Возвращение «огненной» плащаницы
В канун Нового года мемория, когда-то дарованная первой женой Ивана Грозного великой княгиней Анастасией Романовной главному храму Пскова – Троицкому собору, после долгих лет реставрации вернулась в древний город. Пережив войну, пожары она наконец-то удостоилась вполне заслуженных «медных труб», став частью коллекции «Золотой кладовой» Псковского государственного объединенного историко-архивного и художественного музея-заповедника. Специальный корреспондент «Совершенно секретно» принял участие в презентации этого уникального экспоната.
«Теперь каждый посетитель без предъявления паспорта, предварительной записи может полюбоваться на шедевр, который вне всякого сомнения можно считать одной из жемчужин в коллекции не только нашего музея, но всемирного художественного наследия, составной частью которого по праву считается искусство Древней Руси», – не без пафоса представила плащаницу многочисленным гостям церемонии Ольга Васильева, главный хранитель живописи музея-заповедника. Ее гордость и волнение от того, что эта бесценная вещь после многих лет приключений наконец-то вернулась домой, понятна. Если попытаться осмыслить земной путь реликвии, то становится немного не по себе. Это уникальное полотно могло погибнуть от сырости в деревенской церкви, где хранилось в дореволюционное время. После пожара, который приключился в 2010 году во Всероссийском художественном научно-реставрационном центре им. И. Э. Грабаря, от него могли остаться жалкие клочки, но, как оказалось, у дара великой княгини Анастасии Романовны была иная судьба, потому что все когда-нибудь возвращается на круги своя.
ИЗ НЕБЫТИЯ
По словам Ольги Васильевой, эта старинная вещь была обретена в начале шестидесятых годов прошлого столетия. Честь открытия (или правильнее будет сказать – удача) принадлежала знаменитому московскому реставратору, эксперту в области древнерусского лицевого шитья Наталии Андреевне Маясовой (1919- 2005 гг.). Именно она во время осмотра одного из запасников, который располагался в т.н. «Солодежне» – историческом здании средневекового Пскова, наткнулась на свернутый в рулон предмет церковной утвари. Человек досужий, не знакомый с православными ритуалами, скорее всего, решил, что у него в руках оказался какой-то невзрачный коврик и оставил бы его там, где нашел. Однако плащанице повезло, потому что впервые после стольких лет забвения она оказалась в руках специалиста экстра-класса. Более того, Наталия Андреевна сумела ее первой описать и атрибутировать, доказав, что до наших дней каким-то удивительным стечением обстоятельств дожила плащаница, которая в середине XVI века (примерно в 1552 году. – Прим. ред.) была подарена городу Анастасией Романовной – первой и любимой женой Ивана Грозного. В силу стечения каких обстоятельств эта сакральная вещь оказалась в хранилище музея-заповедника? – вопрос, что называется, на засыпку. Доподлинно известно лишь то, что до революции она была в собственности церкви деревни Большое Загорье (ныне Карамышевская волость) Псковского района. Как полотно там оказалось? – тоже загадка хотя бы потому, что ответ на нее можно было найти в фондовых записях, которые, увы, были утрачены. Тем не менее, с большей степенью вероятности удалось установить, что в 1925 году часть церковной утвари (и плащаница в том числе) из Загорья была перенесена в Троицкий собор, где она находилась до тех пор, пока там не создали Музей истории религии и атеизма. Как следствие весь храмовый антиквариат снова отправили в Псковский государственный музей-заповедник, где он хранился до 1941 года. «С сожалением приходится признать, что война нанесла нашему музею невосполнимые потери, – продолжает собеседница «Совершенно секретно». – Начнем с того, что когда началось вторжение, сразу был поставлен вопрос об эвакуации древностей. Была направлена заявка на выделение, как минимум, 12 железнодорожных вагонов, однако музей получил всего один, что нанесло ему невосполнимые потери. Характерный пример: до войны в нашей коллекции хранились 34 работы Марка Шагала, а сейчас в нашем распоряжении осталось только две. По воспоминаниям первого послевоенного директора заповедника Ивана Ларионова были предложения зарыть часть сокровищ в землю. Не исключено, что некоторые экспонаты таким способом удалось спрятать. Среди них могла оказаться и наша плащаница – во время реставрации ученые обнаружили в ее ткани микроскопические частицы земли, но говорить о том, что она пережила эвакуацию именно таким образом, как о научно доказанном факте, пока не приходиться. Так или иначе, но ее судьба в 40-е и все последующие годы прошлого века для нас остается темной, а ее новейшая история начинается уже в 1961 году, когда ее в запасниках музея обнаружила Наталия Андреевна».
РЕПЛИКА РЕПЛИКЕ РОЗНЬ
Известно, что у псковской плащаницы есть более ранняя реплика, которая «старше» находки Маясовой лет на десять и в настоящее время она хранится в Псково-Печерском монастыре. Как предполагают в музее, сюжет для обеих вышивок, по всей видимости, был скопирован с некоего греческого первоисточника практически один в один, но… только с одним изъяном. На печорской плащанице тело Христа вносят в пещеру вперед головой, что нарушает погребальный канон. К слову, именно ее и увидел 5 августа 1903 года Николай II и другие члены императорского дома во время визита в древнюю обитель. Вот как это событие описывается в «Псковских епархиальных ведомостях» от 15 августа того же года: «Из пещер высокие гости прошли в ризницу, где подробно осматривали все предметы, здесь хранящиеся, и библиотеку. Здесь хранились древний сборник житий святых, синодики, поучения XV века. Увидели также древний потир и дискос в виде деревянного блюда, на которых первые пустынные жители совершали евхаристию; католические сосуды, доставшиеся монастырю после чудесного спасения обители от Стефана Батория; воздух и (внимание!) плащаницу, вышитую супругой Иоанна Грозного Анастасией Романовной; вещи Иоанна Грозного (столовый прибор, пороховница, труба, золотая цепь из червонного золота); перстень Анастасии Романовны и т.д.»
«Таким образом, установлено, что печорский артефакт тоже принадлежит мастерской Анастасии Романовны. Однако псковский ценен прежде всего тем, что представляет собой каноническое изображение погребения Христа, – продолжает пояснения г-жа Васильева. – Вообще, плащаница – сложное по композиции произведение. В прямоугольном среднике, на фоне архитектурных строений мы видим библейскую картину положения во гроб. У его изголовья – фигура Богоматери, которая склонилась над телом сына. Она поддерживает рукой его голову. Рядом с нею Жены Мироносицы и Мария Магдалина. Тут же – фигуры Иосифа Аримафейского, Иоанна и Никодима (это ученики Христа. – Прим. ред.), которые помогают Богоматери. Фигуры святых на пелене имеют правильные и слегка вытянутые пропорции, а по шелковой кайме пряденой золотной (то есть позолоченной. – Прим. ред.) нитью вышит литургический текст: «Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом и ничтоже земнаго в себе да помышляет…»
ЦАРСКОЕ ПОСЛУШАНИЕ
У заинтригованного читателя, понятно, возникает вполне естественный вопрос: что это за полотно и каково его сакральное назначение в православных обрядах. Согласно преданию в плащаницу (с греческого – поверх могилы) заворачивали тело Христа после снятия с креста. Позднее в православной традиции на плащанице вышивались изображения лежащего во гробе Иисуса Христа или усопшей Богородицы. Использовалась ткань во время богослужения Великой пятницы и Великой субботы, а также в праздник Успения (с изображением Богородицы). Изготовление покрова было делом для XVI века чрезвычайно долгим и очень дорогим. Хотя бы потому, что при этом использовались заморские шелк, бархат. Не говоря уже о золотых и серебряных нитях, которые тоже привозились из Европы – во время вышивки они крепились к полотну простыми нитками. Иными словами, заказать ее мог человек очень состоятельный, каковой и была по положению супруга Ивана Грозного.
«А причина заняться этой работой была у нее весьма уважительная, – продолжает свой рассказ собеседница специального корреспондента «Совершенно секретно». – Представим себе положение, в котором оказалась Анастасия Романовна. В 1547 году состоялось ее венчание с великим князем. В семье ждут прибавление, но неожиданно один за другим умирают трое только что родившихся детей. Княгиня в отчаянье. За помощью она обращается к митрополиту Московскому и всея Руси Макарию, который до этого был архиепископом Новгородским и Псковским. Он-то и дает молодой женщине совет, приняв послушание, вышить плащаницу, чтобы потом подарить ее главному храму Пскова – Троицкому собору, который считался местом намоленным. Работа над плащаницей (133 на 206 см. – Прим. ред.) велась в мастерской великой княгини – считалось, что это была одна из почетных обязанностей первой леди государства. Этот факт дает веские основания считать, что часть полотна вышивала лично она».
ЧЕРЕЗ ОГОНЬ И ВОДУ….
Так или иначе, но после того, как оно было закончено и передано по назначению, у Анастасии Романовны родился долгожданный сын Иван. Такова история этого уникального артефакта, но не меньше приключений пришлось ему пережить в новейшее время. После того как реликвию обнаружили и описали, почти сразу же встал вопрос о ее реставрации. За четыре столетия ткань изрядно поизносилась, в ней появились дыры, часть шитья, которыми серебряные и золотые нити крепились к полотну, истлели, а первоначальный блеск плащаницы изрядно потускнел. Поэтому было принято решение направить плащаницу в Москву, в Реставрационный центр им. Грабаря, где экспонат в соответствии с технологиями, которые применялись на то время, попытались подновить. Уберечь ее от дальнейшего разрушения в какой-то мере удалось, однако спустя десятилетия (в 2003 году) плащаницу пришлось снова отправлять в столицу. Однако на этот раз восстанавливать пришлось не только рисунок.
«Работа была уже практически закончена, однако на беду в 2010 году в Реставрационном центре им. Грабаря случился страшный пожар, – поясняет Ольга Васильева. – Его очаг располагался над помещением, где реставраторы работали с плащаницей. Для большей сохранности ткани ее обычно не сворачивали, поэтому во время проливки перекрытий на нее хлынули потоки воды, смешанные со специальными реагентами. Можно только представить себе что испытали сотрудники центра, которые до того трагического дня боялись дышать на плащаницу – и тут такое несчастье. Рассказывают, что Елена Семечкина, которая возглавляла группу реставраторов, занимавшихся восстановлением артефакта, после того, как пожар потушили, не решалась подойти к столу, боясь увидеть печальные следы разрушения. Тем не менее, когда начали разбирать завал, образовавшийся на столе, то изумлению экспертов не было предела: оказывается рухнувшие под тяжестью воды куски штукатурки легли таким плотным слоем, что по сути дела спасли рисунок от огня, а само полотно обгорело лишь по краям». Конечно, работу по восстановлению плащаницы пришлось начитать заново: сушить ее, очищать от гари, химических реагентов, восстанавливать целостность ткани. На это потребовалось еще девять лет и вот, наконец, реликвия возвратилась в дом Святой Троицы, так еще называют старинный Псков. Какова же ее истинная ценность? Отвечая на этот вопрос, Ольга Анатольевна в высшей степени уклончива: «В собрании Псковского государственного музея-заповедника более тысячи икон, а плащаниц – раз-два и обчелся. Это не удивительно: покров, как правило, изнашивался быстрее, что уже делает его по-своему уникальным. Если же говорить о цене, то она велика: переводя все на рубли, могу сказать, что псковское полотно по цене превосходит стоимость двух десятков недешевых икон».
И последнее… Бытует расхожее выражение, что музей – это кладбище культуры. Между тем сотрудники «Золотой кладовой» придерживаются иного мнения хотя бы потому, что все ее сокровища (и плащаницу, в том числе) можно увидеть самому, а это, поверьте, дорогого стоит.
ЧУДЕСА ЕЩЕ СЛУЧАЮТСЯ (ИЗ ЖУРНАЛИСТСКОГО БЛОКНОТА)
Деревня Вышегород, Дедовичский район, храм Михаила Архангела. Одна из самых высоких точек Псковской области – высота над уровнем моря почти 300 метров. Построен в 1876 году «на иждивении полковника Петра Ивановича, супруги его Анны Александровны и сыновей их генерал-лейтенанта Василия, генерал-майора Александра, тайного советника Николая Петровича Бибиковых».
Как гласит легенда, дочь Петра Ивановича была тяжело больна, и тогда убитый горем отец дал обет: воздвигнуть церковь, если она получит исцеление. И чудо свершилось! Встал вопрос: где строить церковь? Однажды Бибикову приснился сон, будто бы во время прогулки его конь сломал ногу. И надо же такому случиться: сон оказался вещим. Поняли, что это знак свыше. Так было выбрано место. Строили храм 10 лет. При этом на всю округу был наложен строгий пост, и 10 лет здесь никому не позволялось есть яйца - раствор для крепости замешивался на белке. Может быть, поэтому он до сих пор и стоит?
Уцелел храм и во время войны. Рассказывают, что, отступая, фашисты собирались взорвать собор, начинив его взрывчаткой от подвала до купола. Послали солдата, чтобы тот поджег бикфордов шнур, но он вернулся, поразив сослуживцев тем, что не мог произнести ни слова. Послали другого – такая же самая картина. Наконец вызвался идти офицер, который тоже не выполнил приказ. Когда он снова обрел дар речи, то рассказал, что ему было видение архангела Михаила с золотым кадилом, и это спасло собор.
* * *
Во время оккупации икона «Богородица Псково-Покровская» была вывезена немцами. В 1970 году в Мюнхене проходила выставка, на которой под номером 234 экспонировалась икона из частного собрания со странным названием «Псков и его окрестности» – это была именно псковская Богородица. В начале 90-х годов прошлого столетия Псковский государственный музей-заповедник передал в отдел регистрации Министерства культуры РФ список принадлежавших ему особо выдающихся историко-художественных ценностей, вывезенных в 1941 -1944 годах оккупантами и не возвращенных музею. Первым номером в этом списке значилась икона «Богородица Псково-Покровская». Германские власти выкупили икону из частной коллекции и во время визита Президента России Владимира Путина передали ему икону «Богородица Псково-Покровская». В настоящее время артефакт хранится в главном храме Псковской области – Свято-Троицком соборе.
* * *
Это произошло в Лихие 90-е… В небольшой деревенской церкви шла служба, на хорах заливались певчие, священник, совсем еще молодой батюшка возносил хвалу Господу, как вдруг молящиеся почувствовали, что в храм кто-то вошел. В церкви обычно не принято оборачиваться на тех, кто присоединился к службе. И все-таки для многих показалось необычным, когда к старосте Николаю подошла группа плотных ребят, которых обычно в народе называют «братками». После короткого разговора они купили свечи, и все вместе прошли к пустующей раме Тихвинской иконы Божией Матери. Перекрестившись, парни достали из сумки икону, вставили ее на место, засветили свечи и, молча, вышли из храма, оставив в недоумении всех, кто наблюдал происходящее. Когда служба закончилась, то немногочисленные прихожане подошли к старосте с вопросом: что это было? И вот что он рассказал: однажды, проходя по псковскому рынку, парни увидели, как какой-то мужик продает ценную, судя по окладу, икону. Приценились, ударили по рукам, а когда стали внимательно рассматривать покупку, то на обратной стороне увидели надпись, из которой поняли, что икона была выполнена для храма по заказу жителей деревни Вышгородок Пыталовского района. Что их подвигло вернуть реликвию именно туда же, в Рождественскую ночь (!), одному Богу известно, но мир, как известно, не без чудес…
Фото из архива автора