Казачий атаман, про которого вспоминают реже, чем про Ермака и Стеньку Разина. А зря, Михаил Черкашенин был героем

Если спросить простого человека, каких казачьих атаманов он помнит, то почти наверняка прозвучат имена Ермака или Стеньки Разина. Они на слуху и вполне заслуженно. Ермак – за покорение Сибири, Стенька Разин – за свою буйную голову, которая в конце концов все-таки огребла то, что ей положено. Про Михаила Черкашенина вспомнят не все. А зря. Настоящий был атаман, а возможно и создатель донского казачества как организованной военной силы.

Мы знаем про него ровно столько же, сколько о Ермаке. То есть знаем только о самых главных подвигах и на этом всё.

Нет прижизненных портретов атамана, не рисовали их тогда ни на Руси, ни тем более на Дону. Не знаем, где он родился, как стал казаком. В истории Русского государства и донского казачества он появляется уже как атаман, отряды которого спускались на стругах по Дону и Кальмиусу и громили татарские улусы в Крыму. Записи Разрядного приказа сообщают, что в 1556 и 1559 году отряды Черкашенина хорошо порезвились в районе Керчи.

Возможно, что именно Черкашенин стал тем атаманом, который объединил отдельные казачьи городки, ватаги и отряды в единую силу. Причем далеко не всегда это объединение было мирным. Но учитывая постоянную войну с татарами и турками, особенного выбора у казаков не было – либо единая сила, либо крымчаки Девлет-Гирея рано или поздно раздавят казачью вольницу. Тогда же, при Черкашенине Москва начала выделять казакам за службу:

«государево жалованье: деньги и сукна, и селитру, и свинец»

Во всяком случае, грамоты о царском жаловании казакам при Черкашенине – наиболее старые из сохранившихся.

Но самое главное – это не объединение казачьих ватаг в единую силу. Самое главное то, что Михаил Черкашенин – атаман, который принимал самое активное участие в двух очень важных событиях царствования Ивана Грозного. И в обоих случаях вопрос стоял, можно сказать ребром – быть или не быть России и какой ей дальше быть. Речь о битве при Молодях в 1572 году и осаде Пскова в 1581.

Под Молоди Черкашенин привел большой казачий отряд на помощь русскому войску. Причем важный момент – он не принял царских воевод руководить его отрядами, а командовал ими сам. Казаки приняли активное участие в обороне гуляй-города с 31 июля по 2 августа 1572 года, завершившегося полным разгромом татарской армии.

Кстати, сам Михаил Черкашенин за победу при Молодях поплатился самым жестоким образом. В Азове на тот момент был нейтральный торг, в котором торговали купцы, казаки, татары, турки и так далее. Так вот в Азове на торгу татары схватили сына Михаила Черкашенина Данилу. В ответ казаки захватили пару десятков знатных татар. Но договориться об обмене не удалось.

Обмены пленными вообще непростое дело, особенно, когда совершенно нет веры противоположной стороне. Через много лет, в XVII века Василия Шереметева, попавшего в плен к татарам в 1660 году не смогут выкупить или обменять в течение 20 лет по самым разным причинам, причем порой обмен срывался буквально в самый последний момент.

Так вот Данилу, сына Михаила Черкашенина, обменять не смогли, он так и сложил свою голову в плену.

В 1579 году войну с Россией возобновила Речь Посполитая, у которой как раз появился новый король Стефан Баторий, привлекший для войны с Русским государством немецких и венгерских наемников. Был отвоеван занятый русскими в 1563 году Полоцк, захвачены и разграблены Великие Луки. А потом Стефан Баторий в 1581 году пошел к Пскову.

Одними из тех, кто пробился на помощь в осажденный город, был отряд Михаила Черкашенина, прорвавшегося через неплотное кольцо осады с 500 казаками.

Говорят, что тут, в осажденном Пскове, Михаил Черкашенин напророчил сам себе:

«Тут я погибну, но Пскову устояти…»

Атаман был уже пожилым человеком, что совершенно не мешало ему драться в первых рядах. Осада продолжалась пять месяцев. Пушки крушили каменные стены города, а за ними осажденные выстраиваили новые деревянные стены и копали рвы. Осаждавшим удалось захватить пару башен. Одну взорвали вместе с засевшими в ней венгерскими наемниками, другую отбили.

Один из осаждавших, пан Пиотровский записал в своем дневнике:

«…пан Нисчицкий и венгры доставили двух языков боярских детей, которых они вчера выхватили из русской стражи в одной только версте от Пскова. Пленные рассказывают обо всём, что делается в городе. Там два начальника Шуйские, дядя и племянник, стрельцов 2500, которыми командует какой - то Мишка Черкашанин…»

Во время одной из атак осаждавших на проломы в стене и получил смертельную рану стоявший во главе своих казаков Михаил Черкашенин. Приступ отбили, но атаман, как и напророчил себе, сложил в бою свою голову.

В первой четверти XVII века Пискаревский летописец запишет:

«…Да тут же убили Мишку Черкашенина, а угадал себе сам, что ему быти убиту, а Псков будет цел. И то он сказал воеводам. А заговоры были от него ядром многия…»

Случилось это в сентябре 1581 года.

Мы не знаем и скорее всего никогда не узнаем, где и когда он родился. Да и жизненный путь его проглядывается только по отдельным грамотам и записям в разрядных приказах. Но это не меняет того, что этот храбрый казак много лет верой и правдой защищал Русское государство в одну из самых бурных и сложных его эпох. Ведь если вспомнить, за все время правления Ивана Грозного, у России было всего ТРИ мирных года. Бурное было время. Храбрые были люди.