей, понимать, какие именно мои слова находят отклик, понимание. В сравнении с мегаполисами в селе все же восприятие более эмоциональное. И сразу вспоминаешь, что во время войны в наших горных селах женщины отдавали свои золотые серьги-кольца на благо фронта. И агитировать их для этого не было необходимости.
«Ходьба лучше любого мерседеса»
– Какой совет вы бы дали молодежи: к чему стремиться, как жить, учиться, работать?
– Чтобы найти свое место, надо прислушиваться к тому, что говорят взрослые. Прислушиваться, а не подчиняться. Надо искать свой путь методом проб и ошибок. Религию нужно просто соблюдать. А наука… Что касается научной стороны – все время ходить с вытянутой шеей, искать новое, открывать его. Мы никогда не бываем так счастливы, как нам хочется, и так несчастны, как нам кажется. Поэтому – нужно быть в постоянном поиске. Считаю, что у молодежи сейчас степеней свободы много, поэтому и шансов найти себя очень много. Желаю всем молодым людям среди многообразия различных направлений найти собственную козью тропу, не предпочитать без разбора автострады и автомобили. Пешая ходьба лучше любого мерседеса. Тупость и ложь занимают много места, но весят мало. За один сребреник дают десять пятаков. Одна строчка Лермонтова весит больше многого. Быть подавляющим меньшинством – это классно. Это козья тропа.
– Как известно, вы были пропагандистом идеи – открыть детский духовный планетарий. В чем его суть?
– Комиссия Организации Объединенных Наций побывала у нас в Дагестане и присутствовала при его открытии. В этой лаборатории огромное количество задач, решение которых должно вызвать восторг у детей. Больше всего направлений связано с химией, физикой, механикой, информатикой. Например, мы делали большой костер и говорили, что если смотреть честно на пламя, то твои ошибки будут искоренены, а если нет – ошибки будут долго жить. Или ставили такую задачу: найти на небе звездочку, название которой состояло бы из такого же количества букв, что и имя ребенка. Дети проснутся только тогда, когда почувствуют твою силу переживания ради того, чтобы стать одним из них.
– Какое место в этом начинании вы отводите литературе?
– Лично на меня фантастическое влияние оказывал и оказывает великий русский поэт Михаил Лермонтов. У меня были хорошие дружеские отношения с Евгением Евтушенко. Когда нас знакомили, меня представили так: человек, который занимается оружием и переводит стихи с русского на аварский. Он несколько пренебрежительно отнесся к этому и сказал: дагестанцы никого не считают поэтом, кроме Расула Гамзатова. На это я ответил: Гамзатов – великий поэт. Но нам его мало. И Пушкина мало, и Лермонтова, и Евтушенко. Потому что чем выше ты живешь в горах, тем больше тебе нужна поэзия.
Он спросил меня: «Какие строчки моих стихов вы перевели?» И я ответил:
Меняю славу на бесславье,
Ну, а в президиуме стул
На место теплое в канаве,
Где хорошенько бы заснул.
Вдали бы кто-то рвался к власти,
Держался кто-нибудь за власть,
И мне то что до той напасти, –
Мне из канавы не упасть.
Мы подружились, и я могу сказать, что это был настоящий великий русский поэт.
– И все же непросто, наверное, ученому общаться с аудиторией, которая может быть не подготовлена к определенным темам?
– Для меня отличным примером послужили лекции ученого-акустика Евгения Мясникова. Прежде чем перейти к математическим выкладкам, расчетам, он рассказывал студентам кораблестроительного вуза о том, почему так важны корабли для укрепления обороноспособности страны. Он говорил о кораблях, как о любимых детях, какие у них особенности, какая качка и походка. О том, что любой корабль представляет всю страну, а его командир порой принимает решения на уровне главы государства. И к принятию таких решений тоже нужно быть готовым. Мой отец не относился к числу высокообразованных людей. Но он всегда умел находить точные, единственно верные слова. Он был своеобразным дипломатом узкого масштаба, который мирил людей, иногда выяснявших отношения.
– Как вы думаете, с какими словами ваш отец обратился бы к нам, живущим в XXI веке?
– Я много раз копался в жизни отца. Однажды он даже сказал мне: сынок, у тебя остался хоть один вопрос, который ты мне еще не задавал? Поэтому знаю, что бы он сказал. За мир нужно воевать не одним государством, а всем миром. Мир может быть счастлив, если в каждой стране есть люди, полностью отравленные потребностью жить мирно. Выигрывает не тот, кто воюет, а тот, кто обходит войну.