Король-подкаблучник Людовик XV
В два года маленький Луи остался сиротой: его родители и старший брат умерли от кори. Самого его спасла лишь воспитательница, запретившая лекарю делать принцу профилактическое кровопускание. В 5 лет мальчик унаследовал французский престол от своего прадедушки, короля-солнца Людовика XIV, который правил так долго, что пережил и сына, и внука.
Сперва французы нежно полюбили монарха-сиротку. Мальчика воспитывали кардинал Флёри, забивавший ему голову религиозной моралью, и маршал Вильруа, потакавший любым желаниям маленького монарха. Ребёнок рос болезненным, что неудивительно: из-за постоянных династических браков своих предков Луи стал генетическим вырожденцем. Вместо 64 предков в шестом поколении, как у всех обычных людей, у него имелось лишь 28 пра-пра-пра-прадедушек и бабушек. Благодаря придворным лекарям король сумел дожить до 64 лет, однако все эти годы отличался ленью, сумасбродством и непроходимой тупостью.
Опасаясь, что со смертью хилого короля династия Бурбонов может прерваться, ему спешно стали искать жену. Недостатка в невестах не было. Даже гостивший в Версале в 1717 году Пётр I со словами «я держу в руках всю Францию» поднял маленького короля высоко вверх и предложил ему в жёны свою дочь, восьмилетнюю Елизавету. Эта партия как-то не срослась, но в 1725 году Людовика женили на дочери польского короля Станислава Лещинского Марии, которая была старше жениха на семь лет.
Королевский брак немного успокоил французов: сразу после свадьбы Мария понесла, но первая беременность окончилась выкидышем. Зато через год она подарила мужу и подданным сразу двойню, правда, девочек. После этого дети пошли один за другим почти каждый год. Не все из них, правда, переживали младенчество, но к 1737 году в королевской семье росли уже сын и девять дочерей. После тринадцатой беременности Мария решительно заявила, что с неё хватит, и отлучила короля от своей постели. Любвеобильному Людовику пришлось искать удовольствий на стороне. Искал он их так активно, что, по мнению французского историка Валинэеля, его незаконнорождёнными отпрысками можно было заселить небольшой городок.
Впрочем, понятие «на стороне» весьма относительно по отношению к Версалю, тогдашней королевской резиденции, и замку Шуази, где монарх коротал время в узком кругу приближённых. У правителей Франции никогда не было недостатка в фаворитках, и молодого Людовика XV всегда окружали юные прелестницы, готовые удовлетворить любые его желания. Вечно беременная королева смотрела на эти шалости сквозь пальцы.
К моменту отлучения Людовика от супружеского ложа он был увлечён Луизой де Мальи. В 1738 году он в торжественной обстановке объявил её своей официальной фавориткой. Это звание, появившееся еще в 16-м веке, подразумевало, что его носительница — не просто мимолетное увлечение короля, а его долговременная пассия. Официальной фаворитке дозволялось иметь своё мнение по вопросам управления государством и внешней политике, а также вмешиваться даже в дела королевской семьи.
Луиза носила это звание недолго. Уже через год её вытеснила из королевской постели её младшая сестра 22-летняя Мари-Анна. Обворожив Людовика, она потребовала удаления от двора сестры, ежегодного содержания в 50 тыс. экю и признания детей, которые могли появиться на свет в результате выполнения ею придворных обязанностей. Опьянённый любовью, Людовик согласился на все условия, выдал Мари-Анну за маркиза де Ля-Турнеля и тут же объявил новобрачную своей официальной фавориткой.
Свежеиспечённая маркиза старалась закрепиться в Версале надолго. Она сходу начала вмешиваться в международные дела, заниматься которыми ленивому Людовику не хотелось. По инициативе Мари-Анны Франция заключила союз с Пруссией и ввязалась в войну за австрийское наследство. В 1743 году умер кардинал Флёри, ещё с детства короля фактически руководивший государством, и фаворитка заполучила почти все его полномочия. Людовик не имел ничего против. Чтобы произвести впечатление на маркизу, король в 1744 году отправился с ней в действующую армию, где приказал без особой надобности штурмовать ближайшую вражескую крепость. Пушки стреляли, солдаты замертво падали с крепостных стен, маркиза восторженно хлопала в ладоши, а король был счастлив.
В первых числах августа 1744 года в прифронтовом Меце Людовик серьёзно заболел. Мари-Анна ухаживала за ним, но недуг не отступал. Король решил, что умирает, а виной тому — его грехи. Он позвал священников, стал каяться, спешно вызвал в Мец жену и отослал в Париж маркизу. По дороге её карету забрасывал камнями народ, не любивший фавориток. Через месяц король выздоровел, и безгрешная жизнь ему быстро наскучила. В ноябре к маркизе де Ла-Турнель прислали министра, официально пригласившего её вернуться в Версаль. Возвращение было бы триумфальным, если бы не здоровье Мари-Анны. Она очень плохо себя чувствовала и всего через две недели умерла. Врачи диагностировали «гнилую горячку», хотя сама фаворитка считала, что её отравили. Людовик горевал недолго и быстро утешился с её младшей сестрой Дианой Аделаидой.
И это увлечение было недолгим. Всего через 2,5 месяца на сцене появилась Жанна-Антуанетта д’Этиоль. Дочь разорившегося и бежавшего из Франции спекулянта получила прекрасное образование благодаря дальним родственникам, вышла замуж и блистала в парижской аристократической среде. 25 февраля 1745 года молодая красавица приняла участие в бале-маскараде в Версале. Король был сражён прекрасной незнакомкой в костюме Дианы. Через три дня знакомство продолжилось на балу в парижской ратуше, а ещё через неделю Жанна-Антуанетта переселилась в комнаты, соединённые с королевскими покоями потайной лестницей. Через месяц она стала официальной фавориткой, а в июле получила в подарок обширное поместье Помпадур и титул маркизы. Утешившийся доходной должностью муж дал ей развод, и новоявленная маркиза де Помпадур заняла почётное место во дворце.
Маркиза де Помпадур — настоящий правитель Франции
24-летняя фаворитка оказалась очень умной женщиной. Она прекрасно знала переменчивый нрав короля и не желала повторять печальный опыт своих предшественниц, быстро забытых им. Жанна-Антуанетта постаралась стать незаменимой не только для Людовика, но и для Франции, все нити управления которой она быстро сосредоточила в своих изящных ручках. Маркиза умела давать Людовику советы так, что он оставался в убеждении, будто эти мудрые мысли родились в его собственной голове. К королеве Жанна-Антуанетта относилась с подчёркнутым уважением, умудряясь поддерживать с ней почти дружеские отношения. Любовница Людовика назначала и увольняла министров, осуществляла общее руководство тайной полицией и направляла внешнюю политику королевства. Благодаря её влиянию Франция перестала дружить с Пруссией и заключила союзнический договор с Австрией.
Людовик знакомился лишь с малой частью государственных документов, да и то определённого толка. Маркиза распорядилась, чтобы начальник полиции Беррье ежедневно готовил специальный доклад для короля о скандалах в парижских публичных домах, особенно если в них участвовали аристократы. Позже она стала присовокуплять к этим докладам особо интимные места из писем, которые перлюстрировались в специальном «чёрном кабинете» на столичной почте. Король с восторгом читал скабрезности, а затем с удвоенной энергией погружался в списки свеженапечатанных книг, выискивая те, которые следовало запретить во имя поддержания морали нации на должной высоте.
В конце 1740-х годов состояние здоровья маркизы де Помпадур значительно ухудшилось. Она начала кашлять кровью, часто болеть, три её беременности закончились выкидышами. Врачи посоветовали ей некую «постельную диету», то есть практически полное воздержание от любовных утех. Жанне-Антуанетте пришлось отказывать своему венценосному любовнику. Но она нашла способ сохранить за собой звание и полномочия официальной фаворитки короля.
В 1752 году маркиза построила на участке земли недалеко от Версаля небольшой особняк. Здание и сад, окружённые высоким забором, получили название Олений парк. Здесь фаворитка открыла курсы подготовки юных любовниц для короля. От благородных родителей, желавших пристроить сюда своих дочерей, не было отбоя, ведь «выпускницам» Оленьего парка гарантировалось блестящее будущее. После услаждения монарха, продолжавшегося обычно несколько месяцев, девушкам выдавали приданое в размере 100 тыс. ливров и подыскивали выгодного мужа. Отбор в Олений парк был строгий. Оценивалась не только внешность 15−17-летних «абитуриенток», но и их благонадёжность. За последнее отвечал лично начальник полиции Беррье.
Король живо интересовался делами Оленьего парка. Он часто навещал особняк, обычно инкогнито, представляясь придворным своего тестя Станислава Лещинского. Людовик знал по именам всех курсисток и иногда проводил «экзамены» тут же в роскошно обставленной спальне. Для последствий этих «проверок» при Оленьем парке держали постоянный штат акушерок и кормилиц. «Отличницы» получали щедрые подарки и на время переезжали в комнаты над королевскими покоями во дворце. Маркиза де Помпадур зорко следила, чтобы девушки не задерживались там дольше нескольких месяцев. Впрочем, иногда ситуация выходила из-под её контроля.
В первый раз это произошло с Луизой О’Мёрфи. Дочь ирландского сапожника, она иногда позировала для любимого художника маркизы Франсуа Буше. Прелестная натурщица привлекла внимание короля, и тот распорядился зачислить её в Олений парк вне конкурса. Луиза прилежно училась и, судя по всему, экзамены сдала на «отлично». В 1754 году она родила от Людовика дочь, а затем, возможно, ещё и сына. Сочтя своё положение укрепившимся, ирландка начала задумываться о звании официальной фаворитки и интриговать против маркизы. Это было её ошибкой: опытная де Помпадур быстро добилась, чтобы вниманием легкомысленного короля завладела другая девушка. О’Мёрфи выдали замуж за провинциального дворянина и удалили от двора.
В 1762 году Людовик, гулявший в парке Тюильри, обратил внимание на 16-летнюю Луизу-Жанну Тьерселен и тут же воспылал к ней страстью. Сообщить родителям девочки о свалившемся на них счастье отправили лично начальника полиции Беррье. Луиза-Жанна под именем мадам де Бонневаль попала в спальню короля, минуя Олений парк. В силу своего нежного возраста она не пыталась заниматься интригами, но зато ими занялся её отец, прибывший ко двору вместе с дочерью. Уже вовсю шла Семилетняя война, и месье Тьерселен стал активным сторонником прусской партии, чему способствовали щедрые подарки ему от посла немецкого королевства. Маркиза де Помпадур была уже слишком слаба, но сумела дать отпор попыткам изменить выстроенную ею внешнеполитическую концепцию. С трудом, но Людовику удалось открыть глаза на тесные взаимоотношения отца его любовницы со страной, воюющей с Францией. Тьерселен угодил в Бастилию. Его дочь в тот момент была беременна. После рождения сына её оставили при дворе, хотя Людовик потерял к ней всякий интерес.
Маркиза де Помпадур умерла от рака лёгких 15 апреля 1764 года. Даже в последние часы жизни она выслушивала доклады тайных агентов и дипломатов. Людовик совершенно спокойно воспринял новость о кончине своей многолетней фаворитки, а французы самых разных сословий встретили известие ликованием: её считали ответственной за непопулярную Семилетнюю войну и виновницей плачевного состояния государственной казны.
Мадам дю Барри и последние королевские фаворитки
Годы были не властны над любвеобильностью Людовика. Несмотря на то, что после смерти де Помпадур Олений парк прекратил работу, король продолжал активно менять любовниц, некоторые из которых даже ненадолго получали звание официальных фавориток. Правда, теперь носительницы этого титула редко вмешивались в государственные дела, занимаясь лишь развлечениями. Исключением стала разве что одна из последних пассий короля Мари-Жанна Бекю, вошедшая в историю под именем мадам дю Барри.
Политические успехи маркизы де Помпадур не давали покоя этой женщине, имевшей за плечами опыт работы в модных лавках и даже в публичном доме. Она принялась интриговать против министра иностранных дел Шуазеля. В 1770-м любовница добилась, чтобы 60-летний король отправил главу своего МИДа в отставку. Это увольнение можно считать единственным политическим успехом дю Барри. Она пыталась расшевелить Людовика на ещё какие-нибудь свершения, но тот уже почти не интересовался происходившим за пределами его покоев. Он рассуждал так: «Монархия продержится, пока мы живы, а после нас — хоть потоп!». Активность дю Барри лишь уменьшала её влияние. По примеру де Помпадур она стала «поставлять» королю молоденьких девушек, но и это закончилось печально. Одна из новых любовниц заразила короля оспой, и 10 мая 1774 года Людовик XV умер, оставив Францию своему внуку Людовику XVI в крайне плачевном состоянии. Французский «женский век» закончился, а до революции осталось всего 15 лет.