20-летие трагического подвига

20 лет минуло с тех пор, как в Чечне погибла 6-я рота Псковской десантной дивизии.

20 лет уральцы гордятся сво­им земляком, Героем России Виктором Романовым.

20 лет так и неизвестны реальные обстоятельства гибели 84 десантников.

Боевое братство

По всей стране 1 марта про­катилась череда мероприятий в память погибших солдат.

Представители организа­ций ветеранов локальных войн Северного управленческого округа собрались в этот день у могилы Героя России Виктора Романова .

Память о земляке-уральце свято чтут не только в Сосьве, откуда родом гвардии капитан Виктор Романов. Более сотни делегатов от общественных ор­ганизаций ветеранов локальных войн Северного округа собра­лись в этот день в Сосьве. Среди делегатов были и качканарцы – Александр Власовских, Виталий Ахуньянов и Олег Чулочников, в разные годы участвовавшие в военных действиях на террито­рии Чечни и Дагестана.

Митинг на сосьвинском клад­бище по-военному лаконичен и немногословен.

Военком Серовского, Ново­лялинского городских округов, подполковник Эдуард Вивтонен­ко и ветеран чеченской кампа­нии капитан спецназа ГУФСИН Александр Гайдуков вспомнили, как было тяжело им, участникам и организаторам похорон героя, смотреть на горе родителей и родственников погибшего.

— Никакое участие, никакое соболезнование не утешит горе матери, потерявшей сына, да никто и не утешал. Сами были не раз в командировках, всякое бывало. Но вот такого горького, щемящего сердце чувства утра­ты не было, — тихо, как бы про себя говорил капитан Гайдуков.

Тяжело выдохнул один из ве­теранов-десантников, когда его попросили сказать «пару слов», только и сказал:

— Никто кроме нас! Слава ВДВ! — вот и вся речь. Но, тро­екратно подхваченное ветера­нами «Слава ВДВ!», прозвучало салютом над могилой Героя.

Школа героев

Чуть продрогших на сыром пронизывающем ветерке гостей встречала Сосьвинская школа им.Виктора Романова. Горячий кофе, сыры-колбасы и овощные салаты были очень кстати. Всё организовано на «отлично».

В небольшом школьном му­зее размещены планшеты, рас­сказывающие о шести сосьвин­цах, Героях Советского Союза.

Останавливаюсь перед экс­позицией, посвященной Вик­тору Романову, чье имя теперь носит школа.

— Да, эти герои — все наши сельчане, — подтвердила явно с гордостью директор 1-й шко­лы Светлана Рычкова. – На душу населения нам нет равных по количеству Героев в области, а может, и во всей стране. У нас их теперь семь.

Во дворе школы стела с мра­морным портретом и описани­ем подвига Виктора Романова. Здесь и проходит траурный многолюдный митинг. Почетные места определены для высоко­поставленных гостей из прави­тельства, ветеранских делегаций.

В ряду гостей привлек вни­мание человек с погонами гене­рал-майора. Не «топорщился» по-генеральски этот генерал в обыкновенном полевом буш­лате, каракулевой шапке, а запросто общался с ветерана­ми, сельчанами, учителями и с юнармейцами. По сигналу к началу митинга мгновенно по­серьезнело его лицо, появилась офицерская выправка в фигуре.

— Председатель правления Межрегиональной организации «Герои Урала», Герой России, генерал-майор Роман Шадрин, — представила его ведущая. И речь Шадрина была короткой и конкретной, как приказ.

Торжественно и серьезно проходил митинг. У мемориаль­ного памятника менялся караул, четко печатала шаг знаменная группа. Закончился митинг.

— Разрешите обратиться, то­варищ генерал, несколько слов для газеты «Новый Качканар», — включаю диктофон.

— Ага! Качканар! Что ж вы меня в гости не зовете?

— Ну, генералов не пригла­шают, они сами приходят, — от­вечаю, чуть замявшись.

Выясняется, что Роман Ша­дрин начинал боевой путь ка­питаном, с участия в событиях в Нагорном Карабахе, потом Чечня. В 1994 году штурмовал Грозный, а в декабре 1995-го, в 28 лет, получил звание Героя России. О военных заслугах рас­пространяться не стал, резко свернул беседу.

Памяти Героев посвящается

Во Дворце культуры начи­нался творческий фестиваль школьников Северного окру­га «Шагнувшие в бессмертие». Красной нитью через всю ре­жиссуру концерта проходит преемственность военных поко­лений Героев страны. От Бреста 1941г. до высоты 776.0, где по­гибли 84 псковских десантника. Вместе с детьми выступали и ве­тераны локальных конфликтов. Весь концерт был на нерве, вы­зывая ответную реакцию зала.

— Я уж чуть сам не запла­кал. Особенно когда эта девоч­ка пела: «Я хочу, чтобы мирное солнце светило, чтоб Россия героев своих не забыла», — де­лится впечатлением Шадрин. — Знаешь, как больно видеть и осознавать, что молодые паца­ны жизнью рискуют, и это воен­ная необходимость? Нич-чего ты не знаешь. А я знаю. Я жиз­нью обязан моему Пашке. Он меня, солдатик молодой, от пули снайпера закрыл. Ночами снит­ся. Я его и хоронить возил. С его родителями встречался, и огонь на себя приходилось вызывать. Знаю, что это такое. Понимаешь?

А потом был поминальный обед. Недолгий. Путь обратный неблизок для всех.

Всю дорогу мы с Виталием Ахуньяновым, сидя позади во­дителя Юрия, молчали, перева­ривая и осмысливая прошед­ший день. Только я уже знал, что под штатской курткой у него скромно светится медаль «За отвагу», свидетельствующая о солдатской доблести.

Что случилось с шестой ротой?

То, что происходило там, на высоте 776, неясно до сих пор. События в Чеченской ре­спублике официальные лица и федеральные СМИ называют «восстановлением конституци­онного порядка». В народе же более справедливо называют это войной. Причем войной про­дажной и проданной.

Задаю орденоносным вете­ранам, приехавшим в тот день в Сосьву, вопросы:

— Что же там происходи­ло-то? Почему ребят бросили на убой практически?

Кто-то осторожничает в от­вет, кто-то высказывается более определенно.

— Когда Виктора хоронили, понятно было, что эти ребята приняли решение стоять до кон­ца. Они не думали, что станут героями. Они выполняли свой долг, — без пафоса произносит Гайдуков. — Вот рассказывал один из командиров, который был рядом, что им перекрыли всю связь, и на помощь туда не пустили. Как это понимать? Как такое могло случиться? Страшно поверить в такое.

А ведь могло, по мнению псковского журналиста Олега Константинова, первым расска­завшим правду о масштабах той трагедии. В первые дни марта федеральные СМИ со ссылкой на командование писали, что погибли то ли 10, то ли 15, по­том уже 20 человек. А 6 марта газета «Новости Пскова» вышла с заголовком на первой полосе: «В Чечне геройски погибла рота псковских десантников». Тут за­шевелились официальные лица, стали связываться с родителями погибших бойцов. И то как-то трусливо, нечестно. Вот матери Александра Коротеева переда­ли телефонограмму через сосе­дей, как раз 8 марта.

— Я много раз перекручива­ла это в памяти, — вспоминает Татьяна Коротеева. — Как мог­ли, чтобы просто частные люди сообщили такое? В телефоно­грамме был телефон. Я позвони­ла, сказала, что это ошибка, что Саша служит в другом полку. Они ответили: «Там общая группи­ровка. Ваш сын опознан и при­дет первым бортом». Александр Коротеев был в группе майора Достовалова, прорвавшейся на высоту. Я приехала в полк, меня пропустили, проводили. Там си­дел офицер, который сказал: «Слава богу, что они погибли». Я была в шоке, говорю: «Как так?!» Он говорит: «Они же пробились без приказа. Иначе их надо было бы всех под трибунал. Мне себя было в кучу не собрать. И подоб­ным образом многим пришлось выяснять правду о судьбе сыно­вей. Командование даже не пы­талось объяснить родителям, что именно произошло в Улус-Керте. Позже, уже в 2003г., обществен­ный комитет по увековечению памяти 6-й роты и обществен­ной организации семей погиб­ших направили Открытое обра­щение президенту В. Путину с требованием дать ответы на ряд острых вопросов о реальных об­стоятельствах трагической гибе­ли десантников.

Никто не ответил за гибель роты

И получили ответ от замести­теля Секретаря Совета безопас­ности РФ от 17.11.2003г.: «В ре­зультате боевого столкновения погибло 84 и ранено 6 военнос­лужащих. 2 марта 2000 г. в воен­ной прокуратуре н. п. Ханкала в отношении участников НВФ 29 апреля 2000 г возбуждено уго­ловное дело. В ходе расследова­ния была дана правовая оценка действиям воинских должност­ных лиц. Установлено, что их действия при исполнении обя­занностей не образуют состава преступления».

И уж совсем кощунствен­но выглядит окончание ответа: «Хотелось бы выразить искрен­нюю признательность членам общественного комитета за их труд по увековечению памяти о 6-й роте псковских десантни­ков».

Формально за гибель 6-й роты никто так и не ответил. Ко­мандира 104-го полка Сергея Мелентьева вскоре перевели в Ульяновск. В мае 2000 года во­енная прокуратура возбудила в его отношении уголовное дело по статье халатность, но оно было прекращено. В 2002 году полковник Мелентьев умер от сердечного приступа.

Ликвидированы главари бо­евиков. Похоже на устранение свидетелей? До сих пор до кон­ца неясно, почему за сутки так и не пришла помощь? И сейчас, в 2020-м, вопросы до сих пор словно были написаны на лицах людей в зале при встрече с пре­зидентом.

Вряд ли они когда-нибудь по­лучат ответы. И кто-то до конца своей жизни, а не только жизни своего сына будет уверен в том, что проход чеченских боевиков был проплачен и что помощь не пришла именно поэтому.

1 марта этого года, на встре­че В.Путина с семьями погиб­ших, он сказал: «Знаете, я часто думаю об этом, вспоминаю их — молодые совсем люди. Они попали в самое пекло. И пока­зали, на что способен русский солдат».

20 лет думает об этом пре­зидент, а вот тем, что суммы выплат пострадавшим семьям очень разнятся, в зависимости от того, жив Герой, или посмртно, и от региона, озаботился только сейчас.

Хочется только добавить, что в кровавых 1941-42 гг. при всеобщей неразберихе и хао­се, после неудачных операций проводились тщательные раз­боры причин провалов. И жест­ко наказывались за нерадивость самые высокие военачальники. Только тогда и мыслей не было об умышленном предательстве и тем более коррупции. Вот вам и времена. Вот вам и нравы.