Юлия Алипова: «ЮНЕСКО — это в первую очередь про ответственность»

— Юлия Борисовна, в Карелии целых два объекта ЮНЕСКО. Наша республика какая-то особенная?

— Конечно! Я всегда говорю, что мы особенные. В Карелии каждый район не похож на другой; особенности в архитектуре, речи, местной кухне, в костюме и в укладе жизни. Каждое место, куда ты приезжаешь, — особенное.

А если говорить о петроглифах, то они, конечно, уникальны. Рисунков много, они прекрасно сохранились (причем сохранились не только сами памятники археологии, но и окружающий ландшафт, природа). Беломорские и Онежские петроглифы расположены в трехстах километрах друг от друга, но синхронны по возникновению, как говорят специалисты. Наскальное искусство, стоянки древнего человека — все это создает в Карелии уникальные комплексы.

В предварительном списке ЮНЕСКО мы пробыли всего четыре года (это совсем недолго). И прошлым летом вошли в основной список. Голосование на сессии комитета Всемирного наследия прошло быстро и практически единогласно. Многие говорили: за что голосуем? Мы думали, что вы уже в ЮНЕСКО!

— И что теперь? Большие федеральные деньги?

— ЮНЕСКО — это в первую очередь про ответственность. Заявка на включение в предварительный список уже должна быть взвешенным, осознанным решением. Археологи Карелии еще в 1990-х говорили: наши памятники уникальны, надо срочно этим заниматься. Но, может быть, и неплохо, что у нас было время подготовиться.

Во-первых, ЮНЕСКО — это значит, что мы занимаемся научным изучением археологических памятников постоянно, а не эпизодически: от гранта к гранту, от заявки к заявке. Это планомерная работа, и ее результаты должны аккумулироваться в единой и мобильной базе данных. Это работа, которая должна выливаться в определенные рекомендации — не только по изучению и сохранению самих памятников, но и по окружающей среде. Потому что берег, лес, скалы — это то, что делает наши петроглифы уникальными.

Во-вторых, ЮНЕСКО — это значит, что поток туристов сразу возрастает. Теперь люди, которые приезжают в Карелию, хотят увидеть не только Валаам и Рускеалу, но и объекты всемирного наследия — и Кижи, и петроглифы.

— Есть такое направление в туризме, люди хотят увидеть все объекты ЮНЕСКО в мире. Все 1154.

— У меня есть такие друзья. Организуют туры и на протяжении всей жизни знакомятся с объектами всемирного наследия. И это не профессиональный интерес, им просто хочется увидеть все чудеса света.

У нас теперь два объекта ЮНЕСКО, а территориально получается целых три (Беломорские и Онежские петроглифы — это две отдельные поездки). А уж если человек доехал до Беломорска, то ему хочется увидеть и еще и Соловецкий монастырь (объект ЮНЕСКО в Архангельской области).

И сейчас, конечно, наша основная задача — продумать и предусмотреть поэтапное развитие транспортной инфраструктуры и сопутствующей туристской инфраструктуры. Подготовить местных жителей к той волне интереса, которая возникнет у посетителей.

С Беломорскими петроглифами все более или менее понятно — главное, добраться до Беломорска. В прошлом году открылся павильон «Бесовы следки», до Залавруги добраться пешком несложно. И территория такая осязаемая, не надо иметь большой штат специалистов, чтобы следить за порядком.

Онежские петроглифы — это более сложная история для массового посещения, для грамотного расчета антропогенной нагрузки. Онежские — это, скорее, дикий туризм, активный туризм на открытом воздухе. И к нему совершенно другие требования по безопасности людей.

Еще одна важная тема — взаимодействие с местным сообществом. Нужно избежать тех ошибок, которые были сделаны при создании музея-заповедника «Кижи» много лет назад. Тогда решили на федеральном уровне: создаем резерваты и переносим туда самое ценное. И ставим управляющую структуру. Никто даже не задумывался, как на это отреагируют местные жители.

Сейчас музей-заповедник «Кижи» пытается нивелировать те ошибки, которые были допущены на первоначальном этапе. Да, тогда нельзя было по-другому, нужно было быстро принимать решения — деревянные постройки Заонежья находились в плачевном состоянии.

А сейчас об этом нужно думать сразу. Мы еще когда только номинировались в ЮНЕСКО, уже проводили семинары с местными жителями. Кстати, одно из основных требований к плану описания объекта ЮНЕСКО — это как раз «гармоничное взаимодействие и вовлеченность местного населения». Без этого никак.

— Это что подразумевает?

— Люди, живущие рядом с памятниками (археологии, истории, природы) должны понимать, что объект ЮНЕСКО — это и выгода, и огромная ответственность. Очень важно, чтобы они относились к этому сознательно, участвовали в в продвижении, в приеме гостей, туристов, ученых.

Это очень важно. Потому что когда человек гордится своим, родным — это одно. А когда тебя отстраняют от решения всех важных вопросов, просто ставят перед фактом: теперь здесь будет так, это можно, это нельзя, — то ждать гостеприимства не приходится.

— Вернемся к деньгам. На что в первую очередь выделяются средства?

— В первую очередь на научную работу. Важно, что сейчас появилась возможность планомерного финансирования конкретных объектов.

Ну и туризм. Объекты ЮНЕСКО (их в России всего три десятка) — знаковые, топовые. И это, конечно, возможность привлекать и федеральные средства, и инвестиции на раскрутку и создание национальных маршрутов для туристов. Как для иностранных, так и для российских.

Многим людям нужна тайна, история, громкое имя. Я прекрасно понимаю, что серьезная доля посетителей, которые приезжают, скажем, на территорию музея-заповедника Кижи, до конца не осознают всей ценности Преображенской церкви. Но сам факт, что они «посещают объект ЮНЕСКО», вот такой раскрученный и громкий — это серьезный аргумент для того, чтобы отправиться в Карелию.

— Сейчас на Онежские петроглифы за сезон приезжают около пяти тысяч туристов, на Беломорские — около двадцати тысяч. Что, если эта цифра вырастет до полумиллиона посетителей? Как происходит с похожими объектами ЮНЕСКО в мире?

— Думаем, планируем. Та инфраструктура, которая сейчас есть на Беломорских петроглифах, она тоже не с неба упала. Когда мы готовились к столетию Республики Карелия, обсуждали сразу комплексные проекты, которые могли бы иметь мультипликативный эффект для всей территории.

И написали концепт проекта «Листы каменной книги». Мы не стали изобретать велосипед и взяли название известной книги Линевского. По крайней мере, сразу аналогии, ассоциации какие-то рождаются у человека в голове.

И то, что сейчас сделано на территории Беломорских петроглифов — это лишь один небольшой кусочек этого мегапроекта (как мы его для себя называем, громко так, с апломбом). Надеемся, что теперь будем его поэтапно реализовывать.

В первую очередь мы разработали вопрос развития территорий, которые тяготеют непосредственно к комплексам. Есть две архитектурные концепции, рассмотренные и принятые всеми специалистами. Для Беломорских петроглифов концепцию разрабатывал архитектор Евгенией Таев, для Онежских — Александр Савельев.

На Онежском озере возможны кемпинги с ограниченным количеством мест. Небольшой комплекс в районе деревни Бесов Нос предусмотрен для ученых, исследователей, сотрудников, которые будут жить на этой территории. В Каршево — визит-зона для туристов.

Понятно, что на берегу, рядом с петроглифами, отель никто строить не будет. Иначе вся прелесть этого места уйдет сразу же. Не говоря уж о том, что мы тогда автоматом попадем в список объектов, находящихся под угрозой исключения из ЮНЕСКО.

— А визит-центр в Петрозаводске? Он же планируется в одном из деревянных зданий на проспекте Ленина, напротив «Северной»?

— Да, именно там (на Ленина 24А) будут работать специалисты головного подразделения Центра по сохранению и изучению петроглифов. Штат, кстати, скромный. Их задача — координировать работу филиалов в Пудоже и в Беломорске.

И, конечно, мы думаем о том, каким будет визит-центр для туристов, главный в Карелии. Именно здесь должен начинаться рассказ о петроглифах, погружение в историю. Здесь мы будем проводить лектории, конференции, мастер-классы, обучение специалистов по работе с объектами.

Здесь будет вся информация по маршрутам, по местам размещения. Вся координация с турфирмами, с местными жителями. Здесь будет полная информация об экспозициях, которые рассказывают о петроглифах. С отсылкой на Национальный музей Карелии, на музеи в Беломорске и Пудоже.

— И как скоро такой центр может открыться?

— Мы уже провели конкурсные процедуры по отбору организации, которая будет заниматься исследованием и проектированием здания на проспекте Ленина. Завершение — следующий год, работа серьезная. Здесь ведь не только реставрация, но и реконструкция сети (это центр города). Плюс должна быть четко выстроена логистика визит-центра. В здании система коридорная, и пока оно не слишком гостеприимно выглядит внутри.

А все должно быть так, чтобы никто мимо не прошел. Чтобы грех было к нам не завернуть!

Запись Юлия Алипова: «ЮНЕСКО — это в первую очередь про ответственность» впервые появилась "Республика".