Сергей Жигунов рассказал, как боролся с отсебятиной в своих фильмах
В новогодней колонке для ФАН актер, режиссер и продюсер Сергей Жигунов, только что отметивший день рождения, вспоминает о забавных эпизодах на съемках фильмов, в которых он участвовал в качестве актера и режиссера. Речь идет о возникающих в процессе съемок неожиданных изменениях в сценарии, которые называют «гэгами» или «отсебятиной». Порой эта отсебятина бывает так удачна, что по воле режиссера остается в фильме. Напоминаем, Жигунов рассказывает о своем видении тех событий, которые могут отличаться от воспоминаний других участников.
Гэги на съемочной площадке. Колонка Сергея Жигунова
Гэги на съемочной площадке — это бесконечно и удивительно смешно. Сценарии раньше были рыхлые, особенно, если речь шла о жанровом кино. Сценаристы побаивались гэгов. А хотелось как-то поярче. Поэтому появлялись эти реплики: «Придурок, шляпу сними», «Какая богатая гулянка» и «Шляпа, которую я купил».
Ничего этого в сценарии не было.
(Как уже догадались читатели, речь идет о знаменитом фильме «Сердца трех» по приключенческому роману Джека Лондона, снятому режиссером Владимиром Попковым на киностудии имени А. Довженко. Главные роли в картине сыграли Сергей Жигунов и Владимир Шевельков, прославившиеся после телефильма «Гардемарины, вперед!». «Сердца трех» стали последней кинокартиной, созданной в СССР. — Прим ФАН).
Режиссер плакал крокодильими слезами, он был соавтор. У него, конечно, была возможность потом вырезать это на монтаже, но он не вырезал. Владимир Михайлович был талантливым человеком, он понимал, что так лучше для фильма.
Иногда сценаристы играют в кино. Это уже совсем другое дело, особенно, когда снимаются в фильме по своему сценарию. Это уже что-то вроде современного шоураннера. Я видел, как [сценарист и актер] Александр Адабашьян на ходу дописывал «Толстого» — как дышал, ни на секунду не задумываясь. Кто-нибудь кричал: «Писатель, не хватает реплики!», и реплика тут же появлялась. Адабашьяна тогда недавно приняли в Союз писателей СССР, и он с удовольствием подтверждал это высокое звание.
(Речь идет о фильме 1984 года «Два гусара» по одноименной повести Льва Толстого режиссера Вячеслава Криштофовича, в котором Адабашьян был одним из сценаристов, а Жигунов исполнил одну из ролей. — Прим. ФАН).
Перед глазами стоит сцена из картины Романа Балаяна «Поцелуй». Александр Артемович, обаятельный, как Карлсон, стыдливо ковыряет пальцем порванную бильярдную сетку и произносит: «У нас тут луза с отверстием». Руку даю на отсечение — не Чехов это написал.
Известно, что каждый артист хочет стать режиссером, ну, и немного сценаристом. Сценаристом же «несложно». Там что — ври с утра до вечера. Не миновала сия участь и меня. Оказавшись по ту сторону камеры, я вдруг понял, что артисты активно пытаются улучшать мой сценарий. Мой! Стоят вчетвером такие наглые в усах и в кожаных ботфортах и, когда не могут выговорить «Люксембургский сад», начинают заменять реплику какими-то полусовременными выражениями. Возникающее внутреннее желание немедленно «убить» нарушителя сдерживает только невозможность заменить его как минимум до завтра.
(Речь идет о фильме Сергея Жигунова «Три мушкетера» 2013 года. — Прим ФАН).
Зато можно свернуть сценарий трубочкой. Представьте себе картину: по Петровскому болоту на фоне Петергофа бежит мушкетер, а за ним несется режиссер и лупит его сценарием по спине. Это, конечно, «харассмент» и «двойные стандарты», но объективно становится легче. Потом умнеешь и начинаешь вести себя как все.
— Ну можно, я скажу? Ну, пожалуйста, ну, пожалуйста.
— Ну хорошо, актерский дубль.
Счастливый актер гордо направляется в сторону своего вагончика. Раньше операторы в этот момент просто не включали камеру — экономили пленку, а теперь мы снимаем на цифру, камера идет, чего ее жалеть, цифру. Все счастливы, на монтаже я безжалостно вырезаю всю эту отсебятину. Потому что нечего перевирать мой сценарий. Или потому что я не такой талантливый, как режиссер Попков. Все вышеизложенное не относится к Александрам Абдулову и Адабашьяну.
Еще больше интересных историй в Instagram Сергея Жигунова.