Синоним жизненного успеха
Псковская Лента Новостей представляет вашему вниманию текстовую версию очередного выпуска передачи «Резонер». Еженедельная программа, посвященная резонансным событиям общественно-политической жизни, выходит по четвергам в эфире радио «ПЛН FM» (102.6 FM). Автор и ведущий – Константин Калиниченко.
«Процентов девяносто пять из тех, кто лезет в чиновники, это отбросы. Это я тебе честно говорю. Они даже читать нормально не могут»
Харуки Мураками «Норвежский лес»
Сегодня снова поговорим о результатах социологических опросов, которые погружают нас в тягостные раздумья о будущем нашей страны. Портал поиска работы SuperJob провел опрос псковичей на предмет того, кем они стремятся работать, какая работа является для них синонимом жизненного успеха. Согласно полученным результатам, 35% псковичей, в качестве работы мечты, видят государственную службу. Количество желающих стать чиновниками растет с увеличением возраста опрошенных: 26% среди молодежи до 24 лет, 36% среди горожан старше 45 лет. Важно отметить, что в опросе приняли участие молодежь, а также экономически активные жители города, не имеющие опыта работы на госслужбе.
Идеализированный образ современного чиновника. Изображение: memes.tw
Таковы наши скорбные дела, уважаемые дамы и господа. По всему выходит так, что псковичи с юного возраста мечтают пристроиться поближе к государевой кормушке, а вот в реальный сектор, в частный бизнес псковичи не слишком стремятся. Я прочитал несколько аналитических материалов, препарировавших итоги этого опроса. Их выводы таковы, что ситуация намного хуже – по мнению авторитетных экспертов сферы HR, не 35, а значительно больший процент молодых и активных стремится встать на путь госчиновника. Многие, особенно в молодежной среде, просто стесняются в этом признаться, потому что это не модно в столь юном возрасте мечтать о карьере, большая часть которой будет проходить в томительных совещаниях, бесконечных согласованиях и почти безнадежных попытках разобраться в хитросплетениях российского законодательства.
Почему так? Ведь давно выведена формула, согласно которой молодежь и экономически активное население, в массе своей, должны испытывать разумное отторжение государевой службы. Скучная работа, как правило связанная с ежедневным выполнением рутинных процедур, высокая степень повторяемости. Бесконечная подготовка планов и отчетов, попытка не продолбать сроки исполнения очередного документа или поручения. Плюс, что бы там ни думали псковичи, работа чиновником — это ограниченные возможности карьерного роста и строго лимитированный доход, который вы, к тому же, будете постоянно декларировать, доказывать контролирующим органам, что вот эта ваша крупная покупка не стала следствием коррупции на должности. Это, как говорится, «не секс». А еще от госслужбы, если смотреть на нее здоровыми молодыми глазами, веет скукой и нафталином.
Тогда что сегодня толкает псковскую молодежь в госсектор?
В первую очередь, конечно же, общая ситуация в стране. У меня нет под рукой результатов аналогичных опросов в других регионах, но я ни секунды не сомневаюсь, что там ситуация идентичная. Причем мы явно ходим по замкнутому кругу, периодически возвращаясь к ситуации, когда, из-за политической или экономической напряженности, люди начинают стремиться в чиновники, полицию, армию – куда угодно, лишь бы от этого места пахло пресловутой стабильностью и, пусть и не слишком большим, зато регулярным заработком, который очень условно зависит от производительности твоего труда.
Люди наши снова испытывают тревогу и стойкую неуверенность в завтрашнем дне. Да и откуда бы этой уверенности взяться, когда страна меняется со скоростью болида Формулы-1. То, к чему мы шли предыдущие лет 20, сегодня забыто, проклято и предано анафеме. А что будет завтра, куда еще развернется наш корабль, не знает толком никто.
Второй момент – ситуация в псковском бизнесе. Это, в общем, на поверхности лежит, тут я никому Америки не открою. Частный сектор сегодня малопривлекателен для молодежи. Псковский бизнес предоставлен сам себе и занят, главным образом, выживанием, представляя собой, в совокупности, малопривлекательное зрелище. Бизнес в Пскове, за редкими исключениями, это крайне рискованный путь, ты постоянно должен лавировать между струй. Где с одной стороны наше крайне противоречивое законодательство, соблюдать которое очень непросто, даже имея на то стопроцентное желание. С другой – необходимость постоянно работать с государством и учитывать его интересы и хотелки, а число и масштабы этих хотелок растут пропорционально усилению государства в экономике. Если по гамбургскому счету, то практически любой относительно крупный псковский бизнес тесно и неразрывно связан с госзаказами и госзакупками. Это очень шаткое основание – при малейшей нелояльности или чрезмерных амбициях ты вылетишь с этого рынка, как пробка из шампанского. Я думаю, это не очень хорошо, когда у нас бизнес столь тесно связан с государством – не стану тут раскладывать, почему это плохо, почитайте про суть государственного монополистического капитализма в пока еще не запрещенной Википедии. Но, как говорится, другого бизнеса у нас для вас нет. Псков – это не Тюмень, не Казань и не Норильск, здесь нет и, видимо, не будет достаточно мощных и самостоятельных финансово-промышленных групп. Типичный псковский бизнес – это ИП с, в лучшем случае, десятком работяг, и хорошо, если им хотя бы платят «белую» зарплату. Да и в целом российское государство за 30 постсоветских лет оказалось неспособно сформировать в стране эффективный и успешный «вдолгую» сектор малого и среднего бизнеса. Молодежь, возможно, и готова идти в частный сектор, если ей популярно разъяснят преимущества такого пути, но не очень понимает, куда именно идти. Вот это осознанное ощущение «связать жизнь с частным сектором» в массовом сознании отсутствует по объективным причинам.
Есть еще такая дилемма. Никому не нужны сотрудники без опыта работы – это медицинский факт. Взять тебя, конечно, готовы, но, что называется, на минималку. Далее – грустный и беспросветный вопрос развития работника. По пальцам руки можно пересчитать тех, кто готов инвестировать в качественный рост персонала. Потому что повысив квалификацию, этот работник уйдет на более высокооплачиваемую работу, а работодателю, получается, нужно начинать с нуля, снова брать молодого и необученного, вкладывать в его апгрейд деньги, и так до бесконечности.
В свою очередь, современная молодежь, еще ничего в этой жизни не добившись, уже имеет серьезные амбиции и несоразмерный заслугам райдер. Все хотят не только хорошую зарплату, но и комфортные условия работы, лучше всего отдельный кабинет с кондиционером и кофе-машиной. А главное – поменьше работать, чтобы можно было в рабочее время отскочить на шоппинг или посидеть с подружками в кофейне, не думая о секундах свысока.
Как видите, при таких вводных, бизнесу и молодежи очень трудно встретиться и найти точки соприкосновения. Они напоминают двух крокодилов из старого советского анекдота, один из которых летел на север, а второй – оранжевый. Поэтому, не удивляйтесь, когда социологи говорят, что молодежь грезит о карьере чиновника. Удивляйтесь, что, при таком положении вещей, у нас вообще еще остался какой-то частный сектор.
Константин Калиниченко
«Процентов девяносто пять из тех, кто лезет в чиновники, это отбросы. Это я тебе честно говорю. Они даже читать нормально не могут»
Харуки Мураками «Норвежский лес»
Сегодня снова поговорим о результатах социологических опросов, которые погружают нас в тягостные раздумья о будущем нашей страны. Портал поиска работы SuperJob провел опрос псковичей на предмет того, кем они стремятся работать, какая работа является для них синонимом жизненного успеха. Согласно полученным результатам, 35% псковичей, в качестве работы мечты, видят государственную службу. Количество желающих стать чиновниками растет с увеличением возраста опрошенных: 26% среди молодежи до 24 лет, 36% среди горожан старше 45 лет. Важно отметить, что в опросе приняли участие молодежь, а также экономически активные жители города, не имеющие опыта работы на госслужбе.
Идеализированный образ современного чиновника. Изображение: memes.tw
Таковы наши скорбные дела, уважаемые дамы и господа. По всему выходит так, что псковичи с юного возраста мечтают пристроиться поближе к государевой кормушке, а вот в реальный сектор, в частный бизнес псковичи не слишком стремятся. Я прочитал несколько аналитических материалов, препарировавших итоги этого опроса. Их выводы таковы, что ситуация намного хуже – по мнению авторитетных экспертов сферы HR, не 35, а значительно больший процент молодых и активных стремится встать на путь госчиновника. Многие, особенно в молодежной среде, просто стесняются в этом признаться, потому что это не модно в столь юном возрасте мечтать о карьере, большая часть которой будет проходить в томительных совещаниях, бесконечных согласованиях и почти безнадежных попытках разобраться в хитросплетениях российского законодательства.
Почему так? Ведь давно выведена формула, согласно которой молодежь и экономически активное население, в массе своей, должны испытывать разумное отторжение государевой службы. Скучная работа, как правило связанная с ежедневным выполнением рутинных процедур, высокая степень повторяемости. Бесконечная подготовка планов и отчетов, попытка не продолбать сроки исполнения очередного документа или поручения. Плюс, что бы там ни думали псковичи, работа чиновником — это ограниченные возможности карьерного роста и строго лимитированный доход, который вы, к тому же, будете постоянно декларировать, доказывать контролирующим органам, что вот эта ваша крупная покупка не стала следствием коррупции на должности. Это, как говорится, «не секс». А еще от госслужбы, если смотреть на нее здоровыми молодыми глазами, веет скукой и нафталином.
Тогда что сегодня толкает псковскую молодежь в госсектор?
В первую очередь, конечно же, общая ситуация в стране. У меня нет под рукой результатов аналогичных опросов в других регионах, но я ни секунды не сомневаюсь, что там ситуация идентичная. Причем мы явно ходим по замкнутому кругу, периодически возвращаясь к ситуации, когда, из-за политической или экономической напряженности, люди начинают стремиться в чиновники, полицию, армию – куда угодно, лишь бы от этого места пахло пресловутой стабильностью и, пусть и не слишком большим, зато регулярным заработком, который очень условно зависит от производительности твоего труда.
Люди наши снова испытывают тревогу и стойкую неуверенность в завтрашнем дне. Да и откуда бы этой уверенности взяться, когда страна меняется со скоростью болида Формулы-1. То, к чему мы шли предыдущие лет 20, сегодня забыто, проклято и предано анафеме. А что будет завтра, куда еще развернется наш корабль, не знает толком никто.
Второй момент – ситуация в псковском бизнесе. Это, в общем, на поверхности лежит, тут я никому Америки не открою. Частный сектор сегодня малопривлекателен для молодежи. Псковский бизнес предоставлен сам себе и занят, главным образом, выживанием, представляя собой, в совокупности, малопривлекательное зрелище. Бизнес в Пскове, за редкими исключениями, это крайне рискованный путь, ты постоянно должен лавировать между струй. Где с одной стороны наше крайне противоречивое законодательство, соблюдать которое очень непросто, даже имея на то стопроцентное желание. С другой – необходимость постоянно работать с государством и учитывать его интересы и хотелки, а число и масштабы этих хотелок растут пропорционально усилению государства в экономике. Если по гамбургскому счету, то практически любой относительно крупный псковский бизнес тесно и неразрывно связан с госзаказами и госзакупками. Это очень шаткое основание – при малейшей нелояльности или чрезмерных амбициях ты вылетишь с этого рынка, как пробка из шампанского. Я думаю, это не очень хорошо, когда у нас бизнес столь тесно связан с государством – не стану тут раскладывать, почему это плохо, почитайте про суть государственного монополистического капитализма в пока еще не запрещенной Википедии. Но, как говорится, другого бизнеса у нас для вас нет. Псков – это не Тюмень, не Казань и не Норильск, здесь нет и, видимо, не будет достаточно мощных и самостоятельных финансово-промышленных групп. Типичный псковский бизнес – это ИП с, в лучшем случае, десятком работяг, и хорошо, если им хотя бы платят «белую» зарплату. Да и в целом российское государство за 30 постсоветских лет оказалось неспособно сформировать в стране эффективный и успешный «вдолгую» сектор малого и среднего бизнеса. Молодежь, возможно, и готова идти в частный сектор, если ей популярно разъяснят преимущества такого пути, но не очень понимает, куда именно идти. Вот это осознанное ощущение «связать жизнь с частным сектором» в массовом сознании отсутствует по объективным причинам.
Есть еще такая дилемма. Никому не нужны сотрудники без опыта работы – это медицинский факт. Взять тебя, конечно, готовы, но, что называется, на минималку. Далее – грустный и беспросветный вопрос развития работника. По пальцам руки можно пересчитать тех, кто готов инвестировать в качественный рост персонала. Потому что повысив квалификацию, этот работник уйдет на более высокооплачиваемую работу, а работодателю, получается, нужно начинать с нуля, снова брать молодого и необученного, вкладывать в его апгрейд деньги, и так до бесконечности.
В свою очередь, современная молодежь, еще ничего в этой жизни не добившись, уже имеет серьезные амбиции и несоразмерный заслугам райдер. Все хотят не только хорошую зарплату, но и комфортные условия работы, лучше всего отдельный кабинет с кондиционером и кофе-машиной. А главное – поменьше работать, чтобы можно было в рабочее время отскочить на шоппинг или посидеть с подружками в кофейне, не думая о секундах свысока.
Как видите, при таких вводных, бизнесу и молодежи очень трудно встретиться и найти точки соприкосновения. Они напоминают двух крокодилов из старого советского анекдота, один из которых летел на север, а второй – оранжевый. Поэтому, не удивляйтесь, когда социологи говорят, что молодежь грезит о карьере чиновника. Удивляйтесь, что, при таком положении вещей, у нас вообще еще остался какой-то частный сектор.
Константин Калиниченко