Российская активистка хочет стать «иноагентом»
Новую кампанию давления на независимые СМИ российские власти начали в преддверии выборов в Госдуму, которые пройдут в сентябре. Уголовные дела, обыски, блокировки сайтов и присвоение статуса «иноагента» – так в стране борются с журналистами, которые хотят без цензуры рассказывать своим читателям и зрителям о происходящих событиях. Противостоять системе попыталась активистка из Петербурга Екатерина Мессорош, которая сама потребовала от Минюста причислить ее к числу «иноагентов». Зачем, выясняла наш корреспондент Мария Иванова.
Трансгендерная женщина, ЛГБТ-активистка, но главное, по ее утверждению, – россиянка и патриотка. Жительница Санкт-Петербурга Екатерина Мессорош уезжать из страны не планирует. Ее противостояние с госорганами началось после того, как, совершив гендерный переход, она отказалась менять паспорт.
Новым этапом стало ее заявление в Министерство юстиции. Когда в России стали признавать иностранными агентами обычных людей, Мессорош решила сама пополнить их стройные ряды, чтобы «нивелировать шлейф страха перед этим ярлыком». Минюст отказал.
«Для меня важны гражданские процедуры. Важно, чтобы понятие закона не превращалась в ничто. Давайте попробуем пройти процедуру и покажем всю маразматичность закона, почему нет?» – считает гражданская активистка Екатерина Мессорош.
Понятие «иностранный агент» в России появилось в 2012 году, но тогда этот статус могли получить лишь некоммерческие организации, получающие финансирование из-за рубежа и занимающиеся политической деятельностью. Однако понятие «политическая деятельность» никак не объяснялось.
В мае в список официально включили некоммерческую организацию «Фонд по борьбе с коррупцией» Алексея Навального. Уже в июне суд признал организацию экстремистской и запретил ее деятельность в России.
Иностранных агентов в России может стать больше: накануне ФСБ России расширила документ, по которому россиянина могут признать «физическим лицом, выполняющим функции иностранного агента».
Статус «иностранного агента» в России может получить и СМИ. Например, интернет-издание «Медуза» вошло в этот список после жалобы россиянина в конце апреля. На счет «Медузы» пришел грант в размере более 70 тысяч евро от латвийского агентства инвестиций и развития – для создания материалов о туризме в Латвии. Портал заявил, что из-за этого лишился почти всех рекламодателей. Всего в реестре СМИ «иностранных агентов» числится 16 юридических и 18 физических лиц.
Один из них – Денис Камалягин. Он получил этот статус за колонку, написанную для Русской службы «Радио Свобода». Сейчас журналист продолжает издавать свое независимое СМИ в Пскове. Делает это, как и прежде, на собственные деньги, а не на средства зарубежных инвесторов.
«Кто мне запретит работать? Я сам себе режиссер. У меня есть определенные ограничения: я не могу занимать государственные муниципальные должности. Со мной провластные структуры как ни общались, так и не общаются. Полиция как общалась, так общается – в общем, ничего не изменилось», – говорит журналист Денис Камалягин, который признан «иностранным агентом»
Камалягин пытается через суд оспорить решение Минюста, но апелляцию в первой инстанции он проиграл. Теперь журналист обязан ежеквартально подавать финансовые отчеты в Минюст: он отчитывается по всем свои доходам и расходам. Активистка Екатерина Мессорош, напротив, сама готова отчитываться за все свои доходы и расходы и даже намерена биться за это право в суде.
«Если я иногент, то что? Пишу в Минюст, сколько туалетной бумаги купила на деньги Госдепа. Опубликую и про рулоны, и про палки колбасы», – говорит Екатерина Мессорош.
«Государство произвольно принимает решение об иностранных агентах. Екатерина хочет довести эту ситуацию до абсурда», – рассказывает юрист Максим Оленичев.
Формально в России «иноагенты» могут лишиться своего статуса, но только при подаче заявления и по решению Минюста.
Мария Иванова, Иван Федоров / Белсат, Санкт-Петербург