О том, как себя чувствует сельское хозяйство Псковской области в коронакризис, – в интервью с Николаем Романовым

Как себя чувствует сельское хозяйство региона в коронавирусный год, зачем на Псковщину едут иностранные фермеры и почему не надо бояться свинокомплексов – обо всем этом ведущий проекта ПАИ-live Александр Машкарин пообщался с председателем комитета по сельскому хозяйству и государственному техническому надзору Псковской области Николаем Романовым. Когда это было? Никогда этого не было! – Я зашел на сайт комитета по сельскому хозяйству и обратил внимание, что там что ни день, то чудесный рапорт: молока у нас больше, овощей больше, мяса больше. Неужели все так успешно? – Не всем это нравится . – А кому не нравится? – Что бы ни говорили, а производственников оценивают по цифрам. Может быть, кому-то не нравится, что я все время с цифрами в руках доказываю, что мы в сельском хозяйстве делаем все правильно, что областная политика в отношении сельского хозяйства правильная. Это подтверждают цифры. Действительно, мы год заканчиваем, уже можно подводить итоги. В частности, все неплохо, а может быть, даже хорошо в растениеводстве. И можно сообщить предварительные итоги, что нас ожидает в животноводстве, потому что остался месяц до конца года, и мы уже видим цифры. Самое главное, что вовремя все 100% денег довели до сельхозпроизводителей. Это радует, потому что деньги серьезные – почти миллиард восемьсот рублей. – Что в животноводстве в этом году по сравнению с 2019 годом? – Давайте сначала о том, что вообще в сельском хозяйстве. Вот 10000 зерна, которые мы в этом году продадим на экспорт. – Ни о чем не говорит на самом деле. – Но когда это было? Никогда этого не было. – То есть никогда раньше зерно до этого года не продавали? – Никогда – ни в Псковской губернии, ни при советской власти, ни сейчас. Чтобы наше продовольственное зерно, пшеница пошла на экспорт? Никогда не было. – У нас все так хорошо или в мире все так плохо? – Это говорит о том, что мы научились это делать. Такого в Псковской области никогда не было, и наши агрономы, наши руководители научились это делать. Это очень хорошо. – Куда 10 000 тонн экспортировали? – Они ушли в калининградское содружество. Что касается животноводства, безусловно, в этом году это новая ферма на 1800 голов. – В Новосокольниках? – Да, она будет открыта в Новосокольниках. Это плюс, потому что давно не было серьезных вложений и инвестиций именно в молочное животноводство. Если в отношении мясного животноводства мы уже привыкли, что там каждый год 2-3 млрд, то молочное животноводство у нас критичная отрасль, почему, по целевым показателям она всегда 100–101 %. Это нас немного не устраивает. Хотелось бы, чтобы прибавка была каждый год 110 или хотя бы  105 %. – Уже привыкли работать с не менее 100 %, да? – Да. В этом году – индекс производства 109 %. Сейчас – 106–109 %, маловато, надо 112 %. Хотя этот индекс производства за девять месяцев сейчас самый высокий не только по Северо-Западу, но и по России. Это говорит о том, что все наши сельхозпроизводители, начиная с фермеров, личных подсобных хозяйств, крупных хозяйства, неплохо в этом году поработали. – 109 % – это показатели за октябрь? – За девять месяцев. – То есть январь – сентябрь? – Да. – Молочную ферму в Новосокольниках вы собирались открывать, если мне память не изменяет, в октябре. Ее еще не открыли? – Мы ждем гостей. – Мы были с коллегами на этой ферме, она уже частично работала. Я так понимаю, не было торжественного перерезания ленточки, а ферма уже работает. – Так точно. – Помимо животноводства, свиноводства и зерновых культур чем мы еще можем похвастаться? Что еще в Псковской области экспортируют? – Рапс, рыбу делаем, порховские сыры в Казахстан возим. Да все, наверное. А, мясо! Все флаги в гости будут к нам... – Каждый год поддержка фермерства – камень преткновения. То считают, что денег выделяется немного, то выделяются не на те отрасли. Но в разных районах есть фермерские, крестьянские хозяйства, которые себя не особо афишируют, но прекрасно себя чувствуют. Вы можете привести пример интересных, успешных хозяйств в Псковской области, которые успешно развиваются и карман у государства не тянут? – В последнее время так сложилось, что наши фермеры, сельхозпроизводители сильно не ропщут. Раньше все время говорили, что чего-то не хватает, денег не хватает. Сейчас больше надеются на себя, потому что там хороший бизнес. Сельское хозяйство стало хорошим бизнесом. Где бизнес, там, соответственно, все тихо, потому что деньги любят тишину. Что касается других направлений, в этом году интересно пошло в гору садоводство. А почему? Потому что один фермер получил грант, начал развиваться, посадил 20 гектаров яблок. – Это где? – Это Себежский район, Иван Мельник. У нас как? Если говоришь – не верят, а когда сами попробуют – верят. Мы надеемся, что через пять лет там, наверное, гектаров 200 будет садов, а может и 300. Сейчас тоже есть сады, но они дикие. Думаю, получится производить яблоки, потому что появилось много людей, которым стало интересно этим делом заниматься. – Себеж – яблоки. Что еще есть? – Палкино – тоже яблоки. Сейчас Агеев, профессор, доктор сельскохозяйственных наук, получил грант. Я уже два раза был у него, к нему приезжали представители из других регионов. Человек в возрасте, но закалка и задор!.. У него тоже должно все получиться: тоже заложил новые сады по новой технологии. В общем, молодец. – Говорят еще греки осели где-то. – Они зашли сначала громко. Это сырная компания, мы помогли им организовать цех. Обещали нас пригласить в этом году на открытие цеха, пока что скромно молчат. – Это же бизнес, деньги любят тишину. – Да, у них все тоже пошло. Здесь не только греки. У нас, например, три молодых человека, немцы, которые купили землю и занимаются растениеводством. Тоже интересные люди, интересно с ними общаться, совсем по-другому смотрят. – Где и что они выращивают? – Зерновые. Выращивают и в Псковском районе, и в Палкинском, Пыталовском. – Что, у них в Германии все плохо с сельским хозяйством или здесь все так хорошо? – С одной стороны, говорят, что дешево, здесь можно деньги заработать. Мы с ними общаемся, были у них последний раз, когда у них круглый стол проходил. У них родители – фермеры, они сами стали фермерами, только у нас. Они говорят: «Если бы в России земля стоила столько, сколько в Германии, или у нас там было бы столько земли, сколько сейчас здесь, мы были бы самыми богатыми людьми в Германии». Кто 2000 га имеет, кто 1000 га – это большие фермы по меркам Германии. – Греки, немцы – кто еще? – Датчане. – Датчане давно уже. – Да. Но они были законодателями моды на растениеводство, они же нам показали, что на наших землях и в наших условиях можно выращивать серьезные урожаи зерновых. Оттуда же все пошло, все рекорды, которые у нас сегодня есть. Мы на 2-м месте по Северо-Западу в части сбора урожая: 40 центнеров с гектара. Если все это перевести на нормальный язык сельхозпроизводителей, сельхозспециалистов, это огромный урожай, очень большая урожайность для Северо-Запада. Право первого года – Как сельское хозяйство себя чувствует в коронавирусном году? Может быть, снова КамАЗ с пряниками перевернулся? – Как вы сказали, КамАЗ с пряниками действительно перевернулся. Мы не имели права болеть – это во-первых. Во-вторых, мы видим продукты на прилавках и спокойствие, когда все это началось, – за этим стоит огромный труд всех, начиная с Правительства РФ и кончая Министерством торговли, нашими сельхозпроизводителями и переработчиками. Это огромный труд, потому что, если честно, все испугались, что мы не сможем обеспечить это спокойствие. Мы не думали, что у нас так хорошо все получится в сельском хозяйстве. Мы смогли спокойно пережить ажиотаж, когда люди начали все сметать с полок. Все как было на полках, так и было (может, чуть поменьше). Но самое главное – цена не выросла. Это было очень серьезно, и неслучайно Министерство сельского хозяйства проводило каждую неделю оперативные штабы. Было сосчитано, сколько банок в каждой области сейчас производим и сколько сможем дополнительно произвести. И до сих пор еще те запасы, которые мы просили наших переработчиков дополнительно произвести, сейчас распродаем. Сельское хозяйство здесь особенно отличилось, соответственно, не было серьезных всплесков. – То есть тушенки в Псковской области завались. – И молока завались, и мяса завались, и зерна завались – всего пока хватает, слава богу. – Если так все хорошо в сельском хозяйстве, должны расти и зарплаты в АПК. – Да, сейчас готовили совещание по росту заработной платы. Сейчас зарплаты перевалили уже за 26 тысяч, и мы надеемся подойти к 30 тысячам рублей. – В прошлом году сколько было? – 24, но это не везде. Мы говорим о тех флагманах, которые держат, подымают экономику, сельское хозяйство. Есть территории, которые необходимо благоустраивать и развивать там бизнес, сельское хозяйство, и этих территорий тоже пока еще достаточно. – Вы полгода назад рассказали о льготной ипотеке под минимальный процент для жителей села. Михаил Юрьевич Ведерников об этом не так давно вспоминал в связи со встречей с руководством «Россельхозбанка». Как много участников этой программы в Псковской области на данный момент? – Много. И уже, по-моему, 140 млн выплатили – 70 заявок оформлено, и еще столько же в стадии оформления. Заявок очень много. Действительно, это очень приятно, комфортно для нашего населения (кроме жителей Пскова и Великих Лук). Второе: неважно, что ты не работаешь в сельском хозяйстве, самое главное, что проживаешь в сельской местности – ты уже можешь воспользоваться этой ипотекой. – До какого числа действует эта программа? До какого года? – Планируется на пять лет. – То есть можно спокойно не торопиться. – Из опыта: первые три года всегда надо торопиться, потом дальше хуже получается. – Объем выделенных средств заканчивается? – Да, и могут усложняться условия. Всегда хорошо в первый год. Почему? Потому что мало кто знает, мало кто понимает и мало кто рискует. Стоит на это решиться, рискнуть, узнать,  подать заявку и получить быстрее. – Да, еще бы денег заработать на первоначальный взнос! Контролировать, но не бояться – Не так давно в СМИ появилась такая цифра, что 98 % отходов, которые производятся в Псковской области, – это отходы свиного производства. Это так? И насколько это действительно представляет опасность для экологической ситуации в регионе? – Это больная тема для всех почему-то. Но я вообще поражен тем, что неместное население воспринимает это как какую-то опасность и даже сверхопасность. Я не вижу в этом серьезной опасности. Опасность есть при любом производстве, не только в свиноводстве. Сейчас были слушания в Опочецком районе, и наши оппоненты говорили, что в Европе то-то и то-то. Давайте не говорить голословно: бери интернет, читай про содержание свиней в той же Германии, Америке, Дании. – У нас все то же самое по большому счету. – Все то же самое. Производство отходов в производстве свиней – это в основном навоз. Почему-то все считают, что это отходы первого класса. Это самый ценный навоз, это вообще самое ценное, что есть в растениеводстве. – Даже свиной? – Да, даже свиной. В этом году проводился эксперимент: на нескольких полях площадью 500 или 1000 га меньше всего внесли минеральных удобрений, но больше – компоста, навоза: 90 центнеров. На следующий год было 100 центнеров урожая с гектара. – То есть урожайность выросла? – Да. Не надо бояться, потому что все это превращается в зерно и другую продукцию растениеводства. – Вспоминается фильм «Девчата»: «Знаешь, что делают из елки?» Очень похоже. – Вернемся к советской власти. В основном где фермы строились? Около озер, рек, ручьев. Почему? Не потому, что не было денег, чтобы сделать, глубинный насос и все прочее. Ведь никто же не отравился. Живое поголовье больше, чем сейчас, было больше навоза. Но никто же не умер. Когда я маленький был, у нас была ферма в 50 метрах от нашего дома. Ничего страшного. Нет, контролировать любое производство надо. Но бояться не надо. – Вы пару недель назад были в Великолукском районе и смотрели, как выполняется строительство газораспределительной сети по госпрограмме комплексного развития сельских территорий. Как сейчас там обстоит дело? Есть ли вообще надежда, что люди в этом году получат газ? – Не может быть и речи, чтобы было невыполнено. Для этого государство деньги и платит, чтобы все государственные деньги, которые приходят в область, были правильно использованы без нарушений и, самое главное, эффективно. 15 декабря мы должны им отдать последние деньги за выполнение работ. 30 числа работы должны быть завершены. Последняя планерка, которая была неделю назад, это показала. – То есть работы будут завершены до начала нового года, но газа пока жители еще не получат? – Нет. Там дальнейший процесс. По проекту предусмотрено, по-моему, к 20 или 30 домам подвести газ, то есть разводка будет по всей деревне. Но к домам около 30 или 40, это по проекту. Проект разрабатывался, по-моему, в 2013 году. А дальше каждый житель снова должен был заказать проект, чтобы ввести газ в свой дом. Но у каждого дома труба уже стоит.