Ольга Дергунова: Разлетаясь по миру, сохранять связи на всю жизнь
Высшая школа менеджмента СПбГУ — единственная российская бизнес-школа с «тройной короной» (AACSB, EQUIS, AMBA). В интервью для проекта «Индустрия» издатель «Сноба» Марина Геворкян обсудила с Ольгой Дергуновой, директором школы и зампредом правления ВТБ, преимущества полного университетского цикла, ДНК бизнес-школы и новую магистратуру по управлению человеческими ресурсами.
Недавно Forbes Education составил список ведущих российских бизнес-школ. В тройке лидеров — ВШМ СПбГУ, Институт бизнеса и делового администрирования РАНХиГС и Московская школа управления «Сколково». Что вас отличает от коллег?
Отличий несколько. Начнем с того, что мы бизнес-школа полного университетского цикла. ВШМ СПбГУ изначально делала ставку на бакалавриат, хотя традиционные бизнес-школы бакалавров не учат. Главным результатом работы любой бизнес-школы считается выпускник, который выходит на рынок труда и показывает динамику в заработной плате, а это происходит обычно позже — после магистратуры. Однако за последние десять лет рынок труда сильно изменился. И еще до того, как все столкнулись с нехваткой специалистов из-за демографической ямы, ВШМ СПбГУ поставила перед собой цель уже в бакалавриате так готовить студентов, чтобы они успешно трудоустраивались и сразу начинали расти по карьерной лестнице.
За сильным бакалавриатом следует сильная магистратура. А потом часть людей остается в аспирантуре — и уже они начинают преподавать студентам бакалавриата и магистратуры. Этот цикл работает непрерывно. А следующий «этаж» образования, которое дает ВШМ СПбГУ, — это работа со взрослыми слушателями на программах дополнительного образования, MBA и EMBA.
Где учатся бакалавры?
В кампусе «Михайловская дача», идея строительства которого возникла в начале 2000-х годов. Он расположен между Петергофом и Константиновским дворцом. Когда-то это была летняя резиденция князя Михаила Николаевича Романова, сына Николая I. В 2006 году часть усадьбы передали университету, и по проекту «Студии 44» был возведен феерической красоты кампус, гармонично сочетающий историю и современность. И здесь, конечно, важны не только стены, доставшиеся от объектов культурного наследия, но и содержательное наполнение.
Кампус открылся в 2015 году, а лет через пять мы рассчитываем завершить строительство всех общежитий, предусмотренных проектом. Тогда все студенты — и питерские, и не питерские — как когда-то ученики Царскосельского лицея, будут жить вместе в большом дружном коллективе и потом, разлетаясь по миру, сохранять связи на всю жизнь.
Жизнь в кампусе дает совершенно другое восприятие — как ты учишься, с кем ты учишься, как ты вовлечен во внеучебные активности, что для тебя главное. Бакалавриат — это очень важно, это атмосферно, это инвестиции в будущее.
Какое второе отличие?
То, что мы находимся в Санкт-Петербурге и являемся частью Санкт-Петербургского университета. Ему 300 лет, это старейший университет России. Когда студент или взрослый слушатель просто идет по коридору Здания Двенадцати коллегий (главное здание СПбГУ. — Прим. ред.), мимо всех этих портретов и пыльных фолиантов, он невольно начинает ощущать всю мощь науки и истории.
Кампус, где учатся магистры и взрослые слушатели, — это здание XIX века на Васильевском острове. Восстановленный объект культурного наследия с библиотекой, с гризайлью, как в Эрмитаже, с каминами. Там расположен и мой директорский кабинет, из которого открывается вид на Петропавловскую крепость и Неву. Еще у меня есть свой балкончик, где коллеги летом высаживают цветы. Невозможно не проникнуться красотой и значимостью этого места.
Вы привлекаете деятелей искусства к процессу обучения?
Да. Для взрослых слушателей мы регулярно устраиваем беседы с интеллектуальной элитой Санкт-Петербурга в разных атмосферных местах. Для молодых ребят мы делаем экскурсии, мотивируем, чтобы они погружались в культурную среду, смотрели, наслаждались. Для бакалавров, чья специальность «государственное муниципальное управление», летом ВШМ СПбГУ организует большой проект вместе с Агентством экономического развития Ленинградской области.
Команда исследователей — студентов и преподавателей — выезжает в Ленобласть. Участники выбирают несколько небольших городков и разрабатывают проекты по развитию этих маленьких территорий, считают финансовую модель, а потом передают результаты муниципалитету для воплощения в жизнь.
Еще у нас была интересная коллаборация с командой Digital Opera. Ребята вместе со студентами разных вузов придумывали, как соединить оперу и мультимедиа. На фоне цифровых декораций в Эрмитажном театре выступали знаменитые оперные певцы. И это тоже интересное расширение представления о том, как можно заниматься менеджментом не только в области маркетинга или HR, но и в области цифровых искусств.
Еще пример коллаборации: Эрмитаж предложил нам взять скульптуры современных авторов из павильона, который в 2019 году оформлял для Венецианской биеннале Александр Сокуров. Мы с радостью этим воспользовались. И теперь работы, созданные по мотивам картины Рембрандта «Возвращение блудного сына», украшают анфиладу кампуса «Михайловская дача».
ВШМ СПбГУ была единственной в России обладательницей «тройной короны» международных аккредитаций — независимых ассоциаций AACSB, EQUIS и AMBA. Что это за аккредитации, можете рассказать подробнее?
Действительно, это третье отличие школы: качество нашего образования на всех уровнях подтверждено этими глобальными аккредитациями.
AMBA занимается аккредитацией программ EMBA и MBA и гарантирует качество работы со взрослой аудиторией. EQUIS — европейская система, которая описывает степень интернационализации и корпоративные связи, что дает понимание, как бизнес-школа устроена в целом. AACSB тоже оценивает школу в комплексе — от того, как с ней взаимодействуют компании и индустрии, до того, какие пропорции между преподавателями, пишущими научные статьи и не ведущими научную деятельность.
И пусть сейчас не все эти аккредитации актуальны для России, мы по-прежнему остаемся частью глобального рынка. Мы для этого 30 лет совершенствовали свои бизнес-процессы. Образование имеет национальную специфику, но оно все равно универсально, как и научные знания. Поэтому в ДНК школы остается глобальное взаимодействие. Сейчас оно выглядит иначе: выезды в страны остались, направления поменялись. Но я уверена, что они поменялись временно. 10, 20, 50 лет — неважно, как надолго, важно, что мы сохранили глобальность и уважение к другой точке зрения.
Куда теперь вы ездите?
В Узбекистан, Сингапур, Индию, Китай. Интересный сайд-эффект текущей ситуации: коллеги поехали с выездным модулем в Иннополис в Татарстане, о котором многие предприниматели слышали, но не все были. И оказалось, что открывать свою страну не менее интересно, чем открывать другую точку зрения в другой точке мира.
Расскажите о программе дополнительного образования «Бизнес с Китаем: экспортные стратегии и инструменты». Ее образовательный партнер — Школа менеджмента Харбинского политехнического университета (HIT).
Эти отношения возникли не на пустом месте: у СПбГУ и Харбинского политеха есть в Харбине совместный кампус. А ВШМ СПбГУ начала строить отношения с Харбинским университетом с программ дополнительного образования. Бизнес всегда хочет заработать денег — как российский, так и китайский. Кроме того, бизнес идет туда, куда идет политика. Сейчас время больших возможностей для совместного бизнеса с Китаем. Неслучайно мы подписали соглашение о сотрудничестве с HIT в рамках государственного визита президента Путина в мае, когда он приезжал в Харбин.
Мы делаем программу Doing business with China при поддержке Банка ВТБ и Школы экспорта Российского экспортного центра (РЭЦ). Банк ВТБ заинтересован в том, чтобы как можно больше выходящих на рынок потребителей пользовалось банковскими услугами. Только ВТБ имеет филиал в Китае (в Шанхае) и может обеспечивать расчеты между Китаем и российскими предпринимателями. А РЭЦ стал нашим партнером по разработке содержания программы, потому что у коллег есть опыт обучения тысяч бизнесменов.
В свою очередь, китайская сторона не менее заинтересована в том, чтобы помогать своим предпринимателям, которым точно так же хочется реализовать свой экспортный потенциал в России, познакомиться и установить двусторонние связи. Для Харбина это тоже важно — дать возможность предпринимателям из провинции Хэйлунцзян увидеть не только близкий Дальний Восток, но и Москву и Санкт-Петербург.
Задача этой программы — максимально комфортно, быстро и эффективно дать и знания, и возможность реализовать проекты. Для нас KPI в этом проекте будет не только количество обученных, но и число контрактов, заключенных на горизонте трех лет.
Чтобы сделать короткую программу, вам важно иметь экспертизу внутри бизнес-школы или можно обойтись приглашенными специалистами?
У нас есть философия: мы делаем программу ДПО только тогда, когда внутри школы есть преподаватель, который может стать академическим директором.
Выходя с новой программой дополнительного образования, мы гарантируем рынку, что, с одной стороны, наш профессор систематизировал академическое научное знание, положенное в основу программы, а с другой — что индустрия уже проверила это научное знание на применимость в современных условиях. Когда есть такой симбиоз, у программы появляется лицо ВШМ СПбГУ. Мы не строим программ вокруг сторонних спикеров, потому что они не несут ДНК бизнес-школы.
Это четко задает вектор развития. Может быть, мы растем медленнее, чем другие школы, но зато, мне кажется, это более устойчивый рост.
Кстати, если у тебя есть хорошая программа ДПО, логично, чтобы у тебя была хорошая магистратура на эту тему. Именно так — через сильную кафедру управления человеческими ресурсами, через понимание, как меняется среда, благодаря сильным научным исследователям этой темы, — мы пришли к запуску новой магистратуры, первой после появившейся в 2018 году программы Master in Business Analytics.
Что это за магистратура?
Она называется «Стратегическое управление человеческими ресурсами». Мы хотим разобраться в национальной специфике HR-лидерства в российских компаниях. Выявить ее, описать, проверить на научность подхода и, если эта специфика существует, постараться передать ее студентам и слушателям. У нас есть преподаватели, которые исследовали мультинациональность и глобальные тренды, в том числе в области HR. Это, например, Наталья Никифорова, у которой множество публикаций в международных журналах.
И весь накопленный багаж дает нам возможность применить существующие в науке подходы и методы для анализа того, что происходит в российской действительности. А точка проверки — это как раз магистратура. Мы открыли ее совместно с партнерами — крупнейшими компаниями России, которым тоже интересно поэкспериментировать в этой области. На выходе мы получим любознательных выпускников, которые, приходя в компании, будут проверять, что же такое HR-лидерство в российской компании, какие у нас лучшие практики и как это развивать дальше.
Насколько легко школе вообще запустить новый продукт?
У меня есть показательная история на эту тему. 2019 год, мы пишем стратегию развития на пять лет. Кладем в ее основу идею онлайн-обучения корпоративных слушателей. Инвестируем в создание собственной платформы OWL LMS, которая позволит это реализовать.
Суть первой новой программы, созданной ВШМ СПбГУ в рамках этой стратегии, очень простая: разбор типовых ошибок вновь назначенных линейных руководителей. Когда мы ее запускали, я просто ходила по банку и спрашивала: «Вот ты сейчас назначен, назови десять типовых ошибок?» И каждый руководитель отвечал: «Да ну, замучили, каждый раз повторяю одно и то же». И стало ясно, что нам нужно собрать всю эту азбуку в одной программе. И сделать это в онлайн-формате.
Заведующая кафедрой организационного поведения и управления персоналом Елена Кирилловна Завьялова становится академическим директором программы и эти «десять ошибок» преобразовывает в элементы программы Management Essentials.
Дальше подключаются несколько попечителей — HR-руководители крупнейших компаний. Вместе мы садимся и руками перебираем синопсис каждого модуля. Первыми обучение проходят наши сотрудники. Мы получаем вау-эффект. Но коллеги-конкуренты все равно крутят у виска: говорят, что онлайн никто учиться не будет. И тут приходит ковид. И уже никто никуда поехать на учебу не может, а дело-то все равно делать надо.
Программа выстрелила: за три года — три «Хрустальные пирамиды». К пониманию бизнес-среды, инструментарию, которым мы пользуемся в бизнесе для создания и управления продуктом, мы добавили академическую тщательность. Организационных усилий понадобилось много, потому что продукт нестандартный. Убедить университет было непросто, но в итоге нам поверили, чему я очень рада.
У ВШМ СПбГУ очень внушительный попечительский совет: в него входят и руководители крупных компаний, и высокопоставленные чиновники.
Это, кстати, тоже одна из уникальных характеристик бизнес-школы — то, что мы, находясь внутри университета, имеем отдельный попечительский совет. При нем у нас есть постоянно действующий Комитет по стратегии. Попечители участвуют в жизни бизнес-школы не раз и не два раза в год, когда первые лица собираются на попечительский совет, это непрерывное взаимодействие. Каждый квартал на заседании Комитета обсуждается, куда двигается школа.
И это жесточайший взгляд со стороны бизнеса, честный и непредвзятый, потому что попечители платят деньги и хотят быть уверены, что это финансирование развивает школу, делает ее лучше. Им важна динамика роста год к году. И это необязательно выражается в деньгах. Это новое качество программ, новый состав студентов и слушателей.
Наша школа компактная по размеру, у нас нет задачи тысячами учить взрослых слушателей, как у РАНХиГС. У нас есть определенный лимит — пропускная способность преподавателей. Но у нас есть и свои сильные стороны: благодаря 30-летним инвестициям в бизнес-процессы школа является идеальной ролевой моделью для других бизнес-школ — от того, как мы управляем PnL и корпоративными отношениями, до того, как строится программа индустриальных практик у студентов вместе с нашими партнерами. И мы готовы своей методологией делиться.