"Режиссеры влюбляются не в регионы, а в артистов". Иван Пачин о театре, кино и Аль Пачино
Известный театральный постановщик приехал в Барнаул со спектаклем "Детство Чайковского" и поговорил с amic.ru
Одно из крупнейших культурных событий года – большой детский фестиваль "Эхо БДФ – Алтай" – проходит в Барнауле с 21 по 25 апреля. В краевой столице провели десятки крупных мероприятий, в них приняли участие тысячи зрителей. В рамках фестиваля в Барнауле также показали несколько спектаклей из других регионов страны. Один из них – "Детство Чайковского" театра кукол Удмуртской Республики. Режиссер постановки Иван Пачин рассказал amic.ru, чем кино отличается от театра и почему Аль Пачино сравнивал их с хождением по канату со страховкой и без нее. А еще постановщик объяснил, почему искусственный интеллект никогда не заменит артистов и как привлечь в театр подростков, чтобы спектакли об Александре Пушкине им были интереснее, чем о Стиве Джобсе.
Иван Пачин. Родился 10 августа 1986 года. В 2008-м окончил Театральный институт имени Бориса Щукина (курс В. В. Иванова) по специальности "Артист драматического театра и кино", в 2010-м – Высшие курсы сценаристов и режиссеров (курс В.И. Хотиненко, П.К. Финна, В.А. Фенченко) по специальности "Режиссер театра и кино", в 2013-м – Театральный институт имени Бориса Щукина (курс Р.В. Туминаса) по специальности "Режиссер театра". В начале 2000-х годов начал сниматься в кино. Первой ролью стал Колян в сериале "ОБЖ". Служил в труппе московского Театра им. Евгения Вахтангова. В качестве режиссера ставил спектакли в театре "Практика" (Москва), Центре им. Всеволода Мейерхольда (Москва), Большом театре кукол (Санкт-Петербург), Красноярском театре кукол, Псковском театре драмы, Московском областном театре кукол и других. Участник и лауреат многих театральных фестивалей (Российская национальная премия "Арлекин", "БТК-ФЕСТ", "Театры Санкт-Петербурга – детям" и др.). Работал главным режиссером Тверского театра юного зрителя.
"Фильмы делают год, а на спектакль труппа тратит около трех месяцев. Получается, что театральные режиссеры более плодовиты"
– Вы одновременно ставите классические и кукольные спектакли. Со стороны кажется, что это совершенно разные жанры. Есть ли разница?
– Это все театр, пусть у них разная форма. Есть театр кукол, есть драматический, музыкальный театр, а также балет или оперетта. Все зависит от нюансов. Сейчас все идет к взаимообмену. Не то, чтобы идеи драматического театра себя изжили. Иногда в классических спектаклях также можно встретить кукол, а артисты театров кукол одновременно работают и в драматических театрах.
– Задаю этот вопрос всем театральным режиссерам. В кино фильм выходит в широкий прокат и его потом зрители могут посмотреть в любой точке планеты. Вы же ставите спектакль для узкой аудитории. Вряд ли бы я когда-нибудь посмотрел в Ижевске вашу постановку "Детство Чайковского". Каково ставить спектакли, которые, увы, не могут увидеть большое количество зрителей?
– Россия – огромная страна. У кого-то есть возможность путешествовать и посещать региональные театры. Я сейчас работаю главным режиссером театра в Нижнем Новгороде и одновременно сотрудничаю с учреждениями во многих регионах России. Удмуртия – дорогой для меня регион. Там родилась и прожила всю жизнь моя бабушка. И когда мне предложили поставить в Ижевске кукольный спектакль о Петре Ильиче Чайковском, я сразу же согласился. Режиссеры влюбляются не в регионы, они влюбляются в артистов. Кто-то хочет работать в Москве, а я всегда хотел посмотреть страну, узнать ее, чтобы понять, чем один регион отличается от другого.
– Актеры, играющие в московских театрах, у всех на слуху. Олег Янковский много лет проработал в Саратовском драматическом театре, но всенародную известность приобрел только после переезда в Москву. Вы много работаете в регионах. Встречали ли там актеров, которые были бы не менее талантливы, чем Олег Янковский? Не сожалели ли о том, что они не снимаются в кино?
– У каждого артиста свой творческий путь. Театры есть в каждом регионе России, а кино снимают в основном только в Москве. Это другой вид искусства и профессия. Аль Пачино сравнил театр и кино с натянутым канатом, по которому ходит человек. Только в одном случае этот канат лежит на земле. Фильмы делают год, а на спектакль труппа тратит около трех месяцев. Получается, что театральные режиссеры более плодовиты. Можно успеть сделать несколько спектаклей пока идут съемки масштабного фильма. Каждый артист выбирает сам, как должна развиваться его карьера. Не все хотят уезжать работать в Москву.
"Cкоро мы будем смотреть фильмы через очки виртуальной реальности"
– Ингмар Бергман одновременно успешно работал в театре и снимал выдающиеся фильмы. В России могу выделить только Кирилла Серебренникова. Почему не у всех театральных постановщиков получается одновременно снимать и кино?
– Кому-то хочется работать исключительно в театре. Это другая профессия. Как большой теннис и пинг-понг. Вроде бы спорт и спорт, но там разные ракетки, разные паркеты и правила. В большом теннисе спортсмены получают больше, чем в пинг-понге. Смотря, правда, какой уровень у этого спортсмена. Вопрос, который вы задаете, очень интересный. Я встречал людей, которые говорили мне, что работают над сценарием фильма. Через год эти же люди все еще писали сценарий. Еще через год они только начинали искать деньги на реализацию проекта. В театре постановщик может за это же время сделать большое количество спектаклей.
Если ты готов к длительному процессу, если любишь выстраивать кадр больше, чем живых людей на сцене, то почему бы и не попробовать себя в кино? Бергман – не единственный случай, когда художник был одинаково успешен в театре и в кино. Однако все равно основа основ – это театр. Кино сейчас кочует с платформы на платформу, приходят новые онлайн-площадки. Видимо, скоро мы будем смотреть фильмы через очки виртуальной реальности. Театр же будет вечен. Принципиальная разница еще и в том, что в театре спектакль происходит в голове у зрителя. В кинематографе же режиссер с помощью монтажа рассказывает зрителю историю напрямую.
– За свою карьеру вы сделали много экспериментальных постановок. Например, спектакль о Стиве Джобсе. Почему многие руководители театров остаются консервативны в выборе репертуара, не готовы идти на эксперименты? Подростков на спектакль о Джобсе, мне кажется, привлечь проще, чем на условного "Идиота"?
– Для этого проводят специальные форумы, где обсуждают вопросы, которые вы задаете. Все хотят видеть молодых зрителей в зале. Только как это сделать? Каждый руководитель театра сам определяет свои приоритеты. Можно собрать полный зал подростков на спектакле по произведению Александра Пушкина. Это же вопрос формы и того, как сделан спектакль. Здесь речь не о том, чтобы молодые зрители смотрели спектакли через смартфон. Нужно привлекать профессионалов, которые лучше разбираются в том, что интересует сегодня подростков. Это требует огромных усилий, чтобы заинтересовать молодую аудиторию, чтобы она пришла в театр. Дело не в консерватизме руководителей театров. В театре люди рассказывают истории, а режиссер не ограничен никакими рамками. Режиссер в театре не зависит от бюджета, в отличие от кино, где невозможно снять масштабный фильм без каких-то нулей в бюджете.
Я недавно сходил в вашем городе в Молодежный театр Алтая на постановку "Удивительное путешествие кролика Эдварда", которой уже семь лет. В конце спектакля к сцене подошли около 30 детей и подарили актерам по цветку. Меня это тронуло и поразило. Такое можно встретить не везде. Получается, на консервативные спектакли дети и подростки тоже с удовольствием ходят.
– Следите ли вы за судьбой спектаклей, которые ставили? По сути, это дети, которых воспитываете не вы. Как относитесь к тому, когда ваши работы снимают из репертуара?
– Это лодка, которая вышла в море и пошла своим путем. У спектакля бывает счастливая судьба, а иногда – наоборот. Конечно, я захожу на сайт театров, где ставил спектакли, созваниваюсь с артистами. Им тоже нужна режиссерская поддержка, очень важно быть в контакте с артистами. Поэтому да, я стараюсь следить за судьбой своих проектов.
"Ни один народный артист России не знает, как нужно сделать правильно. Да никто не знает!"
– Посещаемость театров в будущем будет падать? В кино часть зрителей из-за онлайн-платформ, таких как Netflix, перестали ходить в кинотеатры. Или живую игру актеров ничем заменить невозможно?
– Живых людей пока ни робот, ни искусственный интеллект заменить не способны. Это как в зоопарке. Я недавно был в петербургском зоопарке и увидел рычащего льва. На него можно было смотреть бесконечно. Ни одна голограмма не заменит этого льва. Как и человека. В этом есть что-то божественное, когда ты смотришь со стороны, как на сцене играют живые люди. Сегодня артисты играют так, а завтра – совершенно иначе. В отличие от кино. Здесь другие ощущения живого организма, а не смонтированной картинки.
– Театр – государство внутри государства. Большинство режиссеров знают прекрасно друг друга, хотя для широкой публики их имена могут ни о чем не говорить. Но как попасть в эту театральную элиту? Как наработать этот опыт, чтобы твою фамилию с гордостью называли в любом театре страны?
– Надо ставить, ставить, ставить и ставить. По-моему, режиссер Николай Хомерики прекрасно об этом сказал, что проблема ВГИКа в том, что там студенты пять лет снимают дипломную работу. В итоге иногда у будущего режиссера получается плохой фильм. Может быть, лучше снимать фильмы не пять лет, а два месяца? И тот фильм плохой, и этот. Только во втором случае у человека осталось еще четыре года и десять месяцев, чтобы снять что-то новое. Это трагедия, когда после плохого спектакля у режиссера опускаются руки. У постановщиков дистанция не короткая, она измеряется десятилетиями. Если ты входишь в эту воду, то должен понимать, что могут произойти крутые повороты. Иногда у режиссера происходят творческие неудачи, но всегда есть шанс вернуться и сделать что-то новое. Профессия режиссера – индивидуальная. Поэтому ты иногда чувствуешь себя одиноким.
Федерико Феллини в свой первый съемочный день просто просидел, не смог ничего снять. Все режиссеры в этом похожи. Читаешь воспоминания великих постановщиков и понимаешь, что у тебя было то же самое вчера. Когда я ставлю спектакли, то мне кажется, я строю тот мир, в котором мне хотелось бы жить. Каждый найдет своего зрителя. Даже если спектакль плохой, неудачный, но кому-то он понравится. И это позволяет понимать, какая твоя миссия. Что ставить во главу угла? Работу в Москве? Премию "Оскар"? И только потом, спустя семь-десять лет, ты понимаешь, верной дорогой шел или нет.
– Сложно ли работать со звездными актерами? Например, хотели бы вы, чтобы условный Аль Пачино сыграл в вашем спектакле? Нужно же соответствовать уровню этого актера.
– Я просто люблю артистов, любых. На начальном этапе работы над спектаклем взгляды режиссера и актеров совпадают. Вопрос не в том, чтобы убедить артиста сделать так, как хочешь именно ты. Не нужно обманывать себя. Ни один народный артист России не знает, как нужно сделать правильно. Да никто не знает! Однако если ты будешь чего-то бояться, то ничего хорошего не получится. Ты ведь добился того, чтобы работать с большим артистом. Верь в себя, держись внутренней силы, прислушивайся к себе. Слушай свое сердце и верь в свой талант.
– Хороший актер способен вытянуть плохой спектакль?
– Безусловно! На него вообще вся надежда в данном случае. Когда человек приходит в театр и через какое-то время понимает, что происходящее на сцене ему не нравится, то начинает следить за артистом. Мне кажется, что это дар для актера, когда люди приходят в театр, чтобы посмотреть его игру.