В Страсбурге завершилась зимняя сессия Парламентской ассамблеи Совета Европы – первая в 2020 году. Пять насыщенных дней пленарных заседаний, работы комитетов, докладов и резолюций, слушаний и брифингов.

Для России (конечно, в смысле общества, а не официоза) основных итогов этой сессии три:

1. При поддержке 43 парламентариев из 16 стран в Ассамблею был внесен проект резолюции № 15049 «О политических заключённых в Российской Федерации». Документ констатирует наличие в России сотен политзаключённых и предусматривает назначение специального докладчика ПАСЕ по этой проблеме. Прошлым летом большинство депутатов ПАСЕ под нажимом Германии и Франции проголосовали за восстановление прав российской делегации. Основным аргументом, убедившим скептиков, была необходимость сохранить для российских граждан инструменты юридической защиты в рамках Совета Европы. Резолюция № 15049 переводит этот аргумент из риторической плоскости в практическую.

2. Комитет ПАСЕ по юридическим вопросам (который в ближайшие два года будет возглавлять латвийский парламентарий Борис Цилевич) направил запрос в Венецианскую комиссию Совета Европы, чтобы получить заключение о предложенных Владимиром Путиным поправках в Конституцию и их соответствии (или несоответствии) обязательствам России в рамках Европейской конвенции по правам человека. Венецианская комиссия – главный консультативный орган Совета Европы в области конституционного права, и её заключения учитываются Европейском судом при принятии решений.

3. Тот же юридический комитет ПАСЕ направил делегации РФ ноту о необходимости сотрудничества с докладчиком Ассамблеи по делу о расследовании убийства Бориса Немцова. Доклад ПАСЕ по этому делу был принят в июне 2019 года, однако как в период его подготовки, так и в период, последовавший за его принятием, российские власти демонстративно отказывались от сотрудничества. Более того, российский МИД прямо запретил докладчику ПАСЕ по делу Немцова Эмануелису Зингерису въезжать в страну. В ноте комитета указывается, что страны-участницы Совета Европы обязаны содействовать надзорным процедурам Парламентской ассамблеи и обеспечивать её докладчикам доступ на свою территорию – в противном случае речь идёт о прямом нарушении обязательств Российской Федерации перед Советом Европы.

И неприятный, но важный постскриптум. Возвратившаяся в Парламентскую ассамблею официальная российская делегация всем своим поведением доказывает правоту тех, кто выступал против её возвращения – но не потому, что она представляет Россию, а потому что она её не представляет. ПАСЕ – орган, в первую очередь, представительный, призванный отражать палитру политических взглядов граждан 47 европейских государств. Это многообразие проявляется в Ассамблее при обсуждении самых острых вопросов, будь то судебная реформа в Польше, отношения между центром и регионами в Испании или расследование громкого убийства мальтийской журналистки. По всем этим темам члены национальных делегаций соответствующих стран занимают противоположные позиции, оказываясь по разную сторону споров и голосований в зале заседаний Дворца Европы.

И только члены российской делегации – как от партии власти, так и от т.н. «системной оппозиции», – словно деревянные солдаты Урфина Джюса, хором встают на защиту генеральной линии, раз за разом повторяя одни и те же заученные фразы.

Очевидно, но важно повторить: уже больше 16 лет, с декабря 2003 года, значительная часть российского общества искусственно лишена политического представительства. У тех, кто выходил на Болотную и Сахарова, на антикоррупционные митинги 2017-2018 годов, на московские протесты лета 2019-го; у тех, кто голосовал за Навального в Москве, за Немцова в Ярославле, за «Яблоко» в Петербурге и Пскове; кто при помощи «умного голосования» побеждал провластных кандидатов в Мосгордуму – нет ни одного депутата в высшем «представительном» органе власти. И – столь же искусственно – образ России в остальной Европе сегодня монопольно формируется гг. Толстым, Кисляком, Слуцким и иже с ними.

Разрушение этой монополии станет, пожалуй, самым надёжным показателем реальных политических изменений в нашей стране.