Мажор в типично Псковских далях

Успех комедии «Холоп» – не в мнимой пользе крепостничества, а в сногсшибательном юморе, невероятных картинах природы Пушкиногорья и реализации принципа «власти земли» над русским человеком

Лидером российского кинопроката на прошлых выходных внезапно стал не дорогостоящий исторический эпос о декабристах и Николае I «Союз Спасения», а «Холоп» – непритязательная комедия о перевоспитании мажора помещением в крепостную деревню. Фильм полностью окупился за первые выходные.

Можно отпустить немало ядовитых с налётом русофобии реплик о том, что лента о пользе крепостного права оказалась более востребована у массового зрителя, чем рассказ о тех, кто это крепостное право хотел отменить, и нет ли тут проявления черт национальной психологии. Но все эти реплики будут мимо. «Холоп» и в самом деле великолепное, бесспорно удавшееся кино. Там просто не над чем и некогда дискутировать – там надо хохотать до надорванного животика.

Официальный трейлер фильма «Холоп». Режиссёр: Клим Шипенко, 2019 год 

Ну и, кстати, любые разговоры о том, что в этой истории «изящность, простота доказывают нам, без всякого пристрастья, необходимость самовластья и прелести кнута» – враньё лиц, судящих о фильме только по трейлеру, ну или профнепригодных. Программа шокового воспитания при помощи крепостнических порядков в исполнении ряженых, крутящихся по деревне, беззастенчиво косплеящей в «стиле рюс» сериал «Westworld», полностью проваливается. Оказывается, что можно быть негодяем и в качестве мажора, и в качестве конюха.

Унижения, которым подвергают героя в обществе без права и закона, ничуть не меняют его природу. Создатели фильма тут отменно смеются над собой, подчёркивая, что показывают не реальную крепостную Россию, а представления о ней современного троечника, не знающего, что дворянина пристав сечь не может, которого спасает от палева только то, что имеет он дело с двоечником.

Гриша меняется не потому, что он столкнулся с жёсткими правилами иерархического общества, в котором он внизу. Нет никакой проблемы, оказавшись в этом низу, стать ещё большим мерзавцем, присоединиться не к мучимым, а к мучителям. Строго говоря, настоящий мерзавец так бы и поступил (и именно поэтому самая фальшивая в фильме сцена – это когда технология пускается «на поток»). То, что ничего подобного с героем Биковича (Милош Бикович, исполнитель главной роли – прим. Царьграда) не произошло, говорит о том, что настоящим инфернальным мерзавцем, не просто ищущим удовольствий, а наслаждающимся страданиями других, он никогда не был.

Милош Бикович, исполнитель главной роли. Фото: Ekaterina Tsvetkova  / Globallookpress     

Главным средством терапии в этом фильме оказываются Дали. Какие Дали? Типично Псковские. Строго по довлатовскому «Заповеднику».

«Ко мне застенчиво приблизился мужчина в тирольской шляпе:
– Извините, могу я задать вопрос? Это дали?
– То есть?
– Я спрашиваю, это дали? – тиролец увлёк меня к распахнутому окну.
– В каком смысле?
– В прямом. Я хотел бы знать, это дали или не дали? Если не дали, так и скажите… У меня есть цветная открытка – "Псковские дали". И вот я оказался здесь. Мне хочется спросить – это дали?
– В общем-то, дали, – говорю.
– Типично псковские?
– Не без этого».

Половина успеха «Холопа» – это фантастически удачный выбор натуры – Пушкинские горы. Один из немногих неизгаженных застройщиками, не убитых высотками, не заражённых «похорошеллой» уголков настоящей русской природы и культурного ландшафта. К тому же связанный с Нашим Всем. За умопомрачительные виды с Савкиной горки, пролёты коршуна-дрона над рекой Соротью или проскок на коне по сказочному лесу, в котором, раз оказавшись, хочется поселиться навсегда, можно отдать всё.

Музей-заповедник Пушкинские горы. Фото: Elena Serebryakova / Shutterstock.com   

Причём этот уголок создан во многом усилиями одного изумительного человека – Семёна Степановича Гейченко. Лагерный сиделец, капитан-миномётчик, лишившийся на фронте левой руки, он получил Пушкиногорье в руинах. Все три опорных усадьбы Пушкиногорья – Михайловское, Тригорское, Петровское – были в 1918 году разграблены и сожжены подстрекаемыми большевистскими комиссарами крестьянами.

Спецоперация по розыску и выкупу похищенных вещей длилась потом десятилетиями. К столетию смерти Пушкина в 1937 году было восстановлено только Михайловское. Гейченко получил в своё распоряжение руины и сотворил чудо, сотворил легенду (не чуждаясь иногда простительного мифотворчества, когда красивая аллея превращалась в «аллею Керн» и т.д.). Он создал не просто усадьбу-заповедник. А целостный ландшафтный парк, который попросту невозможно себя заставить покинуть добровольно. Пушкиногорье стало Лукоморьем, одним из духовных сердец Руси.

Строго говоря, вправляет мозги герою не столько довольно беспомощная клоунада, которую из лучших побуждений устраивают ему перевоспитатели, сколько этот настоящий русский воздух, эта зелень, эта синева, это золото лучей, пробивающихся сквозь сосновые заслоны, чтобы упасть на мох или на пригорки с земляникой.

Кадр из фильма «Холоп». Фото: kinopoisk.ru

Возрождение происходит потому, что дитя асфальта дотронулось до настоящей русской жизни, ощутило то, что Глеб Успенский называл «властью земли».

Власть земли, это она давала нашему народу терпение, кротость, мощь и молодость; отнимите её у народа – и нет этого народа, нет народного миросозерцания, наступает душевная пустота. 200 лет татарщины, 300 лет крепостничества народ перенёс только потому, что сохранял свой земледельческий тип. Это власть земли держала крестьянина в повиновении, развила в нём строгую семейную и общественную дисциплину,

– замечательно выразил эту идею Успенского Александр Солженицын.

И, разумеется, связью для героя с этой настоящей землёй могли быть не актёры, не циркачи, а только ветеринар Лиза, которая имеет дело не с лицедейством, а с важнейшей частью этой земли: животными, конями. Кстати, расскажите уже кто-нибудь Бортич (Александра Бортич, исполнительница роли Лизы – прим. Царьграда) страшную тайну, что убедительней всего она играет положительных, даже с лёгким налётом идеальности героинь.

Александра Бортич, исполнительница роли Лизы. Фото: Komsomolskaya Pravda / Globallookpress     

Настоящая «работающая» история начинается тогда, когда герой ломает написанный для него сценарий и у него начинается всё по-настоящему – белокурая девушка белорусских кровей, которую надо защищать от нашествия татаро-монголов. Это не сатира на то, что русскому Ваньке нужен кнут, а сказка про то, что настоящему русскому человеку для самореализации нужна Белоруссия и вооружённая борьба с азиатским игом. И ведь не поспоришь.

Мажор становится человеком, прикоснувшись к русской почве, к духу русской природы, истории, сказке и напитавшись ими.