Невская битва: как двадцатилетний князь Александр Ярославич разгромил войска шведов

15 июля 1240 года произошла одна из самых таинственных и известных битв в истории России. Там,  где река Ижора впадает в Неву, дружина под командованием молодого князя атаковал лагерь шведов и обратил врага в бегство. После этого сама битва, и князь, стали называться Невскими.

Крестовый поход на Русь

К крестовому походу против финских племён Папа Римский Григорий Девятый призвал шведов – 9 декабря 1237 года. Шведы откликнулись и 7 июня 1238 года договорились с датчанами и рыцарями Тевтонского ордена о походе на Русь. Они планировали выступить одновременно двумя армиями: шведы (с норвежцами, сумью и емью) на севере – на Ладогу, тевтонцы и датчане – на Псков. В 1239-м по каким-то причинам поход не состоялся, и лишь летом 1240 года шведы появились на Неве. Расположившись лагерем в устье реки Ижоры они, очевидно, ждали новостей от союзников, не желая начинать боевые действия, чтобы не навлечь на себя основной удар русского войска. И в ожидании они мирно торговали с местными племенами или миссионерствовали. Так начинался крестовый поход шведов на Русь, закончившийся Невской битвой.

«Не в силе Бог»

Молодой князь Александр, которому к 15 июля 1240 было всего двадцать лет, будто бы сразу почувствовал значимость будущей битвы и обратился к войску не как защитник Новгорода, но именно как защитник православия: «Не в силе Бог, но в правде. Вспомним Песнотворца, который сказал: «Одни с оружием, а другие на конях, мы же имя Господа Бога нашего призовем; они, поверженные, пали, мы же устояли и стоим прямо»». На святое дело – защищать веру – и отправился отряд новгородцев, суздальцев и ладожан. Причём, видимо, зная о готовящемся нападении с запада на Изборск и Псков, Александр спешил расправиться со шведами малыми силами и даже не стал посылать во Владимир за подкреплением.

Внезапная атака

Очевидно, гонец, доставивший в Новгород весть о шведах, несколько преувеличил их число. Ожидая увидеть превосходящие силы противника, Александр рассчитывал на фактор внезапности. Для этого, пройдя за несколько дней более 150 верст, русские воины отдохнули на некотором расстоянии от шведского лагеря, а ночью с 14 на 15 июля, ведомые проводниками из местного населения, вышли к устью Ижоры. И в 6 часов утра напали на спавших шведов. Фактор внезапности сработал, но не полностью: в лагере поднялась неразбериха, шведы бросились к кораблям, многие погибли – но, опытные воины, они под командованием смелого воеводы смогли остановить бегство. Началась тяжёлая битва, длившаяся несколько часов.

Герои битвы

Русские, ведомые святыми Борисом и Глебом, сражались храбро. В Житии Александра Невского говорится о шести героях битвы. Некоторые историки скептически высказываются об их «подвигах». Возможно, таким образом, через подвиги, был описан ход самой битвы. Поначалу, когда русские теснили шведов к лодкам, Гаврило Олексич пытался убить шведского королевича и, преследуя его, на коне ворвался по сходням на палубу. Был оттуда скинут в реку, но чудесным образом спасся и продолжал биться. Таким образом шведы опрокинули первую атаку русских.
Затем завязалось несколько локальных сражений: новгородец Сбыслав Якунович бесстрашно бился топором, княжеский ловчий Яков нападал на полк с мечом, новгородец Меша (и – очевидно – его отряд) потопил три корабля. Перелом в битве произошёл, когда дружинник Сава ворвался в златоверхий шатёр и повалил его. Моральное превосходство оказалось на стороне наших войск, шведы, отчаянно защищаясь, стали отходить. Об этом свидетельствует шестой подвиг – слуги Александра по имени Ратмир, погибшего «от многих ран»

Исход

Победа осталась за православным войском. Стороны закончили биться. Похоронив убитых, которых, по свидетельству новгородской летописи, набралось «корабля два», шведы отплыли восвояси. Новгородцев же в битве пало всего «20 мужь с ладожаны». Среди них летописец особо выделяет: Костянтина Луготиньца, Гюряту Пинещинича, Намѣстю и Дрочила Нездылова, сына кожевника.
Таким образом, Александр Ярославич обезопасил от нападения север Новгородской земли и мог сосредоточиться на обороне Изборска. Однако, вернувшись в Новгород, он оказался в центре очередных политических интриг в переменчивом Новгороде и был вынужден покинуть город. Через год его упросили вернуться – и в 1242 году он возглавил русское войско в ещё одной знаменитой битве, вошедшей в историю как Ледовое побоище.