Чем обнажённая модель отличается от политика с амбициями? ИНТЕРВЬЮ
0
190
Визуализация сегодня – это фото и видео. От человека с камерой зависит многое, но всё-таки во многом это уже техника, качество оборудования, опыт. А какую роль играют оборудование и опыт в работе художника? Каково соотношение техники и душевных порывов? Об этом говорили с ковровским художником Андреем Никитиным.
Мы знакомы довольно давно. Сейчас для Андрея изо – это профессия на уровне ремесла, он работает в художественной мастерской завода имени Детярёва. Да, там творцы тоже требуются, заказы постоянны – и на картины, и на миниатюры, и на дизайнерские разработки.
Но помимо «текучки» Андрей является художником в полном понимании – пишет портреты, пейзажи и натюрморты, фрески и миниатюры.
В портфолио ещё и опыт работы иллюстратора книг и (вот это действительно редкость для Коврова) карикатуры. Об этом не понаслышке знаю, поскольку когда-то мы были коллегами, вместе работали в «Ковровских вестях». Я в качестве корреспондента, Андрей – дизайнера и карикатуриста.
Помимо прочих талантов этот человек обладал (да и теперь обладает) поразительным даром излучать спокойствие и радость. В творческом «серпентарии единомышленников» такие люди-громоотводы – сокровище.
К нему все всегда шли и пожаловаться, и поделиться удачей. Да и вообще – поболтать о разных пустяках. Приятный тембр голоса и спокойная полуулыбка неизменно снижали градус споров, снимали напряжение. И картины у него такие же – солнечные, светлые, настраивают на позитив.
Встреча-беседа через много лет. И он всё такой же человек-солнышко.
GK: Андрей, а когда ты начал рисовать?
— Художники пишут… Хотя вначале, конечно, рисовал. Это в детстве. Хотя уже в начальной школе началась изостудия, конкурсы плакатов и рисунков. Но профессией это не ощущал. Образование получал как полагается в Коврове – технология машиностроения. Но попытка была — на худграф во Владимир. Математику провалил, баллов не хватило…
GK: Зафиксировал момент, когда изо стало профессией?
— Это сразу пришло. Диплом инженера – это просто чтобы родителей успокоить. Принять то, что твой сын занимается творчеством и творчеством планирует зарабатывать себе на жизнь, далеко не каждые мама и папа способны на такое. Все хотят определённости, чего-то земного… Но я уже в 17 лет я уже работал в бюро эстетики «КЭЗа», а учился на вечернем отделении. На работе рисовал сказки, оформляли комнаты отдыха в цехах. Даже тексты-титры приходилось писать… Но в тот период я сам как-то несерьёзно относился к перспективе стать именно художником. Я и «живописец» — что?.. Возможно, всё то же влияние родителей, но мне долгое время всё это казалось баловством. Делал этюды акварелью. И как-то раз несколько этюдов, помещенных в только что открывшийся в городе художественном салоне неожиданно для меня продались. И сумма была приличной — купил двухкассетный магнитофон. Это были шок и перезагрузка. Мне было 20, и я понял, что этим можно зарабатывать.
GK: Некоторое время (помню) ты пробовал себя в качестве иллюстратора и карикатуриста. Сейчас практикуешь это?
— Карикатура (если серьёзно об этом говорить) – это очень сложный жанр. Не стоит путать с шаржами, которые делают многие. В полной мере не считаю себя карикатуристом. Да, был опыт в «Ковровских вестях», для меня очень полезный. Создать карикатуру – это значит визуализировать некую мысль, саму по себе забавную или даже острую. Мысль, идея превращается в зарисовку и это должно быть очень точно, остро, узнаваемо. Тогда бомбит. Вспомним «весёлые картинки» «Шарли Эбдо», от которых мир на уши встал… У нас в местной прессе преобладали всё-таки шаржи.
GK: Какое направление изо является любимым (портрет, пейзаж, жанровая сцена, анимализм)?
— Как и все начинал с пейзажей. Позже попытался освоить портрет пастелью. Постепенно стало получаться. Стал брать заказы через салон, потом стали заказывать и по телефону. Далее перешел и на и на портреты маслом. Пейзажи конечно не переставал писать. Ну а несколько позже стал включать фигуры людей в пейзажи, обогащая сюжеты. Все эти направления нравятся одинаково. Люблю рисовать все. Но акварель осталась в прошлом.
GK: Знаю, немало делал портретов по фото. А с натуры портреты пишешь? Какой из таких портретов тебе как работа запомнился?
— Портретов с натуры было написано несколько. Всё-таки, основное – это работа с фотографиями. Время сейчас несколько иное. Нужен быстрый результат. К датам, дням рождения и т.д. Прибегаю к помощи компьютера и графических редакторов. Запомнился портрет моего тестя с натуры. Внешность у него фактурная, но писал его засыпающим после ночной смены. Было непросто…
GK: А как же обнажённые манекенщицы?..
— Ну, это мы оставим за кадром… Я же не заканчивал худграф, вот там по этой части сдают зачёты. Скажу так. Взаимодействие с живой натурой – это круто, это особое взаимодействие. «Обнажённая Маха» — это вам не ню, даже самое высокохудожественное…
GK: Помню, твой любимый художник был Илья Репин. Всё по-прежнему? Никого из современных не выделишь?
— Всё без перемен. Репин умел выразить человеческие эмоции на картинах, то самое взаимодействие, о котором уже говорил. Конечно, Исаак Левитан – певец русской природы. Из современных – Павел Рыженко, православный живописец. Очень впечатляющие грандиозные исторические картины. Жаль, что рано ушел из жизни.
GK: Как относишься к граффити? Не пробовал? У тебя же есть опыт написания фресок. Хотел бы стену дома, например, расписать?
— Граффити – молодежное творчество. Отношусь к нему спокойно, пусть занимаются. Не мое. Люблю картины на холсте, бумаге. Пусть даже на стене, но в помещении. Фрески… Да, было немного. Оформлял апартаменты на заказ. Но это, по сути, то же, что и картина, только на стене.
GK: Как относишься к тату? Немало художников ушло в это направление. Ты хотел бы попробовать? И у тебя, кстати, есть татуировки?
— Тату «украшают» свое тело те, кто не знает чем выделится. Это мода… Мне кажется, что тело человека – это ценность, выше, чем ценность холста или бумаги. Позволять превращать своё тело в холст – такое себе… У меня нет татуировок, но если кто-то попросит меня сделать тату – без проблем.
GK: Тогда вернёмся к холсту. Большую часть твоего творчества занимают пейзажи. Какое место в Коврове считаешь идеальным для пленэра?
— Этюды можно писать везде, для этого ненужно далеко ездить. Особенность этюдов в том, что удачную композицию можно найти буквально рядом с домом…
Ответом на последний вопрос является ещё и фоторяд. Андрей живёт неподалёку от Кукушкина пруда. Эту территорию, как рассказывала недавно, собираются благоустраивать.
Не думаю, что эти дебри в результате станут Версалем или Петергофом. Возможно даже, что после того, как там заасфальтируют дорожки и поставят детские горки-песочницы, первозданное очарование будет утрачено. Но зато будет чистенько и аккуратненько, что неплохо.
Пока благоустройства не случилось, мы пошли с Андреем запечатлевать диковатую красоту, замиксованную с урбанистическими силуэтами панельных коробок.
Он работал, я наблюдала и вспоминала сакраментальное «красота в глазах смотрящего». Мне кажется, что именно это роднит всех художников и творческих людей. Умение видеть прекрасное. А главное — желание увидеть…
Фотограф Кирилл Жаворонков, использованы фото из архива Андрея Никитина
Ещё фото в паблике GK в ВК
Мы знакомы довольно давно. Сейчас для Андрея изо – это профессия на уровне ремесла, он работает в художественной мастерской завода имени Детярёва. Да, там творцы тоже требуются, заказы постоянны – и на картины, и на миниатюры, и на дизайнерские разработки.
Но помимо «текучки» Андрей является художником в полном понимании – пишет портреты, пейзажи и натюрморты, фрески и миниатюры.
В портфолио ещё и опыт работы иллюстратора книг и (вот это действительно редкость для Коврова) карикатуры. Об этом не понаслышке знаю, поскольку когда-то мы были коллегами, вместе работали в «Ковровских вестях». Я в качестве корреспондента, Андрей – дизайнера и карикатуриста.
Помимо прочих талантов этот человек обладал (да и теперь обладает) поразительным даром излучать спокойствие и радость. В творческом «серпентарии единомышленников» такие люди-громоотводы – сокровище.
К нему все всегда шли и пожаловаться, и поделиться удачей. Да и вообще – поболтать о разных пустяках. Приятный тембр голоса и спокойная полуулыбка неизменно снижали градус споров, снимали напряжение. И картины у него такие же – солнечные, светлые, настраивают на позитив.
Встреча-беседа через много лет. И он всё такой же человек-солнышко.
GK: Андрей, а когда ты начал рисовать?
— Художники пишут… Хотя вначале, конечно, рисовал. Это в детстве. Хотя уже в начальной школе началась изостудия, конкурсы плакатов и рисунков. Но профессией это не ощущал. Образование получал как полагается в Коврове – технология машиностроения. Но попытка была — на худграф во Владимир. Математику провалил, баллов не хватило…
GK: Зафиксировал момент, когда изо стало профессией?
— Это сразу пришло. Диплом инженера – это просто чтобы родителей успокоить. Принять то, что твой сын занимается творчеством и творчеством планирует зарабатывать себе на жизнь, далеко не каждые мама и папа способны на такое. Все хотят определённости, чего-то земного… Но я уже в 17 лет я уже работал в бюро эстетики «КЭЗа», а учился на вечернем отделении. На работе рисовал сказки, оформляли комнаты отдыха в цехах. Даже тексты-титры приходилось писать… Но в тот период я сам как-то несерьёзно относился к перспективе стать именно художником. Я и «живописец» — что?.. Возможно, всё то же влияние родителей, но мне долгое время всё это казалось баловством. Делал этюды акварелью. И как-то раз несколько этюдов, помещенных в только что открывшийся в городе художественном салоне неожиданно для меня продались. И сумма была приличной — купил двухкассетный магнитофон. Это были шок и перезагрузка. Мне было 20, и я понял, что этим можно зарабатывать.
GK: Некоторое время (помню) ты пробовал себя в качестве иллюстратора и карикатуриста. Сейчас практикуешь это?
— Карикатура (если серьёзно об этом говорить) – это очень сложный жанр. Не стоит путать с шаржами, которые делают многие. В полной мере не считаю себя карикатуристом. Да, был опыт в «Ковровских вестях», для меня очень полезный. Создать карикатуру – это значит визуализировать некую мысль, саму по себе забавную или даже острую. Мысль, идея превращается в зарисовку и это должно быть очень точно, остро, узнаваемо. Тогда бомбит. Вспомним «весёлые картинки» «Шарли Эбдо», от которых мир на уши встал… У нас в местной прессе преобладали всё-таки шаржи.
GK: Какое направление изо является любимым (портрет, пейзаж, жанровая сцена, анимализм)?
— Как и все начинал с пейзажей. Позже попытался освоить портрет пастелью. Постепенно стало получаться. Стал брать заказы через салон, потом стали заказывать и по телефону. Далее перешел и на и на портреты маслом. Пейзажи конечно не переставал писать. Ну а несколько позже стал включать фигуры людей в пейзажи, обогащая сюжеты. Все эти направления нравятся одинаково. Люблю рисовать все. Но акварель осталась в прошлом.
GK: Знаю, немало делал портретов по фото. А с натуры портреты пишешь? Какой из таких портретов тебе как работа запомнился?
— Портретов с натуры было написано несколько. Всё-таки, основное – это работа с фотографиями. Время сейчас несколько иное. Нужен быстрый результат. К датам, дням рождения и т.д. Прибегаю к помощи компьютера и графических редакторов. Запомнился портрет моего тестя с натуры. Внешность у него фактурная, но писал его засыпающим после ночной смены. Было непросто…
GK: А как же обнажённые манекенщицы?..
— Ну, это мы оставим за кадром… Я же не заканчивал худграф, вот там по этой части сдают зачёты. Скажу так. Взаимодействие с живой натурой – это круто, это особое взаимодействие. «Обнажённая Маха» — это вам не ню, даже самое высокохудожественное…
GK: Помню, твой любимый художник был Илья Репин. Всё по-прежнему? Никого из современных не выделишь?
— Всё без перемен. Репин умел выразить человеческие эмоции на картинах, то самое взаимодействие, о котором уже говорил. Конечно, Исаак Левитан – певец русской природы. Из современных – Павел Рыженко, православный живописец. Очень впечатляющие грандиозные исторические картины. Жаль, что рано ушел из жизни.
GK: Как относишься к граффити? Не пробовал? У тебя же есть опыт написания фресок. Хотел бы стену дома, например, расписать?
— Граффити – молодежное творчество. Отношусь к нему спокойно, пусть занимаются. Не мое. Люблю картины на холсте, бумаге. Пусть даже на стене, но в помещении. Фрески… Да, было немного. Оформлял апартаменты на заказ. Но это, по сути, то же, что и картина, только на стене.
GK: Как относишься к тату? Немало художников ушло в это направление. Ты хотел бы попробовать? И у тебя, кстати, есть татуировки?
— Тату «украшают» свое тело те, кто не знает чем выделится. Это мода… Мне кажется, что тело человека – это ценность, выше, чем ценность холста или бумаги. Позволять превращать своё тело в холст – такое себе… У меня нет татуировок, но если кто-то попросит меня сделать тату – без проблем.
GK: Тогда вернёмся к холсту. Большую часть твоего творчества занимают пейзажи. Какое место в Коврове считаешь идеальным для пленэра?
— Этюды можно писать везде, для этого ненужно далеко ездить. Особенность этюдов в том, что удачную композицию можно найти буквально рядом с домом…
Ответом на последний вопрос является ещё и фоторяд. Андрей живёт неподалёку от Кукушкина пруда. Эту территорию, как рассказывала недавно, собираются благоустраивать.
Не думаю, что эти дебри в результате станут Версалем или Петергофом. Возможно даже, что после того, как там заасфальтируют дорожки и поставят детские горки-песочницы, первозданное очарование будет утрачено. Но зато будет чистенько и аккуратненько, что неплохо.
Пока благоустройства не случилось, мы пошли с Андреем запечатлевать диковатую красоту, замиксованную с урбанистическими силуэтами панельных коробок.
Он работал, я наблюдала и вспоминала сакраментальное «красота в глазах смотрящего». Мне кажется, что именно это роднит всех художников и творческих людей. Умение видеть прекрасное. А главное — желание увидеть…
Фотограф Кирилл Жаворонков, использованы фото из архива Андрея Никитина
Ещё фото в паблике GK в ВК