Два портрета одной дамы: как художник Ренуар открыл новое направление в искусстве
Выставка коллекций братьев купцов Морозовых, проходящая сейчас в ГМИИ им. Пушкина, дает редкую возможность сравнить два портрета актрисы Жанны Самари Кисти французского импрессиониста Огюста Ренуара.
Эта загадка не дает покоя любителям живописи: что связывало 36-летнего художника и 20-летнюю актрису? Не просто же так личико Жанны глядит аж с 12 картин Ренуара конца 1870-х годов! Но романтическая история ничем не подтверждается.
Зато определенно можно сказать, что Самари-актрисой, переигравшей, кажется, всех служанок в комедиях Мольера, Ренуар околдован не был. «Вот уж место, где на всем печать скуки…» — описывал он свои впечатления от спектаклей театра «Комеди Франсез».
Жанна дебютировала на прославленной сцене в 18 лет. «Огромный талант!» — гласит официальная версия. Неофициальная тихо шепчет: «В театре служили две ее тетки и бабушка». Какая версия ближе к истине, уже не разобраться. Очевидно одно: Жанну Самари мы помним лишь потому, что она позировала Ренуару. И только благодаря этому знаем ее дальнейшую судьбу: вышла замуж за богача, родила трех дочерей, а в 33 года умерла от брюшного тифа.
Ее поясной портрет из Пушкинского музея (1877 год) — пример чистого, ничем не замутненного импрессионизма. Легко брошенный на холст мазок; сочетание несочетаемого — зеленовато-голубого платья на фоне розовой стены; принципиальное презрение к деталям и отсутствие черного цвета. Свежий, радостный, воздушный портрет. Очаровательная женщина чему-то мечтательно улыбается. Просто мимими! И совсем неважно, что Ренуар слегка польстил своей модели, утончив черты лица и не заметив тени вульгарности, видной на фотографиях Жанны и ее портретах, исполненных не столь благожелательными художниками.
Это сейчас публика обожает импрессионизм. А в конце 1870-х над ним потешались. Картины нового направления никто не покупал, критики оттачивали на художниках свое остроумие. Великому Ренуару на полном серьезе предлагали подделывать пейзажи Теодора Руссо! И все же он добился признания — первый из столпов импрессионизма. И первый же отошел от канонов этого стиля. Правоверные импрессионисты во главу угла ставили не верность натуре, не точность изображения, а личные мимолетные впечатления.
Всем жанрам они предпочитали пейзаж — с природой на холсте можно особо не церемониться. Ренуар же любил писать для людей, которые хотели получить что-то более-менее привычное, а не плоды художественного эксперимента.
Другой портрет Жанны Самари, исполненный Ренуаром чуть позже (1878 год) и принадлежащий сейчас Эрмитажу, уже выглядит иначе. Да, это по-прежнему импрессионизм. Тот же свободный, хоть и более плотный мазок.
Светящаяся кожа девушки, игра розового на платье и голубые тени на платочке. Но Ренуар отдает дань академической традиции: четкие линии, роскошная обстановка, внимание к деталям и даже — о, ужас! — темный, чуть ли не черный фон. Настоящий парадный портрет. Разве придет в голову, что эта величавая гранд-дама — комедиантка? Ренуар обрел собственный стиль — и стал всеми любимым классиком.
Два портрета Жанны Самари объединяют семейные коллекции братьев купцов Морозовых. Иван выбрал бескомпромиссную новизну импрессионизма, Михаил предпочел респектабельность.
О, русский купец знал толк в новейшем искусстве! Сергей Щукин и Иван Морозов собрали едва ли не всех французских гениев начала XX века. Триумфальные демонстрации их бывших коллекций в Париже, Санкт-Петербурге и Москве даже странно называть выставками. Это настоящий музей, обладающий несметным числом шедевров.
Да, собственно, это и был музей — Нового западного искусства, занимавший бывший особняк Морозова на Пречистенке. Но в 1948 году его ликвидировали, здание отдали Академии художеств, а ее президент Александр Герасимов, неистовый борец с западным «безыдейным буржуазным искусством», обосновался в кабинете хозяина. Коллекцию же распределили между Пушкинским и Эрмитажем, точнее — разорвали.
В 2012 году директор Пушкинского Ирина Антонова предложила воссоздать в Москве Музей нового западного искусства. Идея казалась утопической, если не сказать безумной. Нового музейного передела никто не хотел. Особенно взволновались в Эрмитаже, напомнив, что в качестве компенсации передали в Москву собрание старых мастеров. Их тоже следовало «вернуть на место»? В общем, идею отвергли. Намекали на почтенный возраст Антоновой… Вскоре она оставила свою должность. Правда, Музей нового западного искусства воссоздали в интернете...
В реальности же его собрание по-прежнему разделено между двумя столицами. И лишь сейчас, пока еще идет выставка, можно зайти в Пушкинский и вживую сравнить два портрета Жанны Самари.