Баллада о чистой клевете, или Никто кроме них

 22 февраля объявили: Александр Голышев назначен общественным советником губернатора Псковской области по вопросам культуры и музейного дела. А кого бы хотели увидеть в этой роли? Андрея Дмитриевича Сахарова? Семёна Степановича Гейченко? А может Александра Сергеевича Пушкина? Нет уж, советником нынешнего губернатора может быть только такой человек, как Александр Иванович Голышев. Он человек проверенный. В эту реку он вступал уже раза три. И надо будет – вступит ещё раз.«Кончилось актом об амнистии в отношении всех обвиняемых»Никто лучше Александра Голышева не посоветует. Он уж точно знает, как выйти сухим из воды. Доктор Голышев многократно это доказывал. В том числе не так давно, когда на него как на главу комитета Псковской области по культуре завели уголовное дело за причастность к хищению во время реставрации Изборской крепости. Следственный комитет считал, что в той реставрации российскому бюджету был нанесён ущерб в 122 миллионов рублей (это была стоимость невыполненных, но зачтённых работ). Должности доктор Голышев, в конце концов, лишился. Но всё закончилось для псковских фигурантов того уголовного дела благополучно.Дело расследовалось три года и завершилось вожделенной амнистией. 18 февраля 2016 года в следственном управлении СК РФ по Псковской области сообщили РБК, что оно «кончилось актом об амнистии в отношении всех обвиняемых».Сейчас говорят, что будто бы уголовное дело и акт амнистии дискредитирует Александра Голышева. С этим трудно согласиться. То, что он избежал наказания по амнистии скорее не доказательство его слабости, а доказательство его силы. Чиновники покрупнее и, казалось бы, повлиятельнее – вроде заместителя министра культуры Григория Пирумова, угодили за решётку. А доктор Голышев, оставив беспокойную должность главы комитета Псковской области по культуре, всего лишь пересел в другое руководящее кресло - стал председателем регионального отделения Российского военно-исторического общества в Псковской области. Он по-прежнему остаётся теневым лидером в области руководства псковской культурой. Так что назначение его на должность губернаторского советника – событие естественное.Визит замминистра по культуре Григория Пирумова в Псковскую область. 13 сентября 2013 г. pskov.ruОдно из важнейших качеств Голышева - умение не просто уходить от ответственности, а использовать неблагоприятные обстоятельства в свою пользу. Кто ещё мог стать советником у преемника Андрея Турчака? Его прежние «падения» в действительности падениями не были. Он отступал, перераспределял силы и возвращался. Так что почти любое назначение в сфере псковской культуры это, своего рода, «новодел на старом фундаменте».Трудовой путь Александра Голышева – бесконечные возвращения. Три года в должности заведующего отделом культуры Псковского горисполкома (с 1981 года), одиннадцать лет в должности председателя комитета по культуре Псковской области (с 1994 года), почти пять лет (с мая 2010 года) снова в должности председателя регионального комитета по культуре.Во время последнего пришествия в областной комитет по культуре Голышев первые полгода был исполняющим обязанности председателя, но в декабре 2010 года в областной филармонии вспыхнул пожар – тот самый, в котором сгорели два рояля, включая новенький ещё ненастроенный Steinway & Sons. И почти сразу же Александр Голышев избавился от приставки «и.о.» Другой бы на его месте немедленно лишился должности, а доктор Голышев в очередной раз всё развернул в свою пользу.Сегодня кандидатура Голышева всплыла в связи с тем, что начинается процедура объединения двух музеев-заповедников – Псковского и Изборского. Его упрекают, что раньше он был противником объединения, а сегодня, выходит, он должен его курировать?Почему бы и нет? В 1974 году Александра Голышева назначили на должность инструктора Псковского горкома КПСС. В каком-то смысле он по-прежнему инструктор.Меняются инструкции, но не меняется инструктор.Нет КПСС, зато есть «Единая Россия». Голышев несколько лет работал заместителем руководителя исполкома реготделения «Единой России» и руководителем депутатского центра в региональной общественной приемной лидера партии «Единая Россия» Владимира Путина. Сегодня появилась инструкция объединять музеи. Завтра скажут разъединять, и он будет столь же усерден и столь же осторожен.«Коллективу сообщили о ликвидации старейшего в России музея»Говорят, что если бы сейчас областной культурой руководил Голышев, то на официальном сайте Псковского государственного объединённого историко-художественного и художественного музея-заповедника (которым он в 80-е годы тоже руководил) никогда бы не появилось тревожное открытое письмо сотрудников Псковского музея». Он бы не позволил.А сейчас, видите ли, музейщики «распустились», открыто жалуются, бьют тревогу. Авторы письма, опубликованного 17 января 2019 года, назвали происходившее в музее всё последнее время «экстраординарными обстоятельствами». Начало письма такое: «Экстраординарные обстоятельства вынуждают нас написать это письмо и уведомить общественность, что в настоящее время складывается ситуация, парализующая работу всего музея и напоминающая рейдерский захват Псковского музея, грозящая развалом его фондов, утратой исторического имени и престижа одного из старейших музеев России».Визит замминистра по культуре Григория Пирумова в Псковскую область. 13 сентября 2013 г. pskov.ruЗдесь можно поспорить по поводу того, насколько происходящее экстраординарно. Думаю, необыкновенно было бы совсем другое – если бы очередные перемены в псковском музее обошлись без сомнительных решений и публичных скандалов. Областные власти уже не первый раз принимают связанные с музеем решения, которые трудно назвать продуманными.Экстраординарным было бы отсутствие скандалов.Очередной публичный скандал разразился ближе к вечеру 17 января. Но и до этого люди, так или иначе связанные с музеем, с тревогой обсуждали грядущие неизбежные перемены. И не только обсуждали, но и собирали подписи, писали письма. Они не были открытыми. Расчёт, видимо, делался как раз на то, что обойдётся без публичного скандала. Его никто не хотел. Получит, допустим, президент Союза музеев России академик Михаил Пиотровский письмо, прочтёт, ужаснётся, сообщит «куда надо», и всё наладится.Но в какой-то момент стало понятно, что Пиотровский далеко, а председатель Комитета по культуре Псковской области Жанна Малышева рядом. Именно она оказалась проводником идеи объединения двух музеев Псковской области – Государственный историко-архитектурный и природно-ландшафтного музея-заповедника «Изборск» и Псковского музея-заповедника. Причём – под руководством скандально известной Наталии Дубровской, одно время уже руководившей псковским музеем (сама Дубровская это не отрицала). Судя по настроению сотрудников, раздражала, прежде всего, именно персона Дубровской, считающаяся ставленницей Голышева. А слухи о том, что Жанна Малышева, никогда не имевшая к музейному делу отношения, тоже вот-вот будет переброшена на «музейный фронт», придавали дополнительную тревогу.Александр Голышев и Григорий Пирумов в Изборске. 13 сентября 2013 г. pskov.ruВ открытом письме говорилось: «В устной форме, коллективу сообщили о ликвидации старейшего в России музея (основан в 1876 году), а затем о переименовании Изборского музея в Псковский объединенный музей-заповедник».Ликвидация музея, конечно, не подразумевала прямое уничтожение фондов. Но музей – не только фонды. Экспонаты без профессиональных сотрудников – уже не то. Так что опасения коллектива казались небезосновательными.Чуть позднее, когда оппоненты музейщиков опомнились, последовала попытка опровержения. Никто, дескать, ничего такого не говорил, а сотрудники музея-заповедника заблуждаются либо клевещут.Но слишком много обстоятельств свидетельствовало, что планы в областной администрации по отношению к музеям соответствовали слухам. Появился даже некий странный документ – проект преобразований. Под номером один там говорилось: «Переименовать государственное бюджетное учреждение культуры - Псковский государственный объединенный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник в государственное бюджетное учреждение культуры «Музейное агентство Псковской области». Проект этот был противоречив, в меру безграмотен и ни сулил ничего хорошего.Стало понятно, что все эти тревожные разговоры, устные предупреждения и непонятные проекты странного происхождения – часть какой-то игры, если не сказать – операции. На кону – распределение больших полномочий и потенциальные огромные федеральные деньги.«Клевета чистой воды и совершенно недостойное поведение»О том, что псковский и изборский музей объединят, было известно с августа 2018 года – с момента визита в Псковскую область министра культуры РФ Владимира Мединского. Тогда же началась медийная подготовка. Региональные СМИ начали публиковать новости с оптимистичными названиями: «После объединения Псковский и Изборский музей станут получать больше денег», «Руководители обоих музеев оценивают положительно объединение и получение федерального статуса»…На это и был расчёт: привлечь в оба музея новые денежные потоки – федеральные. Речь шла о том, что оба музея, объединившись в один, обретут федеральный статус. Само по себе это сотрудников музеев скорее обнадёживало, тем более что идея не новая. Об этом говорится много лет. Федеральный статус сулил преимущества.Областные СМИ публиковали не только одобрительные высказывания директора изборского музея Наталии Дубровской, но и одобрительные высказывания Сергея Сарченкова – нынешнего директора Псковского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника. По его словам, «сотрудники учреждения уже давно готовились к этому событию. Поэтому все приветствуют решение врио губернатора области Михаила Ведерникова довести до логического конца объединение музеев».Наталия Дубровская, Виктор Остренко и Григорий Пирумов. 13 сентября 2013 г. pskov.ruС тех пор губернатор отбросил приставку «врио». Прошло несколько месяцев. Но вместо новых приветствий и радости по поводу того, что объединение музеев вскоре доведут «до логического конца» - в январе случился новый остросюжетный поворот. Открытое письмо изобиловало драматическими фразами: «рейдерский захват», «развал фондов», «утрата исторического имени»… О Дубровской вспоминали как о «распоясавшейся помещице» и говорили, что ничего хорошего с его приходом не ждут.17 января, вскоре после публикации открытого письма, я поинтересовался: «Много ли стоит подписей под открытым письмом?» (на сайте текст подписан не был) Мне ответили, что подписей много, но будет ещё больше, и что почти аналогичное письмо Пиотровскому подписало 62 человека. На что я ответил: «Ждите, что через несколько часов в СМИ напишут, что письмо подписала «жалкая кучка отщепенцев, выступающая от имени всего коллектива».Так оно и оказалось. На следующий день Наталия Дубровская «дала отповедь»: «То, что это сообщение было опубликовано на сайте, - клевета чистой воды и совершенно недостойное поведение коллег. Я не думаю, что за этим стоит весь коллектив. Это просто группа лиц. И оправдываться я не считаю необходимым».Клевета – это сильно сказано. Как, впрочем, и слова «рейдерский захват». Однако стоит разобраться, что же такое здесь может быть клеветой и что имела в виду госпожа Дубровская. Это важно понимать, потому что она стала в этой истории главным раздражителем (Александр Голышев как опытный игрок остался за кадром).В открытом письме сказано: «…опять же устно, представители администрации Псковской области объявили о тотальном сокращении через перевод только сотрудников Псковского музея-заповедника, а затем в приёме на работу во вновь созданный Псковский объединенный музей под руководством так называемого «успешного менеджера» Дубровской Н.П. С 2006 по 2008 г. она уже была директором Псковского музея. В результате директорской деятельности Н.П. Дубровской была сломана эффективно работавшая структура музея, уничтожен художественный отдел, отдел археологии, служба климатологии, начались репрессии в отношении отдельных сотрудников, не согласных с политикой директора. Опытных профессионалов старались изгнать или понизить в должности. Так, Заслуженному работнику культуры РФ, члену Союза художников, ведущему специалисту по древнерусскому искусству И.С. Родниковой были предложены вакансии сантехника, электрика и другие подобные должности по административно-хозяйственной части. В результате деятельности Н.П. Дубровской уволились 40% сотрудников, в числе которых в полном составе покинул музей научный коллектив отдела археологии, искусствоведы. Сотрудники музея вынуждены были неоднократно обращаться в судебные инстанции, неизменно отменявшие те взыскания, которыми Дубровская щедро награждала подчинённых. Множились случаи грубейших нарушений в области хранения фондовых коллекций, учёта и экспонирования музейных предметов…»Клевета ли это «чистой воды»? Так можно было бы подумать, если бы об этом заговорили только что. Но про конфликты и нарушения законодательства многие СМИ писали в 2006 – 2008 годах. Всё тогда подтвердилось. И не только это. В открытом письме упоминаются судебные процессы – против Дубровской, которые сотрудники музея выигрывали.Скандал 2006 года привёл тогда к проверкам. Об одной из них в открытом письме тоже говорится тягучим бюрократическим языком: «Вопрос о целесообразности занимаемой должности директора музея Дубровской Н.П. ставился в п. 7 Акта проверки №14 от 03.11.2006 года, когда проводилась проверка на основании Приказа №109 от 01.10.2006 г. Руководителя управления Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия по Северо-Западному федеральному округу».Противостояние закончилось тем, что «в начале 2008 г., после нескольких проверок и по рекомендации руководства Федерального агентства по культуре и кинематографии МК РФ Н.П. Дубровскую освободили от занимаемой должности директора Псковского музея».«Умышленное введение в заблуждение федеральных органов»В 2006 году я имел отношение к подготовке четырёх газетных материалов о музейных делах: «Система ценностей I, II, III и IV» - с пространными цитатами из актов проверки. В актах говорилось о «грубейших фальсификациях музейных предметов» и о многом другом. Это творилось, когда Наталия Дубровская возглавляла Псковский музей-заповедник. Одна из самых впечатляющих историй была связана с попыткой вывоза за рубеж поддельных картин под видом подлинных.Управление Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия Российской Федерации по Северо-Западному федеральному округу провело проверку и сделало вывод о грубейших нарушениях закона со стороны руководства музея-заповедника. Наталия Дубровская выступила с возражениями. Они не подтвердились. Это было тогда воспринято Управлением Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия как «умышленное введение в заблуждение федеральных органов исполнительной власти». Проверяющие настаивали, что был совершён подлог, «на основании которого было получено разрешение на вывоз экспонатов за рубеж». Речь шла о картинах из музея, вывозимых за рубеж – в Таллин на выставку. Проверяющие пришли к выводу, что экспертное заключение вывозимой коллекции сделали неполномочные лица. Даты оформления не было. В документах содержались недостоверные сведения и т. п. Комиссия сообщала, что «есть основания полагать, что выписка из протоколов заседания реставрационного совета № 5, 6 от 16.11.2005 и от 16.02.2006 г. «Об утверждении списка памятников для экспонирования в галерее «Дом учителя», г. Таллин (Эстония)». Там же было сказано: «Материалы по подготовке документов к вывозу за границу требуют передачи в правоохранительные органы…» О том, что же произошло в 2006 году (Наталия Дубровская стала директором Псковского музея-заповедника в феврале 2006 года) лучше других, видимо, знают в ФСБ. Именно они занимались тем делом. Если же говорить коротко, в ходе таможенного досмотра составили Акт от 29 апреля 2006 года, в котором отражались серьёзные расхождения состава и размеров вывозимых музейных предметов со списком музейных предметов, предъявленных к вывозу. Можно только догадываться, почему эти расхождения произошли. Нарушений обнаружили множество. В частности, две картины оказались «грубыми подделками» (так написано в акте проверки). Они вывозились под видом картин Айвазовского и Нестерова.Ещё одна работа значилась как живописное полотно Е. Лансере. Хотя никаких, даже формальных доказательств этому не было. Слишком уж низким был художественный уровень этой картины. Она была «написана в 1960-нач. – 1970-х гг.». Комиссия посчитала, что относительно её была «дана заведомо ложная информация». Проверяющие обратили внимание на то, что в «списках выставки эти картины имеют страховые оценки, превышающие её более чем в 100 раз». Выпускать выставку с такими нарушениями таможня не имела права. Пришлось заниматься переоформлением документов. Число вывозимых экспонатов сократилось на восемь единиц. Куратор выставки (Ольга Васильева) наказана не была. Полномочия её не поменялись. Это немедленно заметили, когда была предпринята вторая попытка пройти таможенный досмотр. И в списках, и в декларации, как утверждалось в акте проверки, вновь предоставили «неточные сведения». Некоторые ценные экспонаты (например, художественную раму в стиле «модерн») вообще не зафиксировали в документах. Повторная задержка выставки грозила превратиться в международный скандал. Выставка планировалась в рамках соглашения между министерством культуры Эстонии и федеральным агентством «Роскультура». Но сроки её открытия и так уже были сдвинуты. В общем, экспозицию пришлось за границу выпускать, приложив к неверно оформленным документам множество дополнительных объяснительных записок и справок (так сказать, «здесь читать, здесь – не читать»). Скандал замяли, а СМИ бодро отчитались о достижениях Псковского музея-заповедника.Тем не менее, акты проверки бесстрастно свидетельствовали: «Картины и иконы перевозились без ведома зам. директора по безопасности, в обычном микроавтобусе, без охраны. Это было в феврале 2006 года. В апреле того же года те же картины и ещё три иконы XVI века перевозились таким же образом». Все эти документы секретными не являлись и активно обсуждались в те годы. Люди ждали, чем же всё закончится? Выговором? Уголовным делом? Наиболее сведущие говорили, что Дубровскую перебросят на другую высокую должность, и она будет «висеть на крючке», послушно выполняя «деликатные поручения». В качестве возможной переброски указывался музей-заповедник «Изборск» (надвигался юбилей 1150-летний Изборска огромным бюджетным финансированием).Наталия Дубровская вышла из той истории, укрепив свои позиции и приобретя бесценный опыт. В том числе и опыт чтения открытых писем, одно из которых, написанное жителями Изборска, заканчивалось так: «Мы не согласны с тем, чтобы праздник 1150-летия русской государственности превращался в войну с жителями Изборска».После убийственной реставрации Изборской крепости и проведения юбилея сенатор от Псковской области Михаил Маргелов приехал и вручил госпоже Дубровской почетную грамоту Совета Федерации РФ «За многолетний добросовестный труд и вклад в развитие культуры Псковской области». Он же передал директору музея высшую десантную награду страны - медаль «Генерала армии Маргелова». Никто, кроме нас?«Сокращение сотрудников обоих учреждений не планируется»Пройдёт много лет, и на всю страну прогремит скандал, связанный с результатами расследования уголовного дела «по факту превышения должностных полномочий при приёмке невыполненных работ в рамках реставрации Изборской крепости».К тому времени один из ключевых фигурантов дела – заместитель министра культуры РФ Григорий Пирумов уже был осуждён по ч. 4 ст. 159 УК РФ «Мошенничество в особо крупном размере, совершённое группой лиц». Первоначально следствие утверждало, что при реставрации Новодевичьего монастыря в Москве, Музея космонавтики в Калуге, Иоанно-Предтеченского монастыря, драматического театра в Пскове, Изборской крепости и крепости в Калининграде были похищены более 100 миллионов рублей. Но потом изборская линия в этой цепочке исчезла. Появилась формулировка: «Связи не установлены».Через некоторое время Пирумов вышел на свободу, но в мае 2018 года его снова задержали в Санкт-Петербурге. Экс-заместителю Мединского предъявили обвинение по делу о хищении 450 миллионов рублей, выделенных на строительство комплекса зданий ФГБУК «Государственный Эрмитаж».Чуть ли не те же самые люди, предрекавшие Дубровской выгодное служебное перемещение в 2008 году, снова намекнули: как бы она не пошла на повышение. Похоже, они оказались правы. Такая попытка была предпринята в январе 2019 года. Но публикация открытого письма привела к тому, что процесс объединения на прежних условиях, о которых писали сотрудники псковского музея-заповедника, слегка притормозился. 18 января вице-губернатор Вера Емельянова приняла у себя представителей Псковского музея-заповедника и заверила: «Сокращение сотрудников обоих учреждений не планируется. Все фонды и функции музеев будут также сохранены в полном объёме».Директор Псковского музея-заповедник Сергей Сарченков после встречи с Верой Емельяновой назвал проблемы, описанные в открытом письме, «недоработками». «Думаю, в ходе рабочего совещания они были решены, - высказал предположение господин Сарченков. - Опасения сотрудников Псковского музея-заповедника в общей массе развеяны».Вера Емельянова пообещала, что «при выборе руководителя учреждения обязательно будет учтено мнение коллективов». Но решающее слово будет сказано, разумеется, не коллективами.Вдохновлённые первыми успехами встрепенулись и жители Изборска. Они тоже принялись писать открытые письма – вспоминая «подвиги» директора Изборского музея-заповедника. На YouTube появились короткие, длиной в одну-две минуты, ролики, где говорилось о тех бедах, которые принесла Изборску Наталия Дубровская («Противозаконно, но прибыльно», «Рейдерство музея», «Миллионы в карман» и др.).Вот тут-то, видимо, и пригодится опыт Александра Голышева. Он умеет выходить из неприятных ситуаций.Как однажды сказал доктор Голышев: «Попасть в прокрустово ложе закона очень сложно». Но даже если вы в него не попали, а обошли, - ничего страшного. Есть три волшебных слова, которые дают чудодейственный результат. Вот эти слова: связи не установлены.