«Уси куры кох!»: зачем русские крестьянки «говорили» с домашней птицей

Подражание голосам птиц и животных является известным с древности славянским ритуалом, являющимся частью симпатической магии, основанной на перенесении свойств одного предмета на другой в силу их сходства.

В народной культуре, основанной на миксе языческих верований и христианстве, подобная ворожба с имитацией звуков птиц имела главной целью повысить численность и производительность домашнего скота, пчёл и птицы, от которых зависело семейное благополучие.

В изданном российской академией наук сборнике «Мир звучащий и молчащий» приводится множество подобных обрядов, характерных как для восточных, так и для западных славян.

Кудахтанье крестьянок

Обряды со звукоподражанием могли проходить в любое время года, но чаще всего они исполнялись зимой. Хотя православные славяне проводили их на праздники, следовавшие после Варварина дня, а их католические собратья позже дня святой Люции, заканчивались они одинаково на Крещение.

Главными действующими лицами ритуалов по увеличению приплода птицы и их яйценоскости были женщины, олицетворяющие собой плодородие. В старину верили, что кудахтанье хранительницы очага подобно курице магическим образом помогало домашней птице улучшать все важные показатели.

Но при совершении этого обряда в помещении не должна была находиться имитируемая живность, иначе кудахтанье крестьянки не имело бы никакой таинственной силы.

Кудахтанье + повадки

Зачастую при совершении ритуала кудахтанья, хозяйка должна была не только мастерски воспроизвести птичий голос, но и продемонстрировать домочадцам их повадки, движения и характерные позы.

По сути, перевоплощаясь в птицу, она усиливала эффективность этой одновременно весёлой и, на их взгляд, полезной церемонии.

В своей работе «Роль звукоподражаний в обрядовой практике славян» Усачёва описывает бытовавший на юго-западе Украины и в восточной Словакии обычай, согласно которому домохозяйка должна была сесть на пол рядом с печкой, обложить себя соломой и удобно устроившись в импровизированном гнезде начать кудахтать как курица. Позже побывавшее в избе сено подбирали и подкладывали в курятник настоящей наседке.

Исследовательница звуков Пашина записала подобный ритуал в селе Боровичи, где крестьянка, кудахча, как снёсшая яйцо курица, произносила развёрнутое звукоподражание: «Ка-ка-ка-ка. Кудах- дах- дах! Ка-ка-ка-квох-квох!»

Иной обряд проводили женщины Брянщины, которые в Сочельник ставили на стол горшочек с кутьей и, присев на устланную сеном лавку, начинали звукоподражание «кох-кох-кох!», чтобы и куры усердно сидели на яйцах и вывели большое потомство.

Согласно данным Полесского этнолингвистического атласа для повышения производительности кур хранительницы очага Гомельской области (Белоруссия) в канун Рождества варили кашу и, сняв её с печи, приговаривали: «Уси куры кох! кох! кох! А у майейи яечки несёт».

При этом большое внимание уделялось волосам на голове женщины, которые должны были быть всклокоченными, дабы куры уродились космоногими, поскольку они несут много яиц.

Квохчут и дети

Часто в предрождественских магических играх принимали участие дети. Если их родительница сидела в «гнезде», то они, изображая пищащих цыплят, подползали к ней, попутно собирая завалявшиеся в соломе орешки и монеты, символизировавшие изобилие.

А когда мать совершала ритуал с кутьей, они как цыплята хватались за её юбку и, следуя за ней, шумно покрикивали «ко-ко-ко».

Чтобы в хозяйстве не переводились куры, в центральных областях России во время ужина в Сочельник ребятишки залезали под стол и активно «цыпали», впрочем, то же самое делали дети Винницкой губернии, которые к тому же собирали разбросанные там угощенья.

Творческий подход к старинному обряду демонстрировали малыши из чешского местечка Статаниц, которые разделившись по половому признаку, устраивали перекличку между петухами и курами – мальчики кукарекали, а девочки отвечали кудахтаньем.

Диалоги на приплод

Иногда ритуальные звукоподражания проходили в форме диалога, как например на Сумщине, где на Новый год, жена, желая, чтобы куры сели на яйца, кормя их, кричала: «Квох-квох», а муж, дабы вывелось много птенцов, отвечал ей: «Чив-чив».

В сербской области Шумадия символический разговор между курицей и цыплятами входит в число традиционных рождественских развлечений, в ходе которого женщина произносит «кво-кво», а дети отвечают ей «nujy-nujy». У словаков и чехов в подобной ситуации на женский возглас отвечают «цьяп, цьяп» все присутствующие за столом.

Не только крестьянки

Из научной работы Усачёвой становится очевидным, что кудахтать для приумножения домашней птицы приходилось не только женщинам, но и мужчинам.

К примеру, в Воронежской области на Крещение хозяин дома, надев разорванный полушубок и взъерошенную шапку, садился на порог и квохтал, чтобы несушки, последовав его примеру, задумались о выведении потомства, а цыплята были чубатыми.

Курица была обязательным персонажем колядок в Сибири: один из колядующих наряжался в эту птицу и, переходя из дома в дом, кудахтал, желая домочадцам всяческого процветания. Аналогичный обряд, называвшийся кокоданьем, проводился в Словении в День Люции.

В южнославянских странах обязанность проведения куриного ритуала выпадала на долю первого постпраздничного посетителя дома, которого именовали полазником. Наделённый магическими чертами, он должен был входить в жилище с прутиками, вить из него гнездо и усесться туда, изображая курицу.

В одних местечках полазника осыпали пшеном и кукурузой, чтобы птицы водилось много, в других — ему вменялось сидеть, не шевелясь, чтобы наседки не нервничали.

Лечебная практика

Вместе с тем звукоподражание курам часто использовалось в лечебных целях, при снятии порчи и сглаза, поскольку считалось, что воспроизведя их «пение» человек передаёт им свои болезни и недуги.

Для достижения видимого эффекта хворающий в Белоруссии должен был сесть на куриный насест и петь петухом: так он мог избавиться от куриной слепоты и лихорадки.