Что значит быть Республикой: почему для Татарстана это особенно важно
Новой точкой сборки татарстанской идентичности может стать… неевропейский республиканизм, считает Данис Гараев, доктор философии PhD, заведующий Лабораторией социального проектирования и предупреждения конфликтов Института педагогики, психологии и социальных проблем (Казань). Он объясняет, как парки, скверы и мосты могут стать символом объединения и единения жителей Казани и Татарстана.
Данис Гараев объясняет, как парки, скверы и мосты могут стать символом объединения и единения жителей Казани и Татарстана
Фото: из личного архива Даниса Гараева
Res publica Татарстан как место общего дела
Так исторически сложилось, что Татарстан это Республика. Термин Res publica c латыни переводится как «вещь общественная», впоследствии этот термин стали переводить как «дело общее». На этой основе еще в античное время сложился республиканизм как философская школа Аристотеля и Цицерона, которая через Никколо Макиавелли и Жан-Жака Руссо дожила и до наших дней. На практическом уровне реализация этой идеи происходила через объединение людей вокруг строительство мостов, общественных бань, крепостных стен, именно это привело к появлению первых республик. В дальнейшим к таким общественным вещам стали относить парки, дороги, библиотеки и другие объекты, направленные на общественное благо как мы это, видим в сегодняшнем Татарстане. Поэтому со временем Res publica и стали переводить как «общее дело», которое приводит к общественному благу. Современное понимание республики как формы организации государства, когда высшие органы государственной власти формируются на избирательной основе, утвердилось только в Новое время. Татарстан получил название Республика именно в связи современным пониманием этого термина. Однако сегодня для Татарстана не менее важно и античное понимание республиканизма как объединения людей вокруг общих дел во имя всеобщего блага уже на региональном уровне. И оснований тому масса.
Исторические предпосылки: Казанский Кремль, мосты Булака и махалля
По мнению российского исследователя Олега Хархордина, для России характерна свобода не либерального, а республиканского характера. Исторических предпосылок для этого предостаточно. Наиболее яркими тому примерами были Новгородская или Псковская республики. Однако, если посмотреть на историю, в том числе и нашего региона, то примеров республиканского объединение людей вокруг общего дела также окажется множество.
Например, в современной Казани квинтэссенцией идеи Республики является территория современного Казанского Кремля так как: 1) это историческая крепость (вещь общественная), которая строилась и перестраивалась горожанами в разные ее эпохи (ханская, царская, императорская, советская, постсоветская), 2) это современное общественное пространство (дело общее) с музеями, храмами и в ближайшем будущем с другими социально значимыми проектами, 3) это центр политической власти Татарстана, которая официально является Республикой.
В современной Казани квинтэссенцией идеи Республики является территория современного Казанского Кремля
Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»
Конечно, применительно к прошлому на нашу историю накладывается полиэтничность и поликонфессиональность региона. Тем ценнее любые примеры совместного взаимодействия для достижения общего блага. Наиболее ярко это выражалось в сфере торговли, когда татары и русские экономически взаимодействовали с друг другом, например, на Сенном рынке Казани. Конечно, Булак делил город на русскую и татарскую часть, но мосты через него соединяли две части города становясь республиканским символом нашего региона. Мне до сих кажется недооцененным в символики нашего региона значимость этих мостов. Одновременно с этим если мы посмотрим на устройство Татарских слобод в городах Российской империи от Казани до Семея, то мы также увидим множество примеров такого неевропейского республиканизма. Махалли из которых состояли татарские слободы являлись объединением людей вокруг общего дела и общих вещей. Как известно, такой «общей вещью» вокруг которой формировалась каждая махалля являлась мечеть. Мечеть строили всей махаллей, также всей махаллей строили медресе при них и совместно всеми силами общины содержали их. Мечеть для махалли было пространством и религиозным, и образовательным, и судебным, и что особенно важно коммуникативным. Важно также то, что в махалля были заложены принципы самоуправления, которые базировались на демократических началах (говоря языком Цицерона махалля вполне может быть примером локальной республиканской политии). Мечети, медресе, помощь в строительстве домов и прочие объединения людей для реализации общественно полезных проектов – мы видим масса примеров того, что можно назвать зачатками неевропейского республиканизма в дореволюционных Татарских слободах. Существование таких примеров, повод для более широкой дискуссии о формирование таких не-европейских республиканских процессов, а для нас построить исторических мост между прошлым и современным Татарстаном.
Республика сегодня: парки, дворы и партисипаторность
С момента основания Советского Татарстана, когда он стал именоваться Республикой, примеров такого республиканского взаимодействия становилось все больше. Крупные промышленные стройки в Челнах и Нижнекамске, а также освоение нефтяных месторождений, были как внутри-республиканскими, так и всесоюзными проектами. В постсоветское время, когда Татарстан искал свою субъектность в политическом пространстве страны, стали чаще говорить о татарстанской идентичности, которая объединяла всех жителей Республики независимо от их этнического и религиозного самосознания. Выборы, референдумы и организация крупных международных мероприятий, которые можно было реализовать только совместными усилиями, сделав его республиканским общим делом, привели к идее «Корпорации Татарстан» как некоторой интуитивной попытки забрендировать формирующиеся республиканские тенденции. Наиболее ярко республиканские процессы проявили себя в формировании и реконструкции общественных пространств в Татарстане – от парков и скверов до дворов и библиотек, когда к процессу проектирования привлекались жители, чтобы принять во внимание их потребности и желания. В современном языке такой республиканизм называется партисипаторностью или гуманистической урбанистикой (одноименный центр, например, есть в Санкт-Петербурге). Парки и дворы сегодня яркие примеры «вещей общих», которые стали результатом «общего дела». Такой подход к их проектированию пример республиканских процессов на практическом уровне.
Другой недавний пример реализации этих принципов — это голосование за проект нового здания Татарского Государственного Академического Театра им. Галиаскара Камала
Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»
Другой недавний пример реализации этих принципов — это голосование за проект нового здания Татарского Государственного Академического Театра им. Галиаскара Камала, когда в результате голосования выиграл вариант, который поддержали представители театральной общественности, а не представители власти. Сегодня наиболее востребован именно такой практико-ориентированный республиканизм, сфокусированный на потребностях и желаниях населения. Общественные блага, поставленные во главу угла в духе античного понимания республиканизма, укрепляют общественные институты и общий фундамент страны. В этом смысле, на мой взгляд, Татарстан взял верный курс на Республику не только по названию, но и по содержанию. Ведь «общее дело» и «вещи общие» это не только про здания и пространства, но и про ценности, которые в условиях полиэтничного и поликонфессионального Татарстана приобретают особую важность. В этом смысле Татарстан – это Республика во всех смыслах этого слова.
Гараев Данис Доктор философии PhD (Амстердамский университет) Заведующий Лабораторией социального проектирования и предупреждения конфликтов Института педагогики, психологии и социальных проблем (Казань) Выпускник исторического факультета Казанского государственного университета (2005) и Европейского университета в Санкт-Петербурге (2008). Как приглашенный исследователь работал в Амстердаме (Нидерланды), Цюрихе (Швейцария) и Алмате (Казахстан). Автор книги Jihadism in the Russian-Speaking World The Genealogy of a Post-Soviet Phenomenon (London - New York, 2022) и десятков научных и публицистических работ по истории и социологии межкультурной коммуникации, исторической памяти, безопасности и религии, опубликованных как в российских, так и в международных научных изданиях.