СКК «Петербургский» — советская история, стертая наспех. Митинг скорби и памяти на свежих руинах
Кажется, все ясно, все сказано, все пережито и ничего поделать нельзя. Но все же в воскресенье 2 февраля неравнодушные люди со всего города собрались на руинах «Ленинградского Колизея» — проститься со старым другом, покинувшим этот мир безвременно, бессмысленно и безвозвратно.
У подножия глухого забора лежали цветы и гасли на ветру огоньки свеч. В одном мемориале сплелись две трагедии — гибель величественного здания и нелепая смерть молодого рабочего из северной глубинки. Капли дождя никак не могли смыть с информационного щита страшную надпись — «Смерть Матвея на ваших руках!».
Остов растерзанного здания возвышался над лозунгами, требовавшими наказать варваров и убийц и прогнать алчный хоккейный клуб вон из города. Автора надписей — активистку Ларису Лопаткину, полиция арестовала за вандализм, и принять участие в организованном ею митинге женщина не смогла.
А митинг состоялся! Задуманный с целью сохранить СКК, он в одночасье приобрел иной смысл — ведь груды камней словно взывали об осмыслении трагедии, а вознесенные руки статуй придавали ей античный размах.
Около музея «Россия, моя история» собралось около тысячи человек — местные жители, активисты-градозащитники, люди со всего города. Многим хотелось высказать свои чувства, и более двух часов ораторы, один за другим, не сходили со сцены.
Звучали слова об уникальной конструкции СКК «Петербургский» — ведь зданий с подобной кровлей совсем не много, и творение советских инженеров было признано выдающимся на международном уровне. Люди вспоминали, как им дорог СКК, давно уже ставший важной частью спортивной и культурной истории нашего города, и недоумевали, почему крепкое, надежное здание снесли, невзирая на общественное мнение и протесты архитекторов и градостроителей.
Многих возмущало, что снос здания прошел наскоро и с грубым нарушением закона — ведь никто не видел согласованного и утвержденного плана его демонтажа, однако губернатора и городских чиновников это не беспокоило. Депутат ЗакСа Алексей Ковалев обратил внимание на то, что концессионное соглашение было заключено с компанией, которая «в 2018 году имела 10 миллионов долга и всего одного сотрудника. Такую фирму-прокладку выбирают, когда на кого-то надо свалить последствия! А речь уже идет не о финансовых, а об уголовных деяниях».
Не забыли выступавшие и о том, как тема противостояния сносу «Ленинградского Колизея» замалчивалась городскими СМИ, ведь немногие независимые издания, освящающие эту проблему, не решались информировать горожан об акциях защитников СКК и готовящихся митингах.
Снос СКК «Петербургский» участники митинга сравнили с немецкими обстрелами, целенаправленно уничтожавшими культурные ценности нашего города, люди требовали восстановить СКК так, как после войны были восстановлены Петергоф, Пушкин и другие памятники.
И обвиняя компанию «СКА-Арена», горожане не забывали и о городских властях, чиновниках, депутатах — и если бы они пожелали, то услышали бы о себе много нелестного в этот день. Недобрым словом помянули и Комитет по охране памятников, смотревший «широко закрытыми глазами», как еще с ноября велось разграбление и разрушение здания.
«Когда мы обратились с предложением включить СКК в объекты культурного наследия, нам сказали — приходите 31 января, и мы его рассмотрим. И именно 31-ого его снесли!» — рассказал собравшимся депутат ЗакСа Борис Вишневский".
Депутат ЗакСа Максим Резник зачитал пламенный текст писателя Татьяны Москвиной «Снос на крови», памфлет сорвал долгие и бурные аплодисменты. А в воздухе царило ощущение далекой, но неотвратимой грозы, и даже возвышавшиеся за сценой руины казались лишь фоном иной, более масштабной трагедии.
«Сегодня нас около тысячи, и если бы нас было столько год назад, этого вандализма бы не произошло», — сказал в своем выступлении активист Андрей Нахабцев. «Я призываю вас быть с нами, проявлять активность. Это война, и на войне нужен каждый солдат».
«Есть теория маленьких дел. Всех, кто пришел сюда, кого задело это грубое, варварское отношение к истории города, к его жителям, я призываю каждого по чуть-чуть сопротивляться варварским методам, которые применяют инвесторы, олигархи и власть!» — поддержал его координатор движения за сохранение СКК Петр Глебовский.
«Мы будем добиваться привлечения к ответственности виноватых в разрушении СКК и смерти человека, мы будем добиваться сохранения 20 гектар зеленых территорий. Но в городе еще около семидесяти территорий, которые находятся под угрозой уничтожения!» — заявил координатор «Красивого Петербурга» Красимир Врански.
Действительно, на митинг пришли активисты из других горячих точек — Пулковской обсерватории, Жемчужного пляжа, а защитница побережья в Сестрорецке Анна Шушпанова рассказала, как удалость заставить власти убрать с берега залива бетон и восстановить пляж.
Событие зацепило и отраслевое сообщество, ведь снос СКК активно обсуждался инженерами, строителями, промышленными альпинистами. Точку зрения многих выразил инженер-строитель Юрий Наумович Тентлер: «Человек погиб не от того, что был не пристегнут, а потому, что у него табуретку из под ног выбили! С точки зрения строительных норм и правил, все было сделано бездарно, начиная от экспертизы до демонтажа».
«Если повесить тонкую нить между двумя опорами, она висит по цепной линии и усилие вниз будет гораздо больше ее веса. Когда обрезали 16-ю ванту, более 2000 тонн нескомпенсированной нагрузки сжимали кольцо как эспандер. Это вес грузового поезда — представьте себе такое на крыше вашего дома! А кольцо держалось 15 обрезанных вант — вот какой запас прочности заложили советские инженеры. Нам говорили о сквозной коррозии мембраны, но что-то не похоже, чтобы она была как решето, когда падала. Она упала целой!» — заявил инженер-геотехник Александр Шумилов, добавив, что такого же «высокого» уровня была экспертиза для Пулковской обсерватории, отвергнутая ЮНЕСКО за предвзятость.
Инженерные законы распространяются и на человеческое общество, ведь мощь любого государства, как на вантах, держится на лояльности граждан к своей власти. Какой у нашей конструкции запас прочности, и сколько вант нужно так глупо срезать, чтобы последствия стали необратимыми? Если судить по прошлому опыту — не так уж и много.
Начавшийся было дождь неожиданно сменился солнцем. Оно прорвалось сквозь мглистые тучи контрастными, слепящими лучами, высветив белизну руин на фоне густого, темного неба. Люди по-прежнему шли к мемориалу — сострадание к погибшему человеку, чувство утраты дорогого сердцу места и горечь о происходящем в нашем городе и во всей стране цветами ложились холодный и мокрый асфальт. Таким был этот день, таким он вошел в историю.
Ольга Ясененко.