Насколько было иго — окаянным... Много ли крестьянин платил Золотой Орде?
Моё В.А. предисловие: очень интересно, хотя и небесспорно. А вы что скажете уважаемые читатели?
================================================
Интересный вопрос нашёл в комментариях: «есть ли точные данные, насколько подъёмным был татарский «выход» для среднего домохозяйства на Руси?». Отвечаю: точных данных нет, интервью с хлеборобами Северо-восточной Руси не сохранились, увы. Но «татарскую дань» многократно пытались реконструировать очень уважаемые историки. У них получилось. Для начала нужно понимать: влияние Золотой Орды на русское общество было внешним, весьма удалённым.
Вроде бы «иго окаянное». Но как-то незаметно, со стороны. «Колонизаторы» не поселились на Руси, не претендовали на княжеские и боярские титулы. Хотя некоторые нанимались на русскую службу, дали начало многим великим аристократическим фамилиям. Ордынцы были и остались степными кочевниками до мозга костей, абсолютно равнодушными к суровым северным лесам.
Именно поэтому Русь хранила традиции предшествующего, домонгольского периода: православие, прежнюю элиту в лице князей и бояр. С вотчинами и личными дружинами. Единственное, чего Русь постоянно лишалась шаг за шагом, — городского самоуправления. Оно сохранилось дольше всего там, где не было глубоких связей доморощенной элиты с Сарай-Берке и повадками Великих Ханов. Новгород и Псков, часть Северо-западной Руси оставили в неприкосновенности порядки предшествующей эпохи. С двумя китами спокойствия и порядка: народным вече и пожизненным состоянием «смердов».
Так что, появление Золотой Орды разделило Русь на две части. Северо-запад сохранил традиции «старины былой», а Северо-восток, с центром притяжения в Москве, — начал процессы социального синтеза с монголо-татарским... игом.
Как оно было устроено…
Начнём с того, что с приходом татар наибольшие преференции получила русская Церковь. Освобождённая от всяких налогов. Очень скоро прибравшая в своё владение примерно третью часть всех земельных владений. С которых никаких «выходов» не платилось. Под её крыло ушло немало бывших общинников.
Поселения, освобождённые от платежей, получали названия «свобод», «слобод» и «слободок». Крестьяне селились не рядом с монастырём, а чуть поодаль, на заимках. Вырубали лес, «драли» и поднимали целину сохами. Именно отсюда появилось название «деревня». Родовое общество стало распадаться, как появился в нужном количестве… инструмент. Железные топоры и пилы очень скоро одержали убедительную победу над дремучими русскими буреломами, заимку соорудить себе могла уже одна семья. Не прибегая к помощи всего рода.
Так Русь постепенно покрывалась густой сетью маленьких «деревень» из одного двора. После смерти «основателя» в права вступали сыновья, часто являвшиеся совладельцами хозяйства. Постепенно расширяя отчее наследство. Такое единое деревенское хозяйство (большая семья) считалось единицей налогового обложения — «сохой».
После появления татар Русь долгое время перенастраивала внутренние миграционные потоки, некоторые княжества пустели, другие бурно расширялись. Во многих местах приходилось начинать всё с самого начала. Заросшие поля очищались подсечной системой земледелия. Пашни было много, корма для скота — вполне достаточно. Среднее крестьянское хозяйство обязательно имело две-три лошади, три-четыре коровы, несколько овец, много птицы.
(Иллюстрация из открытых источников)
Князья, бояре и церковь очень внимательно следили, чтобы их «кормовая база» непрерывно росла. Сразу после нашествия Батыя наступили… времена благоденствия для обычного крестьянина. Рабочая сила ценилась очень дорого, землевладельцы изощрялись в льготах и преференциях, стремясь завлечь под своё крыло как можно больше землепашцев. Переманивали друг у друга, зазывали беженцев.
Крестьяне «слободок» часто вообще ничего не платили. Княжеские — отбояривались регулярной данью. Сколько? Трудно сказать, но она была явно невелика. Судя по тому, как народ застонал в последующие эпохи централизации Московского Великого княжества. Во времена предшественников Ивана Грозного, при нём лично — налоги и разнообразные повинности могли вымывать из дохода земледельца треть бюджета.
А во времена Киевской и Владимиро-Суздальской Руси постоянные междоусобицы не давали крестьянскому подворью надеяться даже на тень стабильности. Главным бедствием эпохи была охота за «полоном». Что половцы, что Рюриковичи не умели брать города толком, поэтому устраивали регулярные облавы именно на сельское население, угоняя его в собственные вотчины.
При Золотой Орде это безобразие никуда не делось, но стало на порядки меньшим. Сельское население сильных княжеств получило возможность жить спокойно, не опасаясь за свою жизнь. Меньше становится рабов, первыми от этого позорного явления стали избавляться монастыри. Сообразив: труд свободных поселян приносит куда больше дохода. Так постепенно исчезает из обихода термин «смерд», вытесняемое словами «христиане», «крестьяне». Потом ситуация диаметрально изменится, но до той поры было пока далеко.
Русский землепашец свободно распоряжается своей землей, передает её по наследству. Но продажа третьим лицам ограничена особым разрешением князя и постановлением общины. Существует самоуправление: крестьянская сходка юридически дееспособных мужиков решает вопросы об отводе земли поселенцам, определяет срок «безналогового периода». По решению «всех христиан» сдаётся общинная земля в аренду. Плата за её использование — «всей братии на столец».
(Иллюстрация из открытых источников)
Это низший, волостной уровень самоуправления. Дальше выборные крестьянской общины («волостные мужи» и «люди добрые») имели право участвовать в судах, уравновешивая аппетиты и своеволие княжеских представителей. Это изобилие, низкая налоговая нагрузка и общинный порядок с многими правами — характерны для XIV века. Некоторые историки даже дерзнули назвать период — «золотым веком крестьянства».
Очень может быть. Потому что, летописи не сообщают о крестьянских бунтах, посадских восстаниях, какой-либо борьбе за землю. Так же крайне редки упоминания «голодных лет». За половину века (с 1310 по 1360 год) лишь один эпизод — в 1332 году. Да и тот косвенный, говорится о «великой дороговизне». Чтобы понимать, в 1210-1230 годах… девять из двадцати лет были годами голода.
Размер дани.
Так, плеснём себе чайку, тут придётся вводить много интересных терминов и следить внимательно за «напёрстками». Первое время «выход» называли десятиной. Но не факт, что она составляла десятую часть дохода русского крестьянина. Это могла быть лишь фигура речи. К тому же, эффективно десятину возможно взимать только на территориях прямого подчинения, при регулярных переписях населения. Русь же была «ассоциированным членом» Золотой Орды.
Когда татары перестали проводить переписи, дань становится фиксированным налогом «с сохи». Татищев сообщал известия из пропавшей Иоакимовской Летописи:
в 1275 году дань собирали «по полу-гривне серебра с сохи»;
в 1384 году брали половину рубля с деревни;
в 1408 году — «полтину с сохи».
Для понимания. «Рубль» и «гривна» — это одно и тоже. Как «соха» и «деревня». Получается: до середины XV века размер дани оставался постоянным, составлял «полтину с сохи» (98 гр. серебра). Много? Неизвестно. Поскольку зияет небольшая прореха в историографии, спорный вопрос. Профессор Валентин Лаврентьевич Янин утверждал: дань собиралась не каждый год, а раз в 7-8 лет. Если сотню грамм драгоценного металла отдавать ежегодно — это много. Но в течении семилетки… очень мало. Распутываем.
В середине XV века сбор «выхода» уже точно разложен по годам, тиуны собирали «часть дани», накапливая в княжеской казне нужную сумму для отправки Великому Хану. Это становится понятным, когда в 1478 году (после присоединения Новгорода) Иван III затеял с тамошними боярами фискальную тяжбу. Строго по ордынским чертежам, как «в старину было».
(Иллюстрация из открытых источников)
Это низший, волостной уровень самоуправления. Дальше выборные крестьянской общины («волостные мужи» и «люди добрые») имели право участвовать в судах, уравновешивая аппетиты и своеволие княжеских представителей. Это изобилие, низкая налоговая нагрузка и общинный порядок с многими правами — характерны для XIV века. Некоторые историки даже дерзнули назвать период — «золотым веком крестьянства».
Очень может быть. Потому что, летописи не сообщают о крестьянских бунтах, посадских восстаниях, какой-либо борьбе за землю. Так же крайне редки упоминания «голодных лет». За половину века (с 1310 по 1360 год) лишь один эпизод — в 1332 году. Да и тот косвенный, говорится о «великой дороговизне». Чтобы понимать, в 1210-1230 годах… девять из двадцати лет были годами голода.
Размер дани.
Так, плеснём себе чайку, тут придётся вводить много интересных терминов и следить внимательно за «напёрстками». Первое время «выход» называли десятиной. Но не факт, что она составляла десятую часть дохода русского крестьянина. Это могла быть лишь фигура речи. К тому же, эффективно десятину возможно взимать только на территориях прямого подчинения, при регулярных переписях населения. Русь же была «ассоциированным членом» Золотой Орды.
Когда татары перестали проводить переписи, дань становится фиксированным налогом «с сохи». Татищев сообщал известия из пропавшей Иоакимовской Летописи:
в 1275 году дань собирали «по полу-гривне серебра с сохи»;
в 1384 году брали половину рубля с деревни;
в 1408 году — «полтину с сохи».
Для понимания. «Рубль» и «гривна» — это одно и тоже. Как «соха» и «деревня». Получается: до середины XV века размер дани оставался постоянным, составлял «полтину с сохи» (98 гр. серебра). Много? Неизвестно. Поскольку зияет небольшая прореха в историографии, спорный вопрос. Профессор Валентин Лаврентьевич Янин утверждал: дань собиралась не каждый год, а раз в 7-8 лет. Если сотню грамм драгоценного металла отдавать ежегодно — это много. Но в течении семилетки… очень мало. Распутываем.
В середине XV века сбор «выхода» уже точно разложен по годам, тиуны собирали «часть дани», накапливая в княжеской казне нужную сумму для отправки Великому Хану. Это становится понятным, когда в 1478 году (после присоединения Новгорода) Иван III затеял с тамошними боярами фискальную тяжбу. Строго по ордынским чертежам, как «в старину было».
Покорение Новгорода (Иллюстрация из открытых источников)
Он хотел установить новгородцам «полторы гривны с сохи». Но бывшие вечевеки упёрлись рогом, настояли на «полу-гривне». Полторы новгородские гривны «с сохи» — это 16,5 г серебра. И Великий князь хотел собирать каждый год 1/6 часть прежней «семилетней» дани, лишь немного её увеличив. А новгородцы сторговались на снижение платежа в три раза. И вот почему князь согласился.
«Соха» (большая семья) в это время уже распалась на малые семейные хозяйства. Им требовалась собственная новая налоговая единица. Она появилась под названием «обжа» или «выть». Три «обжи» — одна «соха». В Новгороде новая единица налогообложения в серебре исчислялась в 2,33 деньги (1/6 гривны). На Северо-Востоке Руси — 2,5 деньги.
Много или мало?
Советский крупный специалист по аграрной истории Руси, Александр Львович Шапиро довольно убедительно произвёл подсчёт доходов среднего крестьянского хозяйства на рубеже XV-XVI веков. Получилось: в трёх пятинах (административно-территориальная единица деления) Новгородской земли доходы очень разнились. В крестьянском хозяйстве считалось больше или меньше одной «обжи». Водская пятина, где среднее хозяйство принималось за «одну обжу» — годовой доход составлял 280 денег.
То есть, во времена Ивана III и до первой трети XVI века дань составляла лишь... 0,8% доходов крестьянского хозяйства. Это уменьшенная втрое дань. Значит, веком ранее она была… примерно 2,4% крестьянского годового дохода. Теперь вводим поправку на стоимость серебра по отношению к зерну, ищем инфляцию или дефляцию.
на рубеже XV-XVI веков «коробья ржи» в Новгороде стоила 10 денег (7,9 гр серебра);
в 1409 году в Пскове хлеб «был дёшев», за полтину покупали «шесть зобниц», а «коробья» стоила 11,6 гр серебра.
Нехитрый подсчёт говорит: за столетие серебро подорожало в полтора раза, составив на начало XV века — 1,6% крестьянского дохода.
Это детальный расчёт, низкий поклон Александру Львовичу. Можно провести более грубое счисление. В конце XV веке, всё в той же Водской пятине Новгородчины на «обжу» приходилось «четыре коробьи посева». На одно среднее поле. Урожай составлял «сам-четыре», получаясь в итоге равным 32 «коробьям ржи».
(Иллюстрация из открытых источников)
Теперь XIV век, иго окаянное. С землёй дело на порядки лучше, бери сколько хочешь. Урожайность тоже была выше. Но не будем выходить за рамки известных цифр, пусть будет осенью в закромах крестьянина — 32 коробьи ржи. Вычитаем посевное, остается 24 коробьи. «Соха» XIV века — это три двора конца XV века. Общий доход можно смело оценивать 24х3=72 коробей.
Дань составляла «полтину», на которую можно купить «шесть зобниц», то есть 8 коробей ржи. Вот и получаем: ненавистным угнетателям-татарам (в натуральном исчислении) было положено отдавать 8/72 частей, примерно 1/10 крестьянского дохода. Десятина знаменитая? Похоже так. А если её раскладывали на 7-8 лет, как советские историки утверждают, получается 1,6% крестьянского ежегодного дохода.
Скорее всего так и было, поскольку голодных лет практически не встречаем в летописях. Плати крестьянин ежегодно «десятую часть» — это большой риск в той форме хозяйствования. Если сравнивать с источниками Восточной Европы, средним показателем налоговой нагрузки считались 2% крестьянского дохода в год. Гарантированное выживание и процветание податного населения.
Но когда наступали времена «розмирья» и дань Золотой Орде не платилась годами, а потом приходилось отдавать недоимку… это совсем другая картина. Именно тогда с одного урожая выгребалось его десятая часть. Это много, поэтому столь страдают летописи жалостливыми сообщениями о «дани великой».
(Иллюстрация из открытых источников)
Выводы
краткие будут. Татарская дань отнимала очень небольшую часть дохода крестьянского хозяйства. Но остаётся почти открытым вопросом: а куда она уходила? В Орду или Москву? Княжеские слуги вели учёт населения, регулярно составляли налоговые «росписи».
По этим данным писались и летописи. Сообщая, к примеру: в 1360 году Великое княжение насчитывало 15 «тем». Это «тьма», административная и налоговая единица, установленная монгольскими численниками. Содержавшая в себе десять тысяч условных дворов.
Поскольку тогда двор (большая семья) соответствовал «сохе», доход московских князей… теоретически мог быть в размере 75 тысяч рублей. Идём дальше. Совершенно точно известно: при Дмитрии Донском «выход» Великого княжества Владимирского в Золотую Орду составлял 5 тысяч рублей. Лишь малая часть от общей дани. Львиная доля доставалась Москве. Знали о таком вопиющем воровстве Великие Ханы? Конечно.
Но смотрели сквозь пальцы по причинам… собственного государственного устройства. В начале XIV века во всей бывшей Империи Чингисхана (и в Золотой Орде соответственно) стала распространяться система «икта». Это когда эмиры самостоятельно собирают налоги в своих владениях, передавая в казну Великих Ханов лишь небольшую часть.
Подразумевалось: на оставленное себе они осуществляют все функции государственного управления. Это выглядит правдой, поскольку происходит отзыв баскаков с территории Руси. Значит… Рюриковичи стали рассматриваться как часть системы «икта». Потому и платили столь мало.
Можно проверить невеликую налоговую «татарскую нагрузку» другим фактом. Новгородцы переложили большую часть своей дани на маленький Торжок, город давал в год… тысячу рублей. А приснопамятный тверской княжич Иван, будучи в Золотой Орде, сумел задолжать 10 тысяч рублей. Его без всяких усилий и дополнительных налогов выкупил Дмитрий Донской из личной казны.
А египетский историк Аль Омари (1301-1349 гг) сообщал: доход не самых знатных ордынских эмиров составлял… от 100 до 200 тысяч динаров в год! Это 5 и 10 тысяч русских рублей соответственно. Так что слухи о «непосильности ига окаянного» в денежном счислении — можно признать не очень умной пропагандой. Чтобы прикрыть последующее ярмо централизации власти, крепостничество и полное бесправие крестьян.