«Гуляй, женка — только не загуливайся». Как супружеская жизнь закончилась для Пушкина дуэлью

В издательстве «Новое литературное обозрение» вышла книга историка Сабин Мельхиор-Бонне «Оборотная сторона любви. История расставаний». Автор рассказывает об эволюции представлений о любви и расставании на примере личных историй знаменитых людей: Абеляра и Элоизы, Наполеона и Жозефины, Пушкина и Гончаровой, принца Чарльза и принцессы Дианы. Опираясь на их письма и дневники, в которых говорится о любви, изменах и ссорах, Мельхиор-Бонне показывает, как как с XII века по настоящее время менялись представления о репутации, чести, счастье, самореализации и свободе. Публикуем фрагмент из главы, посвященной браку Александра Пушкина с Натальей Гончаровой.

«Натали — моя сто тринадцатая любовь», — мрачновато иронизирует Пушкин незадолго до своей женитьбы в феврале 1831 года. Шутка мужчины, справляющего поминки по холостяцкой жизни: великому русскому поэту трудно написать страницу без нескольких остроумных мыслей; неугомонный и недисциплинированный, он составляет «донжуанские списки», потому что еще никогда не был помолвлен. «Гордая русская девица» вызывает у него восхищение и нежность, но он боится брака как огня, в его понимании брак «холостит душу». В 1831 году ему тридцать два года; он уже познал горечь ссылки и нежные влюбленности, отказался от политических устремлений и теперь хочет обрести в законном браке безмятежность, необходимую для творчества.

Пушкин встречает шестнадцатилетнюю Наталью Гончарову на балу в декабре 1828 года. Это ее первый светский выход. По общему мнению, она самая красивая девушка в России, у нее «лицо мадонны с раскосыми глазами» и фигура Венеры. Возможно ли сопротивляться такой красоте и гармонии? На этот раз Пушкин влюбляется без памяти, до головокружения. Девушка скромна, сдержанна, от нее исходит сияние; все в ней — грация и изысканность. Воздыхатель не сразу понимает, что ее сдержанность — следствие холодности, а робость говорит о безразличии. Натали девушка простодушная, «бездушная», сказали бы злые языки, она, что называется, одарена бесхитростным эгоизмом. Пушкин ей не особенно нравится, но ореол его славы производит впечатление.

Поэт делает предложение, Натали колеблется — она не влюблена. Прагматичная мать беспокоится по поводу материального положения претендента, его прошлого, полицейских расследований в его отношении, ранга, который он может занимать в свете. Гончаровы бедны, и Пушкин — не блестящая партия. Конечно, литературная слава престижна, но стабильного состояния стихами не создашь, и знатное общество с презрением относится к профессии бумагомарателя. У Гончаровых три дочери на выданье и трое сыновей, и их ответ расплывчат. Мать хочет выиграть время в надежде, что в следующем сезоне появятся новые кандидаты в женихи. Но сезоны проходят один за другим, туалеты и прочее стоят дорого. Несмотря на то что девушка пользуется большим успехом, серьезных предложений нет, князь Мещерский в последний момент отступил.

Таким образом, путь свободен. Пушкин начинает посещать Гончаровых в качестве жениха. Он пишет письма своей будущей теще, чтобы успокоить ее и чтобы узнать о чувствах ее дочери. Он прекрасно понимает, что Гончаровы согласились на него за неимением других женихов.

Госпожа Гончарова принимает его с кислой миной, подсчитывает расходы на жизнь, что его несколько обескураживает, и он с тревогой пишет: «Ваше молчание, ваша холодность, та рассеянность и то безразличие, с какими приняла меня м-ль Натали… <…> …я могу надеяться возбудить со временем ее привязанность, но ничем не могу ей понравиться; если она согласится отдать мне свою руку, я увижу в этом лишь доказательство спокойного безразличия ее сердца. <…> Не возникнут ли у нее сожаления?» Что касается денег, у Пушкина их достаточно, чтобы жить с комфортом, но не хватает на то, чтобы обеспечить супруге положение в обществе, «как она заслуживает…». Уже будучи женихом, он ищет путь к отступлению; на самом деле больше, чем нехватки денег, он боится потерять независимость; он любит жизнь, обожает «женщин и их ножки» и уже нашел утешение на стороне.

6 мая 1830 года о помолвке объявлено официально, но проходит она невесело. Ей восемнадцать лет, ему тридцать один. Визиты, подарки, первые расходы, требуемые церемонией, потерянное время — все в этом старомодном порядке претит поэту. Госпожа Гончарова нелюбезна, вскрывает письма дочери и диктует ей ответы; споры и столкновения не прекращаются, потому что будущий зять не дает себя приручить; его же выводят из себя все эти абсурдные условности, и при всей его щедрости многие расходы кажутся ему капризами и транжирством: «Входить в долги для ее тряпок — я не в состоянии». По мере приближения свадьбы ощущается напряжение с обеих сторон. Пушкин благоразумно решает, что некоторое отдаление друг от друга возвратит безмятежность, и в середине июля 1830 года решает на несколько недель уехать в Петербург.

По возвращении в Москву его ждет гроза. Натали откладывает день свадьбы, а будущая теща, наслушавшись сплетен, ведет себя неприятно, почти оскорбительно. Отношения оказываются на грани разрыва. Когда же Пушкину приходится уехать по делам в имение Болдино, управление которым поручил ему отец, он предпочитает не думать о будущем и задерживается там; невеста не пишет ему. Он признается другу, что с радостью жил бы там анахоретом: «Ты не можешь вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать. <…> Ах, мой милый! что за прелесть здешняя деревня!» Два месяца спустя, в конце декабря 1830 года, Пушкин возвращается в Москву; он грустит. Но он повторяет себе, что нужно быть «как все»; прощальный вечер с «друзьями беспечной юности» очень похож на поминки. Свадьба празднуется в феврале 1831 года.

Кружевная душа

Против ожидания Пушкин счастлив; он любит свою очаровательную жену. Конечно, новая семейная жизнь проходит не без трений. Желчная теща не желает терять власть, и, чтобы сломить сопротивление дочери, она говорит гадости по поводу скупости Пушкина, отсутствия у него морали, о его либеральных убеждениях, ветреной юности, неуважении к теще. Идет война нервов, в которой госпожа Гончарова по любому поводу принижает образ молодого супруга. Отношения с семьей жены, с виду корректные, быстро портятся; он упрямится: «Не восемнадцатилетней женщине управлять мужчиной, которому 32 года». «Медовый месяц» не длится долго; из-за мелких дрязг поэт мечтает только об одном: обрести немного одиночества, благотворного для вдохновения. Деньги он зарабатывает, а работа требует спокойной жизни; «Москва — город ничтожества», «губернский город, получающий журналы мод». Натали плачет, часто ревнует; единственное подлинное удовольствие она получает, блистая на балах; теща красноречиво шутит о разводе. Молодая пара благоразумно переезжает в симпатичный домик поблизости от великолепных царскосельских парков.

Счастливое спокойное и плодотворное время длится недолго: как обычно, в середине июля на летний сезон в Царское Село перебирается двор, и светская жизнь возобновляется. Молодая супруга счастлива только в обществе; она предпочитает выбирать наряды и драгоценности, а не слушать, как муж читает стихи. Ее красота производит фурор всюду, где она появляется:

«Красавица, красавица, но как печально ее лицо», — пишет супруга немецкого посла князю Вяземскому.

Течение жизни меняет одно событие: Натали имеет счастье быть представленной императрице. Император, в свою очередь, замечает ее в толпе хорошеньких женщин и милостиво соглашается принять ее супруга, когда тот через неизбежное посредство Бенкендорфа просит об аудиенции; Пушкину необходимо занять более стабильное положение и получить доступ к архивам, чтобы написать историю Петра Великого. Разрешение с некоторыми оговорками получено; радуясь повышению, поэт, полный надежд, вновь заступает на службу, а императрица приглашает его молодую жену к себе.

Одновременно с царским двором в середине октября чета Пушкиных перебирается обратно в Петербург, где начинается осенний светский сезон. Градом посыпались приглашения, все стремятся заполучить вновь прибывшую красавицу к себе: ее восхитительная улыбка, деликатные манеры и невинный вид вызывают опьяняющий восхищенный шепот. Ее поведение безупречно, целомудрие не вызывает сомнений. Муж, например, так уверен в ней, что его даже веселят светские «кобели», которые бегают за ней, «подняв хвост трубочкой». Она наивно рассказывает ему о своих маленьких успехах; она так молода, что он относится к ней как к ребенку, иногда безмозглому: «Гуляй, женка; только не загуливайся и меня не забывай». В порывах нежности он стремится сделать ее счастливой и прощает все этой «кружевной душе». Он со смехом просит ее составить список обожателей в алфавитном порядке.

Натали беременна. Но в семье не хватает денег, и она заливается слезами, когда муж из экономии просит ее поехать на отдых в деревню. Бюджет выдерживать трудно, и Пушкин жалуется: «Женясь, я думал издерживать втрое против прежнего, вышло вдесятеро». Многие счета остаются неоплаченными. Одна очень богатая тетушка, Екатерина Загряжская, берет юную супругу под свое крыло, осыпает подарками и прекрасными туалетами, графиня Нессельроде, жена министра иностранных дел, тоже хочет развлечь ее; беременность Натали еще не очень заметна, поэтому Нессельроде ведет ее на пышный императорский бал, о чем ничего не было известно мужу. Пушкин самолюбив; секреты приводят его в ярость, неконтролируемую и, может, даже чрезмерную, в результате чего семья Нессельроде начинает относиться к нему враждебно.

Супружеская жизнь идет не гладко, то с одной стороны, то с другой возникают неудовлетворенность и недопонимание: неосторожность и кокетство супруги, одержимой туалетами, домашние хлопоты мужа, который занят счетами за продукты, вместо того чтобы работать.

«Жизнь моя в Петербурге ни то ни се», — стонет он. Радостным моментом было рождение маленькой Маши в мае 1832 года, но вскоре возобновляются балы, начинается новый светский сезон. Пушкин, по всей вероятности, не хранит ей верность, а «Мадонна», как он называет молодую жену, совсем не разделяет его любовных порывов; она холодна, безразлична или стыдлива. Пушкину кажется, что «нежная маленькая женушка», о которой мечтает его поэтическая душа, остается чужой для него: «Ты предаешься мне нежна без упоенья, / Стыдливо-холодна, восторгу моему / Едва ответствуешь, не внемлешь ничему…» Он с головой погружается в работу; прекрасная вечная Россия вдохновляет его, и летом 1833 года он путешествует по восточным провинциям, собирая материалы для нового проекта — «Истории Пугачева», за которую рассчитывает получить приличный аванс в 20 000 рублей. Супругам нужна смена обстановки.

Осенью он уезжает в Болдино, чтобы спокойно поработать там и уладить дела; во время путешествия он непрестанно думает о семье. Его беспокоят долги Натали, ее материальные заботы, растущий список ее побед и светских искушений, новые кареты, новые слуги, новые платья: «Не стращай меня, женка, не говори, что ты искокетничалась; я приеду к тебе, ничего не успев написать — и без денег сядем на мель…», «Не кокетничай с царем». Советы превращаются в упреки, потом он спохватывается: «К чему тебе принимать мужчин, которые за тобою ухаживают? <…> Я не ревнив, да и знаю, что ты во все тяжкое не пустишься; но ты знаешь, как я не люблю все, что пахнет московской барышнею, все, что не comme il faut». За три месяца отсутствия, несмотря на обуревающие его страхи, сквозящие в отдельных письмах, он создает самые прекрасные свои произведения.

«Кровь в желчь превращается»

В вечер, когда Пушкин возвращается в Петербург, его жена на балу. Она не знала о его возвращении, и он сам приходит увезти ее, «как улан уездную барышню». Чтобы нравиться «мадонне», он позволяет увлечь себя в вихрь балов, раутов и карнавалов, он «то молчалив, то весел вновь». Он принадлежит к старому аристократическому роду и поначалу, кажется, доволен, что его принимают в блестящем столичном обществе. Красота и блеск Натали, ее искусство одеваться завораживают гостей и открывают перед ним все двери. Но он знает, что эти молодые аристократы, ценители моды, не придают никакого значения бедному поэту, тайно исповедующему либеральные взгляды; кое-кто посмеивается над африканской кровью, текущей в его жилах, над его «негритянским безобразием», унаследованным от знаменитого предка, «арапа Петра Великого». У поэта множество врагов, которые с удовольствием его унижают; он мстит им по-своему, создав в «Евгении Онегине» едкий собирательный портрет всех этих самодовольных молодых людей, которые с бала отправляются в постель и чей круг чтения ограничивается визитными карточками. Сам император не скрывает, что ему нравится сияющая супруга Пушкина, что он хотел бы видеть ее на всех своих праздниках и балах, — а во время Масленой недели бывает по два бала в день! Так как чин Пушкина по Табели о рангах не дает ему доступа ко двору, в 1834 году Николай I жалует ему придворное звание камер-юнкера; у царя, скорее всего, нет злого умысла, но звание это ничтожно, дается неопытным дебютантам, а форма на мужчине его возраста смотрится просто смешно. Пушкин не знает, смеяться ему или плакать. Он уязвлен этой сомнительной милостью, ему стыдно и обидно, он вне себя и готов подать в отставку, но, полный горечи, смиряется, потому что должен содержать семью.

Гордость величайшего поэта России ущемлена. Он делается вспыльчивым, раздражительным; у него «кровь в желчь превращается». Его недруги ухмыляются; когда он сопровождает блистательную госпожу Пушкину на дворцовые балы, они не стесняются называть пару «Венерой и Вулканом».

На фоне все более злых шуток, что появятся позже, эта звучит еще достаточно невинно; светские сплетни сдабриваются «крупной солью светской злости»; против «африканца» плетутся интриги. Он мечтает сбежать, чтобы положить конец безумным тратам и цензуре, выбраться из этого удушающего круга и вновь обрести легкость и точность письма, свойственные его искусству. Полиция продолжает вскрывать его корреспонденцию, а Бенкендорф доводит до его сведения, что император считает его неблагодарным; сам же Николай I вычеркнул кое-какие пассажи из «Медного всадника». Натали не делает никаких попыток понять мужа; захваченная подготовкой к балам, она собирается представить ко двору двух своих сестер, «ручку от метлы» Екатерину, которую Пушкин ненавидит, и Александру, к которой он относится даже слишком хорошо. Из-за крайней нужды поэту приходится занимать деньги и закладывать драгоценности.

Именно тогда в Петербург прибывает Жорж Дантес, молодой французский кавалер-эмигрант, приемный сын барона Геккерна, могущественного дипломата, посланника нидерландского двора в России (злые языки обвиняют его превосходительство в том, что он испытывает к молодому французу страсть); при такой поддержке карьера соблазнительного кавалера обеспечена; в 1834 году Дантес получает чин лейтенанта, затем становился кавалергардом, его принимают при дворе. Красивый, галантный, веселый и беззаботный, прекрасный танцор и всадник, он умеет пользоваться своим шармом и приводит дам в смятение. Красота госпожи Пушкиной, этой «лилии на стебле», производит на него впечатление. В нетерпении он ухаживает за ней так нежно, так настойчиво; они выглядят очень подходящими друг другу, и, когда эта великолепная пара танцует мазурку, множество лорнетов направлено на нее. Какая молодая женщина не была бы польщена такой честью? Настроенная на развлечения, Натали беззаботно радуется своим успехам. Они становятся неразлучны. Она не слышит кудахтанья клеветников. Княгиня Вяземская предостерегает ее, а император советует подумать о своей репутации.

Пушкин невольно прислушивается к намекам и дерзким смешкам. В 1836 году он буквально раздавлен финансовыми трудностями, юношеские мечты потускнели, «лета шалунью рифму гонят». Он озлобляется и даже ищет ссоры с теми, чьи улыбки и бесцеремонные взгляды кажутся ему оскорбительными: так, едва не состоялась его дуэль с писателем Соллогубом. Он все реже бывает весел. Поэт то пускается в загул, то впадает в задумчивость; он чахнет и каменеет.

Смешан с грязью

Хмурым ноябрьским утром 1836 года курьер доставляет Пушкину три экземпляра анонимного письма:

Написано на дорогой бумаге, почерк искаженный, но стиль безупречный. Письмо было направлено многим друзьям поэта. Возможно, поначалу Пушкин хочет бросить его в огонь, но потом решается показать Натали. Молодая женщина страшно разволновалась, побледнела, разрыдалась и стала оправдываться: конечно, она была слишком снисходительна к ухаживаниям галантного кавалера, она признает свою неосторожность и кокетство, но ее нельзя упрекнуть в чем-либо более серьезном — кто угодно это подтвердит. Пушкин несчастен, но верит Натали; она всегда была верной женой. Супруги склонились к мысли, что почерк изменил старик Геккерн, враждебно настроенный к Пушкину и ревнивый.

Здесь трудно что-нибудь сказать с уверенностью. Действительно, бумага могла быть отправлена из посольства, ее мог написать Геккерн или кто-то из его окружения. Намек на любовницу Александра I косвенным образом мог указывать на Николая I, поскольку муж-рогоносец получил от Александра в качестве платы за молчание высокооплачиваемую должность историографа; но это было очень рискованно и требовало большой отваги, потому что оскорбление величества — а это рассматривалось бы именно так — жестоко каралось, поскольку царь не мог быть ни в чем обвинен.

Может быть, кто-то хотел спрятать фигуру Дантеса и бросить тень на неприкосновенного монарха, чтобы избежать скандала и запутать следы?

Если, как думает Пушкин, все это затеял Геккерн, исполнителем мог быть министр иностранных дел Нессельроде, который его ненавидит, или же, согласно недавним графологическим экспертизам, князь Долгоруков, молодой заговорщик с не очень хорошей репутацией. Пушкин нажил себе множество врагов. Дантес, безусловно, был очень сильно влюблен в Натали, но она, мать нескольких детей, беременная на пятом месяце, — женщина принципиальная, заботящаяся о своей репутации; мелкие интриги ее не интересуют, и галантные ухаживания остаются без последствий. А если речь идет о большой любви? Она по-своему ответила на настойчивые признания красавца Дантеса, нежно и спокойно: «Я люблю вас, но не требуйте от меня никогда ничего, кроме сердца, потому что все остальное не принадлежит мне…»

Пушкин в ярости, ожесточен, раздражен, жаждет мести, полон отвращения и презрения и, возможно, испытывает все эти чувства одновременно. Анонимное письмо — это унижение, сказанное в нем — оскорбление. Как только честь оказывается под вопросом, пусть даже косвенным образом, она потеряна, потому что честь может быть только абсолютной. Теперь он должен защищать не только честь мужа, но и человеческое достоинство. Его жена оклеветана, его имя смешано с грязью; с него как будто содрали кожу, и это толкает его к действию. Период большой душевной смуты проходит, он чувствует себя получше; по словам Вяземского, супруги вновь живут в согласии. Пушкин придумал месть: он решает не атаковать Геккерна, которого попрежнему считает автором письма, а провоцирует на дуэль его сына, молодого фанфарона. В глубине души он сознает: чтобы обрести покой, ему нужно убить его. Однако вскоре он в устной форме отказывается от своего намерения, потому что ему стало известно о новых махинациях Геккерна.

Геккерн очень бы хотел, чтобы дело окончилось миром, потому что скандал может уничтожить его дипломатическую карьеру, а также он стремится обезопасить сына. Он отвергает все обвинения, но так встревожен, что придумывает уловку, чтобы избежать дуэли: решает женить Дантеса на сестре Натали Екатерине, в которую он якобы давно безумно влюблен (а вовсе не в жену Пушкина). Некоторые наивные души верят ему, и весь свет говорит только об этом. Засидевшаяся в девицах Екатерина в восторге от такой удачи и без колебаний принимает предложение. «Жених» не так покладист, как рассчитывал его отец, и потребуются долгие увещевания, прежде чем он согласится на этот план. Свадьба состоялась 10 января 1837 года, на ней присутствовал весь Петербург. Дантесу больше ничто не угрожает, но ни о каком примирении между зятьями речь идти не может. Нервы Пушкина на пределе, его лихорадит; он запутался в домашних делах, долгах, слухах, лжи, запретах, уже невыносимой цензуре. Он худеет и исходит ненавистью. Никто не может его унять, и он требует выяснения отношений при помощи оружия.