ЧЕГО ВАМ СЕЙЧАС НЕ ХВАТАЕТ
Наталья Ефимова
«Мне – кинзы», – неожиданно написала подруга по соцсети.
А я задумалась.
Мира во всем мире?
Моря, счастья, денег, любящей души?
Пробежалась по странице Татьяны Тарасовой свежим взглядом (смотрю регулярно, обожаю). И сразу поняла.
Живет она в Якутске. Летит к ней друг с Кавказа. Заказывай, грит, все, что хочешь с рынка, хотя сыр и мясо копченое, аджику, лаваш, ткемали, шафран имеретинский и уцхо-сунели уже купил...
«И тут меня пробило. Кинзы возьми! – говорю. Большой пучок, самой свежей и ядреной. Обмотай мокрой салфеткой, и в пакет.
Привезет, я ее порежу мелко и на мороз. Укроп и петрушка у меня есть, замороженные. Базилик свежий растет на подоконнике. А с кинзой засада, на рынке не было в прошлый раз...»
Наши представления о собственной стране жалки, убоги и далеки от действительности. Мне регулярно напоминает об этом дочь, которая слушает курс «литература народов России» и открывает миры («Мама! Почему её нет в школьной программе?»). Я думаю об этом, когда встречаю с Камчаткой рассвет, с Певеком плавучую атомную электростанцию, переживаю с Иркутском землетрясение и потоп, плачу, когда хозяева затопленных домов Тулума встречаются со своими питомцами, выловленными из бурного потока моими друзьями по сети...
******
- Тоже люблю уцхо-сунели.
- Без кинзы никак...
- Я без укропа жить не могу.
- А у меня в организме нехватка красной икры.
- Я сиговую люблю, но за такую цену принципиально брать не буду.
- Помидоров с запахом.
Мне их тоже, кстати, не хватает. И не только зимой. А красную икру, узнала от дочери, называют у нас кое-где «нивхским вареньем». Смогла ответить только тем, что честной ценой можно считать три тысячи рублей за кг. Так мне однажды рассказали на аграрной конференции. Остальные наценки – за счет того, что «рыба не подошла», либо маркетинговые накрутки.
Но еда и деньги – дело житейское и наживное. А что вот делать с мечтами?
И я написала Татьяне, что мне не хватает лет. Понимаю, что нужно перетерпеть, пересидеть (к вирусу отношусь серьезно, как венецианцы к чуме – поэтому город победил пандемию в средние века, а вы, как хотите). Живости и способности скакать по горам и лестницам. Дочь пообещала, что когда-нибудь провезет меня на самолете над рисунками пустыни Наска.
Но успею ли я долететь до Перу? Дожить, накопить, сохранить силы и бодрость...
Да и в своей стране еще столько не увидела. Одна надежда – посмотреть на нее дочкиными глазами.
*******
На днях Татьяна порадовалась, что у нее отрицательный анализ на ковид, обратилась к переболевшим за плазмой для хорошего человека, борющегося с болезнью, и тем же самым утром написала:
«Якутяне! (так называют жителей города, запоминайте, «знатоки России»). Ну нам-то сам бог велел!»
Это был призыв отправиться в путешествия за черту города.
Оценив несколько маршрутов, я забыла о Байдене и Трампе, о том, что високосный год, а в душе и на улице осень:
«Якутск – река Алдан - наледь Атыр Баса - водопад реки Некюння - наледи реки Сатарын – поселок Усть-Нера - Кисиляхи Оймякона – Усть-Нера – Якутск. Длина маршрута: на авто 2120 км, пеший 53 км (15 км с рюкзаком, 38 км налегке)».
Про Алдан и Оймякон, может, кто и слышал, а вот про Кисиляхи почитайте – мало не покажется. Стоунхендж нервно курит в сторонке.
Но дальше – больше. Я поняла, что даже без кинзы якутяне не пропадут. Сплавы по рекам, затерянный мир Индигирки (слышали звон, да не помним, где он), сбор трав и рыбалка. Но какая!
Простите, Михаил Местников, несколько ваших фотографий я со страницы Татьяны пока позаимствую.
Не рекламы ради, а удовольствия для... Не зря же вы там столько прошагали.
А как дочка доедет, то поставлю свои. Семейные, российские. Родные.
Ну что – отвлеклись хоть на минутку?
*****
Подруга пишет Татьяне под постом про кинзу, что ей не хватает...
- Оптимизма.
На что наша якутянка отвечает (советую прислушаться, как сделала сама):
- Да всё прекрасно же. И будет только лучше.
Мысли, друзья мои, материальны. Помните об этом, нытики.