«Вот это работа, мужики!!!»
Завтра россияне отмечают День гражданской авиации, учрежденный Совнаркомом в 1923 году. В истории нашего крылатого флота немало славных, ярких и... малоизвестных страниц. Одну из таких, написанную в акватории Ледовитого океана, мы с вами откроем. Корреспондент «Труда» встретился с руководителем воздушной экспедиции по спасению полярников арктической станции СП-25 Жоржем Шишкиным.
Начнем издалека. В 1845 году пропала экспедиция по освоению Арктики, проходившая под руководством офицера Королевского военно-морского флота и путешественника сэра Джона Франклина. Ее целью было исследование неизвестной части северо-западного прохода из Атлантики в Тихий океан. Однако оба судна со 129 членами экипажа бесследно исчезли. И вот спустя полтора века в этих же водах едва не случилась трагедия с обитателями советской арктической станции СП-25, которую возглавлял Герман Лебедев.
Гидромет проворонил опасную ситуацию. А в результате судьба 19 полярников, которых тающая льдина все дальше уносила в канадский сектор Арктики, повисла на волоске. Этот сюжет из реальной жизни лег в основу документального фильма, работу над которым завершает бывший пилот, писатель Валерий Хайрюзов.
— В 1983 году в Министерство гражданской авиации пришел легендарный полярник, Герой Советского Союза Евгений Толстиков, — рассказывает Хайрюзов. — Он сообщил о бедствии, настигшем станцию «Северный полюс — 25». Обращения в Минобороны, к подводникам и военным летчикам результата не дали. Продовольствие у зимовщиков на исходе, топлива нет, ради экономии энергии даже на связь они выходят лишь раз в неделю...
В МГА на помощь полярникам отрядили замначальника управления летной службы Жоржа Шишкина. Он более 15 лет жил и летал в Заполярье. Обеспечивал работу полярных станций, проводку судов по Севморпути, добирался до Антарктиды. В помощники Шишкин взял однокашника по Бугурусланскому училищу Михаила Кузнецова, испытывавшего новые самолеты. Это он в популярном советском фильме «Разрешите взлет», дублируя главного героя, совершал немыслимые пируэты в воздухе и на одном шасси приземлял самолет.
Груз продовольствия и топлива предстояло доставить на льдину в условиях полярной ночи. Для парашютного десантирования они выбрали надежный и всепогодный грузовой Ил-76ТД. Командиром экипажа назначен Кузнецов, Шишкин летит вторым пилотом. Штурман Игорь Абдулаев, бортинженер Анатолий Брагин, бортрадист Василий Герасимов — все мастера своего дела. Очень многое зависело от штурмана. Радионавигационное оборудование самолета проверялось только до 81-го градуса северной широты, а экипажу предстояло подняться выше и лететь в кромешной темноте 2 тысячи километров над Ледовитым океаном.
В Магадане прошли «пристрелки» — сброс груза с высоты 150 метров на парашютах и с 50 метров — через открытые двери и грузовой люк с опущенной рампой. Надо было попадать в «мишень» 300 на 100 метров с предельно малой высоты. Сброс — разворот, во время которого готовится новая партия груза, — сброс... Такая карусель требует абсолютной слаженности. Над Чаунской губой прошли последние тренировки — в условиях полярной ночи, с включенными фарами.
И вот с аэродрома в Певеке они подняли свой Ил-76. По пути их ждала единственная встреча — с дрейфующей станцией СП-26, по которой штурман сверил расчеты. Наконец-то по курсу сквозь тьму забрезжили крохотные красные точки: терпящие бедствие полярники обозначили края льдины плошками с горящей соляркой. И тут выяснилось, что площадка гораздо меньше, к тому же сильный боковой ветер. На каждый сброс — не больше 3-4 секунд. Заход на цель строго против ветра. Штурман лег на нижнее стекло кабины. Он по цепочке передает сигнал в грузовой отсек.
Представьте: как только открываются боковые двери и грузовой люк, начинается жуткая тряска. В тусклом свете десантники держат ящики со стропами в полтора центнера весом. Команда «Сброс!». За считаные секунды груз ушел в полярную тьму, двери и люки задраены, десантники подтаскивают новые ящики...
И в кабине не легче. На сверхмалой высоте, вокруг кромешная темнота, глазу не за что зацепиться. В подобных полетах пилоты действуют на автомате, сливаясь с машиной. Из океана торчат торосы в 20-30 метров высотой. Чуть качнешь самолет — и моментально зацепишься. Даже скорость приходилось держать на глаз, потому что при открытых боковых дверях приборы глючат.
Сделали семь заходов. Сброшено продовольствие, снаряжение, горючее — и письма, посылки от родных, это для людей на льдине не менее важно. А еще (Шишкин настоял!) подарок зимовщикам от экипажа: две пушистые ели, ведь впереди Новый год. Они ложились на обратный курс, когда внизу зажглись огни и ожила рация. Получившие топливо полярники запустили дизель.
— Всему экипажу огромное спасибо! — подал голос начальник СП-25 Герман Лебедев. — Весь груз лег в цель. Вот это работа, мужики!!!
Мужики тоже были счастливы. Летчики закрыли рампу и, прибавив обороты двигателям, набрали высоту, ушли в сторону Северного полюса — надо сверить приборы перед возвращением. И можно было наконец вытереть пот со лба...
Та операция — уникальная, никто ничего подобного не совершал. Вот только прошла она практически незамеченной для широкой общественности — если не считать опубликованной в «Правде» заметки о подвиге полярных летчиков. Журналист тогда написал, что они «грузы сбрасывали по унту».
— Ничего обидного, этот термин пришел еще с финской войны, — объясняет мне Жорж Шишкин. — Тогда на бомбовозах штурман располагался в носу, в остекленной кабине. Прицел для бомбометания или сброса груза имелся, но грешил неточностями. А вот по носку унта штурмана — самое то...
Благодаря мастерству и мужеству Шишкина с товарищами полярники на льдине благополучно дрейфовали до апреля, а потом были сняты догнавшим льдину судном. Уверен: они до конца жизни будут помнить летчиков, пришедших на помощь в той полярной темноте.
— В Москве пилотов встретили, конечно, не как челюскинцев, — подводит итог Валерий Хайрюзов. — Сдав документацию, они сели в автобусы и разъехались по домам. Да, собственно, они и не требовали почестей и наград. Экипаж сделал все что мог — и даже немножко больше. На остановке они постояли, обнялись — и расстались.
P.S. Пилот Жорж Шишкин и начальник СП-25 Герман Лебедев друг друга знали лишь по радиопереговорам. Лично они познакомились через 15 лет совершенно случайно, на празднике полярников. А второй раз встретились совсем недавно — в Питере на съемках фильма. Свидетели этого события заметили, что на глаза двух мужественных людей навернулись слезы. Ну да кто их за это может сейчас упрекнуть?