Как сегодня выглядит Полесский радиационный заповедник, появившийся после Чернобыльской аварии: фото Сергея Плыткевича
Фотограф из Беларуси Сергей Плыткевич побывал в Полесском радиационном заповеднике, созданном на территории, сильнее других пострадавшей после Чернобыльской аварии. Его щемящий сердце фоторепортаж рассказывает о землях, где раньше жили люди. Теперь здесь царствует природа.
С немым укором
С немым укором пустых окон взирают брошенные дома на окружающий ландшафт. Некогда это был процветающий край – самые теплые земли в прямом и переносном смысле Белорусской СССР. Здесь росли абрикосы и шелковица, энтузиасты выращивали виноград, место слияния Днепра и Припяти удивляло уловами рыбы, а коровы давали очень вкусное и жирное молоко.
26 апреля 1986 года все изменилось. Рванул Чернобыль, который находится в нескольких десятках километров. Южные районы Гомельской области (и не только) заволокло радиацией. Людей экстренно выселяли с обжитых деревень и поселков на север. К чести СССР – не в чистое поле. Им предоставили жилье, нередко более комфортное. Но жители пострадавших районов тяжело мирились с потерей родных домов, которые и сегодня стоят полуразрушенными в ожидании хозяев.
Глазами фотографа
Сергей Плыткевич – известный в Беларуси специалист. Его фото каждый год удивляют атмосферными кадрами. Он регулярно совершает экспедиции, основательно подходя к делу. Поездку в Полесский радиационный заповедник он планировал долго, мечтая приехать в сезон цветения заброшенных садов. Но из-за пожаров на украинской территории с выделением опасных радионуклидов смог вырваться только в конце мая 2020 года.
В его сюжетах природа и человек неразделимы. Первой на пути встала бывшая деревня Ореховичи на берегу Припяти. В былые времена река разливалась на полпоселка. Передвигаться по улицам можно было только вплавь: на плотах и лодках. Сейчас, после череды мелиораций, такие паводки - редкость. Зато с тех времен сохранились самые настоящие дюны, как в пустыне.
Возвращение к первобытному состоянию
Хорошо это или плохо, что землю покинули люди? Для местных жителей это настоящая беда, в чем-то даже трагедия. Некоторые добротно построенные дома и сегодня в прекрасном состоянии. Въезжай хоть сейчас! Есть здесь и вполне обжитое жилье. Это станция Масаны, где проводят вахту работники заповедника. Как видно, огородов здесь не держат.
Ходить по окрестностям опасно. Можно ненароком забрести на захоронения радиоактивных отходов.
Здесь же находится самое загрязненное озеро Беларуси – Персток. Но для природы техногенная катастрофа стала палочкой-выручалочкой. Количество зверья выросло в разы. В обжитые районы, граничащие с заповедником, с завидной регулярностью наведываются волки. А дикие кабаны совершают рейды через всю страну, помогая восстанавливать популяцию.
Есть даже медведи, которые раньше были в диковинку. Животные нередко зачем-то заходят в брошенные дома, словно соскучившись по человеку.
Следов пребывания людей спустя 34 года все еще очень много. При СССР чуть ли не около каждой фермы можно было найти сломанную технику. Она стояла годами, никому не нужная. Потом настала эра приемщиков металлолома, и старые сеялки, трактора, комбайны волшебным образом исчезли с полей. Но только не в Ореховке. Местное железо фонит не по-детски, отпугивая даже самых отважных сборщиков.