Не смотря на санкции, Россия нашла нового покупателя для своей нефти и нефтепродуктов. Достигнуты концептуальные договоренности с Пакистаном. У России уже есть три крупных покупателя – Китай, Индия и Турция. Однако усиление конкуренции между покупателями поможет снизить скидку на российские углеводороды. Пакистан может оказаться интересным для России еще и с точки зрения трубопроводных поставок российского газа. Как именно?

В то время как немецкая дочка Nord Stream 2 AG была ликвидирована, Россия договаривается с новыми покупателем ее энергоресурсов. Россия и Пакистан концептуально договорились о поставках нефти и начали новый раунд переконфигурации газопровода «Пакистанский поток». Это произошло по итогам трехдневного заседания Российско-Пакистанской межправительственной комиссии, председателями которой были глава Минэнерго РФ Николай Шульгинов и федеральный министр экономики Пакистана Садика.

Соглашение о поставках нефти и нефтепродуктов отложены до марта 2023 года в том числе, чтобы дождаться 5 февраля, когда вступит в силу эмбарго на нефтепродукты. После этого к договоренностям по нефти добавятся и договоренности и по нефтепродуктам. Россия может обеспечить до 35% всего импорта нефти в страну, что соответствует порядка 3,4 млн тонн в год, сказал министр энергетики Пакистана Малик. По его словам, оплата будет производиться в пакистанских рупиях. Между тем, россия и Пакистан рассматривают бартер как одну из возможностей ведения бизнеса, отметил Шульгинов.

Главная проблема – в дефиците танкеров для перевозки, и особенно для перевозки нефтепродуктов, где лояльный флот еще тяжелее собрать. Поэтому эксперт не исключает, что в этой схеме будут задействован Иран.

«Чтобы доставить нефть в Пакистан морем, потребуются свободные танкеры из портов Ленинградской области Усть-луга и Приморск либо из Новороссийска. Но если мы нашли свободное судно для перевозки, то почему не отгрузить эту нефть в Индию? А для поставок в Пакистан Россия может рассматривать транзит по суше, по железной дороге через Иран»,  - рассуждает эксперт Фонда национальной энергетической безопасности.

Конфигурация таких поставок может быть разной.

«например, Россия может через Каспий поставлять дизельное топливо на север Ирана, который сам будет его потреблять, а аналогичные объемы иранского дизеля отправлять в Пакистан. Возможны, подобные обменный или своповые операции. Это могут быть бартерные, сделки как с Ираном, так и с Пакистаном в обмен на какую-то продукцию, которая у нас сейчас востребована, например, оборонного характера»,

 

- рассуждает Юшков.

Танкеров для перевозки наших углеводородов не хватает. Поэтому если есть возможность сэкономить танкеры и поставить нефть и нефтепродукты в Пакистан как-то по-другому, то лучше эту возможность использовать.

Еще одни потенциально интересные поставки можно организовать в Пакистан - сжиженного углеводородного газа (СУГ), который используется в качестве моторного топлива. СУГ относится к нефтепродуктам так же как дизель и мазут, и попадает под санкции ЕС. «А Пакистан известен тем, что у него очень большой автопарк газомоторного автомобиля. Иран и Пакистан - одни из мировых лидеров по газомоторному оборудованию. Возможно, речь пойдет о том, что Россия будет поставлять в Пакистан сжиженный углеводородный газ», - считает Юшков.

Что касается сотрудничества в газовой сфере, то стороны еще в прошлом году твердо решились на строительство «Пакистанского потока», которое откладывается с 2016 года. Речь идет не о поставках российского газа, а об участии России как подрядчика в строительстве газопровода на территории Пакистана для доставки газа с юга страны, где находятся СПГ-терминалы, на север страны к крупным промышленным потребителям.

«Поставки СПГ в Пакистан нам неактуальны. У нас нет потребности искать новые рынки сбыта для СПГ, как в ситуации с нефтью с нефтепродуктами. Мы можем по-прежнему поставлять в Европу российский СПГ, это не запрещено. В 2022 году почти все объемы ямальского СПГ были отправлены в Европу. Плюс мы можем отправлять его в Азию», - говорит эксперт Фонда национальной энергетической безопасности.

А вот заработать на строительству газопровода и загрузке своей промышленности можем. К тому же, Пакистан сможет отвлечь на себя катарский СПГ с европейского рынка.

Однако нельзя исключать того, что газовый разворот России с Запада на Восток в итоге превратится в разворот в сторону Центральной Азии. Россия может присоединиться к газопроводу ТАПИ – Туркменистана, Азербайджан, Пакистан, Индия.

 

«Это менее проработанный проект, но это красивая идея. Россия может Туркменистану пустить российский газ в трубу. В обмен Россия обеспечит безопасность афганского участка газопровода и возьмет часть инвестиций на строительство на себя. Безопасность - это та проблема, из-за которой газопровод ТАПИ до сих пор не построен», - полагает Игорь Юшков.

Минус этого проекта в длинном транспортном плече, с другой стороны, России не  надо вкладываться в разработку месторождений, а также в газопроводы, которые фактически имеются от Ямало-ненецкого автономного округа, где основная добыча идет, до границы с Туркменистаном, и далее до границы с Афганистаном. То есть остается, по сути, построить афганский участок, далее - пакистанский участок, чтобы оказаться в Индии.

«Проблема в том, что нет коммерческого контракта ни с Индией, ни с Пакистаном. Обычно сначала продают газ, а потом начинают добывать и строить газопроводы. Поэтому мы не строим «Силу Сибири-2», пока не продали газ Китаю. Впрочем, даже если мы этот проект не реализуем, обсуждать его и демонстрировать готовность его реализовать важно с точки зрение торга с Китаем. Потому что Китай явно сидит и ждет пока Газпром к нему придет сдаваться. Пекин считает, что чем хуже у Газпрома дела в Европе, тем он будет более разговорчивым по цене, а здесь вырисовывается альтернатива с Пакистаном и Индией», - заключает собеседник.