Чудское «серебро» зашевелилось!
Период ловли плотвы в разгаре. Все базы отдыха на берегах Чудского озера заняты, все частные дома прибрежных деревень, мало-мальски пригодные для проживания, сданы рыболовам, мест нет нигде и до 8 марта включительно не предвидится. На окрепший чудской лёд выходят и выезжают тысячи рыболовов из Псковской области, а ещё больше – из-за её пределов. Об этом – в очередной статье постоянного автора ПАИ Николая Бесклёвного.
Люди на рыбалке, а я…
19 февраля 2025 года. Чудское озеро, деревня Спицино («у самолёта»). Дома ремонт, и на неделе рыбалка никак не планировалась. Но в среду неожиданно образовалось окно. Оказывается, мастер, который у меня на кухне перекладывает плитку (вспучилась длинная стена) сам рыболов и на среду они с товарищами запланировали рыбалку, о чём он меня заранее предупредил. Он-то на рыбалку уедет, а мне в среду надо было много чего подготовить, сделать и то и это, купить, привезти и тому подобное, то есть обеспечить фронт работы на следующий день – на четверг.
Блин, люди на рыбалку едут, а я… Но, прикинув, что к чему, понял, что если крутнуться, постараться, то всё можно с вечера вторника приготовить, а малую оставшуюся часть доделать в четверг рано утром. Благо строительные магазины работают допоздна и открываются рано утром. И получилось. В среду и я отправился на рыбалку…
«У самолёта…»
Конец февраля, время плотвы наступило, а поэтому приоритет на оставшихся зимних рыбалках для меня именно в ловле «серебра». Ну, уж очень вкусная плотва в вяленом виде получается, и для этой цели чудская плотва с последнего льда самая подходящая: и крупная, и жирная, и, главное, с почти созревшей икрой.
Я бы поехал в Островцы, но собрались компанией, в которой не каждому уже по силам преодолевать островцовские расстояния, а поэтому выбрали Спицино. Вернее, не совсем Спицино, а место рядом, известное среди рыболовов моего поколения как «у самолёта».
Когда-то, ещё в 1990-е годы, на песчаной косе, отделяющей Чудское озеро от Раскопельского и Лахта заливов, был военный полигон, на котором истребители-бомбардировщики отрабатывали упражнения по бомбометанию. Мишенью служил списанный и отлетавший своё самолёт вместе с условными элементами инфраструктуры аэродрома. Полигона уже давно нет, а название места «у самолёта» так и сохранилось. И идти там от берега не более полутора километров, и глубина около семи метров, и плотва там по последнему льду всегда держится. А лёд, судя по прогнозу, действительно последний и вряд ли продержится даже до 8 марта.
Приехали на место к восьми часам утра. Уже рассвело, до восхода солнца полчаса, пока дойдём до точки, в самый раз будет. Давненько я здесь не был, лет семь-восемь. Место не узнать: прибрежные песчаные дюны заросли высоким, в два моих роста, кустарником, а берега – широкими полосами тростника. Псковское диво (именно так столетиями называют Чудское озеро) стремительно зарастает, и дивных мест, увы, становится всё меньше и меньше.
На две удочки ловить не успевал
Сквозь узкий проход в тростнике вышли на лёд, выбрали направление и гуськом пошли к месту лова. Идти было нетяжело, но выпавший вчера вечером снег засыпал все натоптанные, наезженные дорожки и вызывал небольшие затруднения в передвижении. Дошли, расположились на широком свободном ледяном поле. Но в одиночестве оставались недолго: в течение следующего часа рыболовов вокруг нас заметно прибавилось.
Я пробурил пару лунок (лёд крепкий, структура твёрдая, толщина не менее 15 сантиметров), обе закормил прикормкой домашнего приготовления (пшённая каша с добавлением макухи), в одну опустил донку, насадив червя и опарыша, в другую – мормышку с мотылём и опарышем.
Полчаса прошло – и ничего. У Владимира Михайловича уже три плотвички поймалось и окунёк неплохой, у Дмитрия тоже поклёвывает, а у меня… Наверное, каждый рыболов переживает такие минуты и даже часы, когда начинает сомневаться и ковыряться внутри себя: почему у меня не клюёт, что я делаю не так? И я не исключение. Может, мормышка не та, или крючки крупные, или леска толстая? А может, всё дело в каше? Но ведь я её готовлю уже белее десятка лет по одному и тому же рецепту и она меня никогда не подводила. Так и перебирал в голове десятки возможных вариантов, не сводя глаз с поплавка и кивка на моих удочках.
И вдруг едва-едва шевельнулся поплавочек, его притопило буквально на пару миллиметров. Поклёвка? Или мне показалось? И опять на чуть-чуть притопило. Подсекаю – и сразу же ощущаю слабые рывки рыбы. Аккуратно выбираю леску из лунки – и через несколько секунд в руке оказывается небольшая стограммовая плотвичка. Ну что с такой делать? Отцепил с крючка и отправил её обратно в лунку, хотя существует у рыбаков такое поверье, что любую первую пойманную рыбу не отпускать: якобы это дар царя водяного и ему нельзя отказывать.
Через минуту кивок на мормышечной удочке два раза подряд резко согнулся-разогнулся. Подсечка. О-о! Да тут кто-то посолиднее попался. Выуживаю хорошенького окунька – пузатенького, горбатенького, граммов 150–180 в нём. И опять минут десять тишина.
Но раз окунь здесь имеется, и неплохой, то не попробовать ли поблеснить? Пробурил в трёх метрах от своих лунок ещё одну, достал удочку, подцепил баллансир и, не переставая следить за поплавком и кивком, начал пытаться соблазнить окуня. Взмахнул удочкой раз двадцать и почувствовал удар, но не подсёк. Ага, окунь моей приманкой заинтересовался. И в это же время смотрю, а поплавок медленно исчезает под водой. Всего три шага до лунки, но не успел, поклёвку прозевал. Вот дилемма: и там клюёт, и там. Ладно, попробую доловить окуня, а там видно будет.
Взял в руки окунёвую удочку, взмахнул два раза, как опять поплавок зашевелился и притопился. Метнулся, но снова не успел. Нет, так дело не пойдёт. Решил остаться у плотвиных удочек. И только я уселся поудобнее на свой рыболовный ящик, как клюнуло и на одну, и на другую удочку одновременно. И на обе поймал по плотвице среднего размера.
А дальше клевало беспрерывно около часа, клевало на всё: и на опарыша, и на червя, и отдельно, и в комбинации. Иногда за двумя удочками я не успевал, а потому мормышку убрал в сторону. Почему именно мормышку? Да потому, что она маленькая, хотя и вольфрамовая, с ней больше мороки и тонет очень медленно (глубина 6 метров 80 сантиметров), и каждый раз леску приходилось долго сопровождать руками. А у донной снасти грузик тяжелее в несколько раз, и до дна два моих крючка с насадками опускались гораздо быстрее.
Клевало великолепно, был самый настоящий весенний клёв. Вот только был один минус в этом клёве, и очень жирный: попадалось много мелкой плотвы, чуть ли не половину я отправлял обратно в лунку, а крупные плотвицы клевали очень редко.
Хрустальные черви
Утром погода была довольно жёсткая: мороз около десяти градусов, северный ветерок больше, чем обещанные два метра в секунду. Ситуация усугублялась ещё тем, что я с вечера поленился съездить в гараж за палаткой и рыбачил на открытом воздухе. И лунки то и дело замерзали, и поплавок обледенел, и на леске регулярно образовывались ледяные гирлянды – всё это, естественно, мешало. Но главное неудобство было не в этом. Как только плотва объедала мою насадку и я начинал обновлять её, то, насадив червя, я закрывал баночку с ними, открывал крышку на баночке с опарышами, брал пару белых личинок, начинал их насаживать на крючок – и за это короткое время червь уже замерзал и принимал твёрдое и очень хрупкое состояние. С мотылём ещё быстрее такая же история получалась. Почти каждый раз кончик червя отламывался, и на крючке оставалась лишь малая его часть, а иногда червь и вовсе весь рассыпался, как хрусталь при неаккуратном обращении.
Сколько раз пожалел, что не взял с собой палатку. Но клевало, и клевало отлично, пока солнце не выглянуло из-за облаков. Посветлело, потеплело, а клёв, как ни странно, сошёл на нет. Мы собрались перекусить да чаю попить. Обсудили, что да как, и оказалось, что весенний клёв среди нас только у меня и был. К перерыву мною было поймано 24 плотвицы и два окушка, притом штук пятнадцать плоток ниже среднего размера я отпустил, у Владимира Михайловича всего пять плотвин и три окуня и у Дмитрия примерно столько же. Так, может, всё дело в моей каше? Других причин такой разницы в клёве и уловах я не видел. Согрелись чаем и разбежались по прежним местам.
У торосов веселее…
Перед чаепитием я подкормил свои лунки, но клёва не было как до, так и после. Подождал полчаса – ничего не изменилось, и я решил сменить место, передвинувшись метров на двести, вплотную к полю мелких торосов. Там с самого утра сидело и никуда не перемещалось около десятка рыболовов, и мне отчётливо было видно, что махать руками они почти не переставали.
Выбрал местечко, чтобы никому не мешать, пробурил две лунки, закормил. И уже через минуту, как опустил донку, последовала уверенная поклёвка, поплавок резко устремился вниз, и вскоре плотвина солидного трёхсотграммового размера запрыгала на льду возле моего ящика.
Быстро поправил насадку, и только она достигла дна, как новая поклёвка – на этот раз ещё что-то более тяжёлое попалось. Тащу, леска растягивается, пружинит, со скрипом проскальзывает между пальцами. Вот это да-а, недаром рыболовы здесь с утра сидят, не сдвигаясь с места. Я медленно и аккуратно вытащил из лунки… дуплет – сразу две хорошенькие плотвицы.
Дальше последовал небольшой перерыв, за время которого я и во вторую лунку также опустил донную удочку. Так и ловил всё оставшееся время на две донки, периодически одну из них отодвигая в сторону, когда не успевал за обеими. Клевало «как на Чёрных камнях», с десяток дуплетов было. Но утренняя проблема никуда не подевалась: очень много здесь мелочи. В итоге поймал, вернее, взял домой 71 плотвицу, а вот их общий вес едва ли был 12 килограммов: штуки три красавицы по 300 граммов, шесть-семь по 250 граммов, а остальные очень среднего размера и ниже.
Уходили в 16:30. Проходя мимо рыболовов, сидевших вдоль торосов, я замечал возле них и наполненные пакеты, и солидные горки плотвы на льду. Чудское «серебро» зашевелилось! Первый выезд за плотвой удался, но полного удовлетворения всё же нет: мелковата плотва. Вывод: в следующий раз надо ехать в Островцы или Ветвеник, и с предстоящими более сложными ледовыми маршрутами товарищи обещали справиться.