Митрополит Николай: что КГБ сделал с «духовником» Сталина
Неудавшийся математик, претендент на пост Московского патриарха, первый председатель воссозданного Отдела внешних церковных сношений Священного синода и даже духовник Иосифа Сталина – всё это характеристики митрополита Николая (в миру Бориса Ярушевича), которых он удостоился в тот или иной период своей жизни. Почему оппоненты обвиняли его в тщеславии и честолюбии, Никита Хрущёв его опасался и какой след оставил священнослужитель в истории Русской православной церкви?
Борис Ярушевич родился 31 декабря 1891 года в семье потомственного священника и дочери причетника. Казалось бы, жизненный путь будущего митрополита уже предопределён, однако к служению Богу молодой человек всё же пришёл не сразу. Окончив в 1909 году с золотой медалью Введенскую гимназию, Ярушевич сначала поступил на физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета. Лишь отучившись один год, он, видимо, в полной мере осознал, чему хотел бы посвятить свою жизнь.
После первого курса Ярушевич перевёлся в Санкт-Петербургскую духовную академию. Её он окончил в 1914 году, и в этом же году был пострижен в монашество.
Карьеру Ярушевича, даже по церковным меркам, можно считать головокружительной. На то, чтобы стать митрополитом, а впоследствии даже претендовать на патриарший престол, ему потребовалась четверть века – совсем немного, если учесть время, проведённое в ссылках и под следствием.
А начался его путь священнослужителя, как ни странно, с войны. В ноябре 1914 года Ярушевич уехал на фронт Первой мировой, где стал священником лейб-гвардии Финляндского полка. Однако на войне он пробыл недолго, по состоянию здоровья отправившись домой в 1915 году.
«Гражданскую службу» Ярушевич начал в декабре 1916 года в церкви святителя Николая при Николаевской больнице. Уже через два года он стал исполнять обязанности настоятеля Петропавловского собора в Петергофе, а буквально ещё через год – настоятеля Александро-Невской лавры. Шаг за шагом Ярушевич добивался успеха, и в итоге в 1922 году, возможно, в не самое беспокойное время для церкви, его возвели в сан епископа Петергофского, викария Петроградской епархии.
Вообще Петергоф для Ярушевича стал знаковым местом. Именно за активную деятельность во главе «Петроградской автокефалии» он в феврале 1923 года был арестован и на три года сослан на Север. С сентября 1927 года по февраль 1928 года, получив назначение от патриаршего местоблюстителя – митрополита Сергия (Страгородского), которого он активно поддерживал, управлял Ленинградской епархией.
В 1935 году был возведён в сан архиепископа и назначен служить в Петергоф с правами епархиального архиерея. Позже по поручению митрополита Алексия (Симанского), оставаясь по титулу архиепископом Петергофским, получил в управление Новгородскую и Псковскую епархии, которые подчинялись ему вплоть до 1940 года.
Наконец, в 1941 году Ярушевичу доверили украинский экзархат и возвели в сан митрополита Киевского и Галицкого. Позднее, в 1944 году, он стал митрополитом Крутицким и Коломенским, а в 1946-м возглавил воссозданный Отдел внешних церковных сношений Московского патриархата. На этих должностях он пробыл почти до конца своей карьеры, хотя шансы на то, чтобы продвинуться дальше, у Ярушевича были совсем неплохие.
Естественно, карьерный рост в советское время даже в церкви был невозможен без хороших отношений с властями. Так что ещё в бытность Ярушевича главой «Петроградской автокефалии» перед ним встал выбор, кого поддерживать: большевиков или сторонников монархии.
Правда, в самом начале 1920-х годов выбор ещё сделан не был. «Петроградская автокефалия» занимала позицию неприсоединения ни к обновленческому Высшему церковному управлению, которое было признано советской властью, ни к «белому» патриарху Тихону. Тогда неопределённость обошлась Ярушевичу несколькими годами ссылки.
Однако, уже находясь под следствием, священнослужитель подписал письмо, в котором «безоговорочно» признавал обновленцев. Затем, в конце 1920-х, Ярушевич начал активно поддерживать линию на «легализацию» церкви советскими властями, естественно, за счёт значительных уступок патриархии. Тогда же он начал бороться против обновленцев, которые к тому времени попали в опалу.
В 1940-е годы, когда на фоне Великой Отечественной войны наметилось явное потепление отношений между церковью и государством, Ярушевич выступил в качестве заступника советской власти. Так, в 1942 году он стал редактором книги «Правда о религии в России», в которой отрицались факты гонений на церковь со стороны большевиков. В этом же году по указу президиума Верховного Совета СССР он был назначен членом Чрезвычайной комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков. В этом статусе он, в частности, поставил свою подпись под советской версией событий в Катыни.
Кроме того, Ярушевич стал одним из трёх митрополитов, на встрече с которыми Иосиф Сталин принял решение об избрании патриарха и восстановлении церковных учебных заведений в стране. Возможно, именно тогда установилась близкая духовная связь между вождём СССР и священнослужителем. Существуют даже свидетельства того, что Сталин якобы исповедовался митрополиту Николаю. Правда, прямых доказательств этому нет.
Причём, по свидетельствам внука Сталина Александра Бурдонского, предполагаемая духовная близость Сталина и Ярушевича не помешала новому руководству СССР оказывать давление на последнего после смерти вождя.
Тогда-то и началось очевидное ухудшение отношений между митрополитом Крутицким и Коломенским и властью, прежде всего с Никитой Хрущёвым. Архиерей не смог, а может, и не захотел смириться с новыми реалиями – оттепелью и активной антицерковной политикой властей. Он начал выступать с резкими, порой даже критическими заявлениями. Позднее в докладе генсеку председатель Совета по делам РПЦ Георгий Карпов отметил, что митрополит Николай, формально говоря о сотрудничестве с властью, «на деле ведёт работу по разжиганию религиозной деятельности».
В 1960 году в КГБ был разработан план устранения Ярушевича с руководящих постов патриархии. Предложения органов были принципиально поддержаны патриархом Алексием, который согласился с «двойственностью» и «неискренностью» митрополита и даже сообщил о жалобах на него со стороны духовенства.
В течение нескольких месяцев митрополит Николай был освобождён от должности председателя Отдела внешних церковных сношений, затем от руководства «Журналом Московской патриархии». А в сентябре 1960 года Синод, удовлетворив прошение преосвященнейшего, освободил его и от поста митрополита Крутицкого и Коломенского.
В последний год жизни Ярушевичу фактически было запрещено служить – ему просто не разрешали этого делать. Умер митрополит Николай 13 декабря 1961 года. С приступом стенокардии он в начале ноября был госпитализирован в Боткинскую больницу и, по свидетельствам близких, уже шёл на поправку. Однако укол с неизвестным препаратом, который ему сделала медсестра – то ли по ошибке, то ли намеренно, привёл к резкому ухудшению состояния и смерти владыки.