Обычно местом Ледового побоища считается Вороний остров, находящийся в числе других мелких островов в небольшом заливе на юге Чудского озера. Впервые с доказательствами того, что именно здесь произошла памятная битва, выступил А.И. Бунин². По предположению Бунина, немецкое войско перешло узкий пролив, соединяющий Чудское озеро с Псковским (так называемое Теплое озеро), и у Вороньего острова было встречено русскими войсками во главе с Александром Невским. Однако предположение Бунина в сущности опирается только на летописное указание, что битва произошла у Вороньего камня. Никаких доказательств в пользу того, что Вороний камень наших летописей и Вороний остров могут быть отождествлены, названный автор не привел. Более того, А.И. Бунин игнорировал указания летописи, по которому Ледовое побоище произошло «на узмени у Вороньего камня», а селение Узмень или Исмень (Исменка) находится на западном берегу Чудского озера, примерно в 12—15 км по прямой линии от Вороньего острова, тогда как в летописи определение «узмень» тесно связано с Вороньим камнем. К тому же Вороньих островов в Чудском и Псковском озерах имеется несколько, а не один, как можно сделать вывод из статьи Бунина.

Гипотеза Бунина может считаться общепринятой. Однако высказывались и другие предположения о месте Ледового побоища. Наиболее интересно мнение Ю. Трусмапа³. Трусман видит летописное урочище Узмень в селении Исмень на западном берегу Чудского озера поблизости от впадения в него реки Эмайыги (Омовжи нашей летописи, по-немецки Эмбах). Здесь, по словам Трусмана, возвышается огромная скала, на которой часто отдыхают птицы. Эта скала и является Вороньим камнем нашей летописи. Приняв гипотезу Трусмана, мы представим себе ход событий следующим образом. Немецкое войско направлялось от Юрьева по Омовже и далее вдоль берега Чудского озера на юг по направлению к Пскову. Русские полки перегородили ему путь. Битва произошла у западного берега Чудского озера в 7—10 км к югу от впадения в озеро названной реки.

Соображения Ю. Трусмана казались мне очень убедительными, и я присоединился к ним в одной своей работе⁴. Позже моя уверенность поколебалась, и это отразилось в появлении той схемы Ледового побоища, которая дана в военной хрестоматии⁵. Настоящая статья является уточнением моей схемы на основании новых изысканий и личного посещения района Чудского озера.

В ранних редакциях жития Александра Невского мы не встречаем еще никаких точных топографических указаний на то, где произошло Ледовое побоище, упоминается только, что «множество обоих вои покрыша озеро, глаголемое Чудское». Иное находим в летописях. Наиболее древним летописным свидетельством надо считать запись о битве на Чудском озере в Синодальном харатейном списке XIV в. Летописец говорит, что Александр Невский пошел на немцев с новгородцами и низовцами (под последними понимаются суздальцы). Заняв изгоном (внезапным набегом) Псков, Александр «сам поиде на чюдь». Вторгнувшись в землю чуди («и яко быша на земли»), Александр отправил своих воинов «в зажития», как это обычно делалось во время походов во вражеские земли. Один из русских отрядов во главе с Домашем и Кербетом был «в разгоне» и столкнулся с немцами у моста («и усретоша я немци и чюдь у моста»). Русские потерпели поражение, и остаток их вернулся к Александру, «князь же въспятися на озеро» и поставил свои полки «на Чюдьском озере, на Узмени, у Воронея камени», где и произошла битва. Немцы и чудь не выдержали русского удара и побежали, «биша их на 7-ми верст по леду до Суболичьского берега»⁶. Заметка новгородской летописи — самая древняя по происхождению и сделана каким-либо новгородцем, судя по термину «низовци», которым в Новгороде обозначали жителей Владимиро-Суздальской земли. Об этом же говорит и характерная фраза: «узрев же князь Олександр и новгородци», а также отсутствие упоминания о псковичах, которые были только что освобождены от немецких захватчиков. 

В записях Синодальной летописи мы и находим основные топографические указания, которые только дополняются позднейшими летописями. Эти указания следующие. Александр с войсками вошел в землю чуди, следовательно, действовал к западу от Пскова и Чудского озера. В земле чуди «у моста» был разбит передовой русский отряд Домаша и Кербета. Получив известие о поражении передового отряда, Александр «въспятися» на озеро. Слово «въспятися» имеет определенный смысл — возвратиться, отступить. Русское войско построилось на Узмени у Вороньего камня, где произошла битва. Итак, у нас три топографических указания: мост; Узмень, или Уземень; Вороний камень. Эти топографические указания дополняются словами о том, что немцев и чудь гнали по льду на протяжении 7 верст до Суболичьского берега.

Приведенные выше топографические указания повторяются и в других летописях без изменений. Замечательнее всего, что псковские летописи не сообщают ничего дополнительного об этой памятной битве и только в числе участников битвы вставляют псковичей («поможе бог князем новгородцким и плесковичем»)⁷. Впрочем, еще одно немаловажное, при всей его краткости, известие читаем в Лаврентьевской летописи: «великыи князь Ярослав посла сына своего Андреа в Новгород Великый, в помочь Олександрови на немци, и победиша я за Плесковым на озере, и полон мног плениша, и възвратися Андрей к отцу своему с честью»⁸. Известие Лаврентьевской летописи интересно тем, что оно сохранило суздальскую версию о битве на Чудском озере. В этой версии ни слова не сказано о новгородцах и только упоминается о главном герое битвы — Александре, вся честь битвы приписана Андрею, об участии которого в битве в свою очередь молчат новгородские летописи. Таким образом перед нами несомненно суздальское известие, причем известие древнее, потому что князь Андрей Ярославич не представлял собой фигуры, которая оставила по себе благодарный след у потомков и современников. В этом известии и находим дополнительное топографическое указание на то, где происходила битва. Она имела место «за Плесковом на озере». Слова «за Плесковом» в устах суздальца могли обозначать только то, что битва произошла к западу от Пскова, так же как обозначение «за Казанью» в устах москвича может только обозначать местность к востоку от Казани. Таким образом, свидетельство Лаврентьевской летописи говорит против теории Бунина, так как предполагаемое им место битвы на Чудском озере никак не может быть обозначено находящимся за Псковом, если смотреть на Псков с востока, из Суздальской земли. 

Наши изыскания пока остановились только на установлении трех топографических обозначений, которые могут помочь нам в установлении места Ледового побоища. Обычно исследователи ищут местоположение Вороньего камня. Но как раз найти этот камень труднее всего, потому что под Вороньим камнем надо, видимо, понимать какое-то урочище, память о котором могла уже забыться у местного населения. Вспомним и то, что на левом берегу Чудского озера живут теперь эстонцы, которые называли бы Вороний камень на своем языке. Поэтому мы свои поиски начнем не с Вороньего камня, а с установления таких обозначений как «узмень» и «мост».

Слово «узмень» может считаться названием местности, но в древнерусском языке оно имело специфическое понятие узкого места, пролива или залива⁹. В хронике Георгия Амартола под узменью понимается Суд, то есть Босфорский пролив. «Узменью» вполне могло быть названо узкое место протяжением в 2 км в Теплом озере, соединяющем Псковское озеро с Чудским. Здесь-то, действительно, стоит современное село Измень или Изменка, находящееся на самом берегу Теплого озера (эстонское Мехикорми). Это и есть летописная «узмень», понимать ли под ней узкое место, пролив или селение, получившее свое название от местоположения на берегу пролива.

Что наше предположение имеет под собой достаточно солидное основание, видно из того, что в XVI в. среди псковичей еще существовали предания о месте Ледового побоища. Псковский священник Василий, составивший несколько житии святых, написал и житие Александра Невского. Василин не принадлежал к числу авторов, которые тщательно выбирали свои источники, но он был псковичем и знал устную традицию о битве на Чудском озере, которая названа у него Ледовым побоищем. Поэтому он пишет, что битва произошла «па езере Чюдском, на месте глаголемем Измена, у Воронин камени»¹⁰. Следовательно, уже в XVI в. селение Узмень называлось Изменой, Изменью или Изменкой, как и теперь, может быть, под влиянием соседнего эстонского населения.

Схема места Ледового побоища. Крестом отмечено место битвы 

Если местоположение «узмени» или Узмени устанавливается довольно точно, то определение местоположения «моста», у которого были разбиты Домаш и Кербет, значительно труднее. Не случайно и Бунин и Трусман одинаково оставляют это топографическое определение без всякого приурочивания. А между тем «мост» или Мост, т. е. урочище с таким названием действительно существует. На большой дороге из города Петсери (Печоры) в Тарту (Юрьев Ливонский) находим местечко, ранее почтовую станцию Мосте (по-эстонски Moösti). В настоящее время здесь находится небольшая низина, по которой протекает ручеек, сбоку видно небольшое озеро. Есть все основания предположить, что это и есть летописный Мост или «мост». Примерно в 20 км к востоку от Мосте находится село Изменки или летописное «узмень».

Если принять наше приурочивание, то станет понятным движение русских войск под начальством Александра Невского. Войско шло по льду Чудского озера на север, к устью Омовжи, которая выводила к Юрьеву (немецкому Дерпту или современному Тарту). Передовые отряды расходились в «зажитье». Один из таких отрядов дошел до «Моста» или моста и был разбит. Прибежавшие к Александру Невскому воины из разбитого отряда сказали, что они встретились с немецким войском. После этого Александр, двигавшийся с войском вслед за передовым отрядом Домаша и Кербета, отступил («въспятяся») на Чудское озеро и остановился на «узмени», в самом узком месте Теплого озера, загородив таким образом путь по льду к Псковскому озеру как наиболее удобную дорогу во время начинающегося весеннего бездорожья (битва произошла 5 апреля).

Значит, место Ледового побоища надо искать не у Вороньего острова у восточного русского берега Чудского озера, а в самом узком месте Теплого озера, «на узмени».

К сказанному можно добавить некоторые сведения о Чудском озере, которые еще раз подвергнут сомнению гипотезу Бунина. Вот что читаем о замерзании Чудского, Псковского и Теплого озер: «Замерзание озера при сильных морозах бывает в половине ноября, а при слабых в декабре; переезд по льду зимою возможен только в Псковском и Теплом озерах, в Большом же прокладываются лишь береговые тропы к рыболовным местам. При теплой погоде озеро вскрывается в половине апреля, при холодной же погоде лед держится до самого мая. Вскрытие сопровождается нередко наводнениями, наносящими большой вред береговым селениям, как это случилось в 1844, 45 и 51 годах, когда были залиты сады, огороды, сенокосы и поля, и разрушены жилые и хозяйственные постройки в береговых деревнях»¹¹.

Категорическое указание на то, что переход через Чудское озеро невозможен, лишний раз подрывает гипотезу Бунина и заставляет обращать внимание на район Теплого и Псковского озер, где только и могла произойти битва.

В подтверждение нашего предположения приведем показание псковского старожила и сотрудника Псковского музея Ивана Николаевича Ларионова. По моей просьбе он дал такую справку, которая здесь приводится целиком: «К вопросу о месте Ледового побоища. 1. У одного эстонца (фамилию не помню) в с. Изменка (Узмень) была собрана довольно солидная коллекция фрагментов вооружения, собранная им на берегах Теплого озера. 2. У селения «Чудская Рудница» близ восточного берега Теплого озера имеется холм, на вершине которого находился валун с изображением Голгофы (XIII—XIV вв.) и каменный крест XV—XVI вв. По сообщению старого рыбака, сюда до революции ежегодно весной приходил крестный ход из Печерского монастыря и духовенство совершало панихиды по убиенным воинам (записан в 1930 г.). 3. У селения Самолва (колхоз «Волна») в 2 километрах к западу находился Вороний остров. До 1921 г. на поверхности воды выделялся большой валун, который рыбаки называли «Вороньим камнем». Этот камень был взорван рыбаками для свободного судоходства. В нескольких километрах к югу от Чудской Рудницы на берегу Теплого озера имеется большой валун, который рыбаки называют "Вороньим камнем"». 

Показания И.Н. Ларионова, как видим, имеют большой интерес. На словах он добавлял, что остатки оружия выбрасывало на берега Теплого озера после бури. Это еще раз ведет нас к Теплому озеру и «узмени», самому узкому месту в Теплом озере. Селение «Чудская Рудница» находится на правом берегу озера, в 3—4 км севернее «узмени». Не является ли Вороний камень, находящийся у Чудской Рудницы, летописным «Вороньим камнем», у которого произошла памятная битва 1242 года? Добавим здесь же, что глубина в проливе Теплого озера простирается местами до 85 и даже до 90 футов и в нем замечается постоянное течение воды с юга к северу. Отмечается также, что у самых берегов воды мало; нужно удалиться по крайней мере на 75—100 или даже 300 сажен, чтобы дойти до глубины 4—5 футов¹². В местах, где проходит такое течение, лед тоньше, чем на остальной поверхности Теплого озера, и этим может быть объяснен финал битвы, когда незадачливые немецкие завоеватели стали проваливаться сквозь лед.

Все сказанное выше позволяет думать, что место Ледового побоища надо искать в самом узком месте Теплого озера, поблизости от современного села Изменка, где-то в этом районе. Будущим летом я предполагаю произвести дальнейшее изучение топографии Ледового побоища на месте, в частности, и в районе Изменки и Чудской Рудницы, а также «Вороньего камня». Занятия эти не бесплодны, ведь речь идет о мировом событии, о героическом прошлом русского народа, связанном с памятью великого русского полководца Александра Невского, именем его назван боевой орден, которым Советское правительство награждает своих доблестных воинов.

Комментарии

Опубликована в журнале «Известия Академии наук СССР. Серия истории и философии», т. 7, 1950, № 1, стр. 88—91. Рассматриваемого вопроса М.Н. Тихомиров касался и в других работах, посвященных Ледовому побоищу, и специально занялся им в 1958 г. (см. приложения).

Примечания

1. «Архив Маркса и Энгельса», т. V. М., 1938, стр. 344.

2. А.И. Бунин. О месте битвы русских с немцами. — «Труды X археологического съезда в Риге», т. 1. М., 1899, стр. 214—219.

3. Ю. Трусман. О месте Ледового побоища в 1242 году. — «Журнал министерства народного просвещения», 1884, январь, стр. 44—46.

4. М.Н. Тихомиров. Борьба русского народа с немецкими интервентами XII—XV вв. М., 1941, стр. 32—33 [см. стр. 335—336 настоящего издания].

5. Л.Г. Бескровный. Атлас карт и схем по русской военной истории. М., 1946, л. 4.

6. «Новгородская летопись по Синодальному харатейному списку». СПб., 1888, стр. 259—261.

7. См. сводный текст псковских летописей. — «Псковская летопись», изданная М. Погодиным. М., 1837, стр. 10.

8. «Летопись по Лаврентьевскому списку», СПб., 1872, стр. 447.

9. И.И. Срезневский. Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам, т. III. СПб., 1912, стр. 1171.

10. Н. Серебрянский. Древнерусские княжеские жития. — ЧОИДР, 1915, кн. 3, отд. II, приложение, стр. 130.

11. П. Семенов. Географическо-статистический словарь Российской империи, т. V. СПб., 1885, стр. 732.

12. П. Семенов. Указ. соч., стр. 731.

Источник: http://www.a-nevsky.ru/library/tihomirov-drevnaya-rus34.html...