Как победить демографический кризис
Размышления детского врача
Вступление. Не для кого не секрет, что, несмотря на все материальные усилия государства, из которых некоторые имеют беспрецедентно высокий уровень, я имею ввиду хотя бы размер материнского капитала, не считая других разнообразных льгот, мы всё же продолжаем проигрывать в демографической борьбе за выживание. В самом деле, что такое примерно 500 тысяч рублей для молодой учительницы в Псковской глубинке с зарплатой 12 тыс. (по информации на 2016 год), ну поделите первое на второе и получите ответ. Грубо – это порядка 50 ее месячных зарплат, поделим их на 12 месяцев и получим еще более величественную картину – это ее зарплата за пять с лишним лет работы. Ну разве это МАЛО??? Разве эти меры материальной стимуляции недостаточны? Конечно же нет. Государство пошло на очень серьезные расходы с целью преодоления демографического кризиса, и продолжает на них идти, но как говорят на данный момент – гора родила мышь. Эффект от этих мер оказался очень незначительным. Так в чём же дело? В этой статье я и попытался дать ответ на этот важный для нашей страны вопрос и очень надеюсь, что он будет замечен теми, от кого зависит решение этой проблемы.
Главные тезисы. 1. Если обстоятельства завели проблему в тупик, то носителям проблемы надо вернуться к той самой развилке, где окончился правильный путь и продолжить движение вперед с учётом накопленного неудачного опыта.
2. В условиях, когда общество само по себе естественным образом своей жизни не в состоянии обеспечить новому поколению нужного воспитания, к этой проблеме должно или просто обязано подключиться государство.
3. Всё новое – хорошо забытое старое. Цивилизация развивается по спирали, проводя ревизии прошлых удач и поражений, мысленно возвращаясь к истокам, на каждом новом витке развития. Это нормально.
4. Человеку – нужен человек. Учитель – самый востребованный человек на земле. Настоящее воспитание возможно только личным примером. Никакой компьютер никакая абстракция не заменит воспитателя.
5. Внедрённые в семейное законодательства элементы ювенальной юстиции должны быть отменены. Не допустима ситуация когда чиновник без санкции суда присяжных может увести ребенка от родителей, какими бы мотивами он не руководствовался.
6. Рост рождаемости, если он, конечно, будет достигнут, произойдёт за счёт самых разнообразных семей, иногда очень скромного материального и культурного уровня. Это надо понимать и это надо принимать. В этом нет трагедии, если процесс воспитания подрастающего поколения стоит на должном уровне. Все такие семьи нуждаются в уважении и поддержке.
Небольшой исторический экскурс. Я учился в третьем классе школы, то есть на дворе был 1968 год. Отец взял меня на встречу со своими старыми друзьями. Взрослые были заняты сами собой, и я откровенно скучал, когда внезапно один «дядька», обращаясь ко мне, спросил: «А вы, мальчишки, играете в казаков-разбойников»?.. Мы не играли в казаков-разбойников, мы играли в разные игры, но в том смысле, котором он спросил, мы играли тогда в Великую Отечественную войну. Были наши и немцы-фашисты. Немцами быть, понятно, никто не хотел, но кому-то надо было всё равно, иначе игра бы не могла состояться. Казаки-разбойники были от нас где-то далеко, в них мы уже не играли...
Моя семья была во всех отношениях благополучная. Будучи типичным пацаном, я рос во дворе с другими ребятами. Заядлый дворовый футболист я, вместе с тем, учился в музыкальной школе и занимался спортом. В то время двор было тем местом, где в большей или меньшей мере росли и мужали дети. Во двор я попал в возрасте 4 лет. Двор был местом свободы, там чувствовали себя как дома даже те, кто в школе не демонстрировал особых результатов.
Во дворах тогда действовал неписанный нигде и никем кодекс. Старшие дети присматривали за младшими, возрастной контингент начинался от трех лет и доходил до 18 лет. У старших ребят были свои интересы. Покуривали и порой дрались, разбирали между собой, свои возрастные темы и поглядывали за малышами. И хотя они это делали поверхностно, но, заметив какую-нибудь опасность, вмешивались, и для вразумления от них вполне можно было схлопотать подзатыльник.
Особой темой в этом неписанном дворовом кодексе было отношение к женщине, девушке, девочке. Хотя пацаны курили вовсю, девчонкам курить не давали. Стоило старшей девочке закурить во дворе в присутствии хотя бы одного мальчишки – тот подходил к ней вырывал из рук сигарету. И неважно, что мальчишка этот был еще дошкольник, какой-нибудь малорослый Колястик. А чрезмерно выпившая девушка, появившись во дворе, могла навсегда потерять к себе уважение в глазах ребят.
Появление же во дворе какого-либо незнакомца, чужака, имеющего интерес к проживающей на нашей улице девочке, не оставалось незамеченным ребятами. Если этот чужак вёл себя «культурно», и девушка всем видом это показывала, что всё соответствует правилам – этому парню ничего не грозило. Но стоило ему начать вести себя грубо и недостойно – морду было уже не уберечь. Допуск во двор такому грубияну был закрыт.
К чему я это все пишу? А к тому, что в то далёкое время, каждый мужчина, независимо от того взрослый он или ребенок, любую девушку воспринимал, как чью-то сестру, невесту, жену, будущую мать, и был готов оберегать ее. Хорошая девушка в глазах ребят была ценностью первого порядка, к себе же они относились без всякой жалости.
В то время не считалось зазорным уже с детства акцентировать внимание на гендерной принадлежности. При уборке класса девочки мыли полы и окна, а мальчишки таскали воду и парты, не давая девочкам поднимать тяжелое. Так воспитывалось бережное отношение к девочке и девушке.
Будучи еще дошкольником, я мечтал одеть форму школьника. Как мне нравилась фуражка и ремень. Уже тогда я знал, что ремень – это не просто элемент одежды, с ремнём настоящий пацан может отбиться от нескольких хулиганов. Но увы, за год до прихода в школу, нас переодели в сере мышиные пиджаки. Никогда не забуду своего разочарования.
Школьная форма – очень важный элемент воспитания детей. Она сближает и выравнивает отношения. Ей можно и нужно гордиться. Она элемент принадлежности к чему-то общему и важному. В то время демография была еще в порядке, были мужчины, воспитанные отцами, и были женщины, воспитанные мамами, но общество уже тогда тянулось стать «цивилизованным», и всего пятнадцать лет спустя на перемене парни в институте галантно щёлкали зажигалками, спеша дать прикурить симпатичной однокурснице. Что с нами случилось?!.
Собственно содержание. Взглянув на таблицу рождаемости СССР-РОССИЯ, с 1945 по 2020 годы, без труда можно заметить, что наилучшая рождаемость в нашей стране отмечалась с 1946 по 1962 год. Чем же таким характерно это время, которое характеризовалась хорошими демографическими показателями? Во-первых, это были послевоенные годы – кто-то скажет. Солдаты вернулись с войны, все жаждали счастливой мирной жизни. Да, но...
Жаждали почти 20 лет?.. Ну хорошо, бум послевоенной рождаемости мог продолжаться около 10 лет, но почему же он сохранялся еще без малого следующие двадцать лет. Наверно стоит вспомнить не только то, что это было послевоенное время, но и то, какие идеалы представлялись людям того времени как главные общие идеалы. И почему именно эти идеалы были для них так важны?
Ответ кроется в массовых ценностных понятиях, таковых как семья, неразрывность честных отношений между людьми, высокая стоимость чести мужчины и женщины. Мужчина – это человек слова. Героический солдат. Переносит любые трудности без упрека и сожаления. Женщина – честна и чиста, безропотно несёт тяжелые обязанности по дому, и непонятно как, но ей хватает силы на любовь к мужу и детям.
Никаких пробных браков! Никаких – попробовали и разбежались! Всё по высшей ставке – и любовь и ненависть. Следует так же вспомнить и то, что это, условно говоря, «Сталинское время». Аборты в СССР были запрещены до 23 ноября 1955 года. В стране действовало раздельное образование мальчиков и девочек в школе. В том же 1955 году, по многочисленным просьбам оно прекратило свое существование. А теперь подумаем хорошо ли это, если всё это вместе в течении нескольких лет привело к заметному сокращению рождаемости в СССР.
Что касается абортов. Важно отделить мух от котлет – государство обязано запрещать аборт. Это его, государства, нравственная обязанность. Это его ответственность за миллион потенциальных не рождённых своих граждан, нашедших свою смерть в медицинском тазике. Однако этот запрет должен носить в первую очередь декларативный характер. Мы же не собираемся ловить женщин совершивших аборт, чтобы наказать. Жизнь их уже наказала самим этим поступком. Хотя к врачу, сделавшему аборт, некоторые вопросы нравственного характера у государства могут быть. Можем ли мы доверять таким врачам в иных ситуациях, вопрос непраздный?.. НО этого, поверьте, вполне достаточно.
Я знаю, что в нашем обществе, в большинстве своём, люди против запрета аборта. Но они видят этот запрет, как карающий меч, а нужен закон предписывающий беречь каждую жизнь, а не карающий заблудшего. Всё дело в этом. Когда люди поймут, о чём идёт речь – большинство такой закон поддержат.
Второе – раздельное обучение мальчиков и девочек в школе. Пробовал кто-нибудь постоять невдалеке от школы, хорошей престижной школы и послушать, о чём говорят между собой наши школьники. А Вы попробуйте, важно даже не то, о чём конкретно они говорят, а важно то, что даже девочки общаются друг с другом матом. Это коробит слух, вызывает резкое отторжение, но это современная данность. Этой данности мы отчасти обязаны смешанным – «мальчики-девочки» – классам. Отношения внутри одного школьного социума развиваются по сходным сценариям известным с давних пор. В мальчишеских условиях лидерство очень часто базируется не на нежных чувствах носителя. Оно базируется на конкуренции, подчас жёсткой и подчас разноплановой, из которой теневые проявления далеко не редкость.
Девочкин мир класса внимательно отслеживает мальчиковое лидерство и начинает отстройку своего порядка, заимствуя многие силовые приёмы не свойственные их врожденному характеру или домашнему воспитанию и вот вам результат.
Градус взаимодействия девочек стремится достигнуть мальчишеских границ. Идёт прямое подражание. К этому следует добавить и то, что при обучении и воспитании у мальчиков и у девочек, по сути, одна и та же программа ориентированная на некоего среднего ученика. Школа сейчас, вольно или невольно, производит UNISEX ученика, так стоит ли удивляться, что в их взрослой жизни они не находят ни девушек ни юношей. А ведь нам, людям старшего поколения, хорошо понятно, что девочек и мальчиков надо и обучать и воспитывать по-разному.
В классах для девочек, если мы не хотим получить мальчишку в юбке, мы должны установить классические стандарты подражания женским достоинствам: женственность, способность к сопереживаю, тяга к материнству. Мать, как общественный образ, должна в их глазах являться высшим идеалам достижения женской карьеры, а государство обязано всемерно это подчёркивать в жизни. Куда девались эти девочки с детскими колясками и пупсами в них, деловито и важно прогуливающиеся по школьному парку? Где их наивеличайший авторитет и идеал – МАТЬ, хранительница великого мира называемого семья? В сравнении с этим идеалом, бледнеет даже авторитет отца.
Где всё это? Оно осталось там, где осталась традиционная патриархальная семья. И не нужно бояться этого термина – патриархальная. Гармоничное распределение долга и обязанностей – залог успешного развития многих сообществ, в этом нет умышленного ущемления.
С мальчишками все понятнее и несколько проще. Мальчикам нужен учитель – Мужчина с большой буквы. Это не значит – с большими кулаками, это значит – человек воли и правды. Он, как правило, или хороший семьянин или военный в отставке, имеющий серьезный опыт.
Такому учителю предстоит не только учить, но и воспитать из мальчиков – рыцарей. Начальная военная подготовка обязательно должна быть в школьной программе обучения, а военрук – в функции воспитателя мальчиков. Пацифистам отвечу так: рыцарь – это тоже военное понятие. Если женщины хотят видеть рядом с собой мужчин-рыцарей, то мальчик должен быть готов стать солдатом. По-другому не бывает.
Предположим невероятное: нас услышат и более того, захотят действительно, что-то из описанного внедрить в нашу жизнь. Но окажется, что сейчас это сделать невозможно. И вот почему. Наша школа сегодня – это женский мир, со всеми его достоинствами и недостатками. Типичный пример учительницы начальной школы – девочка окончившая институт лет 5-7 назад и не успевшая пока обзавестись своей собственной семьей. Это – наиболее типичная картина.
В принципе, эту, пусть хорошую девушку, еще саму надо воспитывать, и при всём нашем желании, воспитатель из неё пока не получится. При этом она, скорее всего, сможет научить ребёнка знанию своего предмета, который припадает, но воспитателем быть не готова. Сравните современный образ учительницы и тот же образ из фильма «Весна на заречной улице». Та молодая девушка, может воспитать и взрослого мужчину, а не только ребёнка. Вот какой уровень готовности учителя мы должны получить к моменту окончания им высшего учебного заведения. А сегодня функции воспитателя большинство учителей нести не хочет и не может.
Ситуация заходит в тупик, так бывает всегда когда уровень разрушения системы становится невосполнимым. Что же делать в таком случае?.. Придётся начинать с самого начала. Тяжело? Да. Дорого? Да. Но делать это надо, если мы хотим сохранить свой собственный сложившийся этнос. Для начала надо вспомнить, какими были учителя до того момента, когда школа утратила свои традиционные свойства и превратилось в то, что мы видим сейчас.
Почему раньше мужчины считали за честь профессию педагога? Безукоризненный костюм, волевой статус, авторитет на всех уровнях общества – что в милиции, что в суде, что на поле боя. Почему этого нет сейчас? Потому что сейчас учитель, за редким исключением – неудачник и нишеброд. Государство не предоставило учителю особых прав и статуса, к примеру, статуса госслужащего. У учителя нет стремления к законной гордости своей профессией. Среди гостей этим обычно не хвалятся и не гордятся, а вот сочувствие получить можно.
Нет у современного учителя стремления к медной табличке на двери с надписью: «Здесь живет учитель Макаренко И.И.». Уровень зарплаты человека способного воспитать будущего гражданина нашей Родины – позорный. Купить хороший костюм, обеспечить себе культурный досуг ему не по карману. А ведь ему надо демонстрировать ребятам свой жизненный пример... Но это только одна сторона медали. Мы знаем, что у врачей есть в отношении пациента клятва Гиппократа. Это – некий морально-нравственный кодекс, который добровольно берёт на себя врач – специалист врачующий человеческие тела. А вот специалист, воспитывающий души детей, оказывается, не обязан придерживаться ни морали, ни общечеловеческой нравственности.
Он может быть по отношению к детям без всякого обязательства?.. Может быть поэтому то там, то здесь появляются сведения о раздетых учительницах и загулявшихся учителях.
А может быть нужно предложить учителям такую зарплату, чтобы они могли вести достойный своего положения уровень жизни, не хватаясь за все возможные подработки? А может предложить такому обеспеченному учительскому сообществу некое подобие клятвы Гиппократа – как у врачей? Где важнейшим элементом звучала бы мысль – не навреди!
Совершенно очевидно следующее: 1) без возрождения традиционной семьи; 2) без экономически обоснованных преимуществ семейного образа жизни; 3) без заинтересованности молодых людей во взаимоответственных отношениях, – демографический кризис нам не преодолеть!
Необходимо выработать комплекс мер направленных на создание необходимых условий. Демография сегодня базируется не на одном, а на двух китах это – материальное обеспечение и воспитание. Вот что важно не забывать. Наш фонд, со своей стороны, пытаясь действенно помочь школе, предлагал создать курс для девочек «Я – хозяйка». В нём школьницам давались бы основы ухода за ребёнком, пользование простейшими медикаментами, навык домашнего труда и приготовления пищи. А для мальчиков курс «Я – хозяин», в котором мальчишки получили бы навык простейшего домашнего ремонта, пользования бытовыми ремонтными инструментами. Но самое главное, эти занятия в школе должны воспитать правильное отношение между полами, ориентированные на взаимную заботу и согласие.
Относительно брачных отношений должна быть повышена роль именно ответственных отношений между супругами, под этим понимаю брак зарегистрированный перед государством. Никаких странных понятий «гражданский муж» быть попросту не должно, это только размывает и запутывает проблему ответственности за будущее семьи.
И не надо искусственно пытаться притянуть за уши сожительство и сознательный брак, плата за это – безответственность. Реальный брак должен быть подкреплён не только обязательством молодых перед друг другом, но и обязательством государства перед вновь образовавшейся семьей. Мужчина мог бы получить статус «кормильца» и иметь льготы на работе, а женщина иметь льготы домохозяйки.
Необходима трехсторонняя – между государством и вступающими в брак – нравственная ответственность участников. В случае разрушения семьи, конкретный разрушитель утрачивал бы в государстве доверие как гражданин, что фиксировалось бы в некоторых документах и учитывалось при некоторых ситуациях. Это логично и, на мой взгляд, достаточно. За поддержку государства надо платить надёжностью и делом.
В этой статье я попытался так или иначе дать ответ на этот вопрос и очень надеюсь, что он будет замечен теми, от кого зависит его решение этой проблемы.
PS. Автор является сторонником того, что в нормальных условиях ребёнок должен воспитываться в своей семье, а не где-то еще. Но в современных конкретных условиях, семейный быт глубоко разрушен и сам уже не в состоянии способствовать своему восстановлению. Слишком много распавшихся семей, слишком много факторов в обществе действующих на неё разрушительно.