В волшебном вашем Монплезире
В Большом дворце музея-заповедника «Царицыно» открылась выставка с витиеватым, на старинный лад, названием «Екатерининский корпус Монплезира. Путешествие из Петергофа в Царицыно». Своеобразные «музейные гастроли» продлятся два года, пока во дворце, откуда для Екатерины, вошедшей в историю как Великая, начался путь к престолу, будет идти реставрация.
Первая ассоциация при слове «Монплезир» — Петр Великий. Скромный дворец в Нижнем парке Петергофа, у самой кромки Финского залива император любил, возможно, более других владений. К западной гостевой галерее примыкает одноэтажное здание, возведенное в середине XVIII века архитектором Бартоломео Франческо Растрелли по приказу императрицы Елизаветы Петровны: достойная дочь своего отца, она обожала балы и маскарады, для устройства которых ей и понадобился Каменный корпус.
Именно здесь, в деревянной пристройке в течение пятнадцати лет жила великая княгиня Екатерина Алексеевна — нелюбимая жена наследника престола, будущего императора Петра III. Царствование его длилось всего полгода, а короноваться при жизни Петру Федоровичу и вовсе было не суждено: 28 июня 1762 года из своей деревянной петергофской «резиденции» Екатерина отправилась в столицу добывать царскую корону, а заодно и свободу от постылого мужа. Взойдя на престол, она поручила Джакомо Кваренги заново отделать дворец, заменив пышность елизаветинского барокко благородной строгостью классицизма. Так Каменный корпус стал Екатерининским. Впоследствии его интерьеры не раз меняли облик. Свой нынешний вид — воплощение торжества русского ампира — они обрели в царствование Александра I, эпохе которого и посвящена экспозиция расположившегося здесь музея.
Как и остальные дворцы петергофского ансамбля, Екатерининский корпус сильно пострадал во время Великой Отечественной войны. На восстановление ушло несколько десятилетий, и для публики он открылся только в середине 80-х годов. Неизбывная питерская сырость сохранности памятников никак не содействует, так что для Петергофа реставрация — процесс практически беспрерывный: заканчивают в одном месте, начинают в другом. Нынче вновь настал черед Екатерининского корпуса.
«Царицыно» славится своим гостеприимством. Осенью 2014 года свежеотреставрированный Оперный дом приютил собрание скульптуры Останкинского дворца, для которого хождение по реставрационным мукам только набирало обороты. К сожалению, им и по сию пору конца-края не видно. Утешает хотя бы то, что прекрасная коллекция не прозябает в каком-нибудь арендованном запаснике, а продолжает радовать людей. В отличие от музея-усадьбы «Останкино» Петергоф не испытывает недостатка в помещениях для временного хранения экспонатов. Сокровища Екатерининского корпуса можно было просто упаковать в ящики до лучших времен.
— Это было бы самым простым решением, — соглашается гендиректор музея-заповедника «Петергоф» Елена Кальницкая. — Но нам показалась очень заманчивой идея поближе познакомить москвичей с Екатерининским корпусом, который известен публике куда меньше, чем собственно Монплезир. Осуществить это оказалось не так-то просто — «Царицыно» весьма специфично, его великолепие совсем не в петергофском духе, а нам хотелось показать не отдельные предметы из коллекции, а максимально точно воспроизвести интерьеры дворца, передать атмосферу, царящую в нем. Известно, что к Петергофу у Екатерины II было двойственное отношение. В бытность свою великой княгиней она мало видела здесь радости. И фонтаны, главное украшение летней резиденции, не жаловала — считала противоестественным стремление человека изменить течение вод, назначенное природой. Но именно Петергоф стал точкой отсчета ее долгого царствования, доказавшего и России, и всей Европе, что она является достойной продолжательницей начинаний Петра Великого. Императрице ничего не стоило предать свое «узилище» забвению вместо того, чтобы переделывать его по своему вкусу.
«Переселение» Екатерининского корпуса в «Царицыно» осуществили по принципу «дворец во дворце»: залы Большого дворца волшебным образом преобразились в Синюю и Зеленую гостиные, Желтый зал, приемную, кабинет и парадную опочивальню Александра I. Для членов императорской фамилии этот небольшой и оттого особенно уютный дом был тем местом, где можно было хотя бы ненадолго укрыться и от государственных дел, и от светских обязанностей.
— Это был настоящий вызов, — признается дизайнер выставки Юлия Наполова. — Царицынские псевдоготические интерьеры сами по себе очень «активные», их нужно было нейтрализовать, чтобы воссоздать не только конфигурацию, но и ауру залов летней петергофской резиденции Екатерины. Создание экспозиции в некотором роде напоминало игру с «кукольными домиками», в каждом из которых не только все предметы стоят на тех же местах, что и в родных стенах, но даже цвет стен — для ампира это одна из ключевых составляющих интерьера — воспроизведен один в один.
Когда сравнивают Москву и Петербург, о различиях, как правило, говорят охотнее, чем о сходстве, подразумевая то самое противопоставление «востока» и «запада», которым никогда не сойтись. Тем интереснее будет москвичам не только открывшаяся в «Царицыно» выставка, но и встроенный в нее «Петербургский салон»: экспозиция станет своего рода «декорацией» для встреч с историками и литераторами, музыкантами и режиссерами, искусствоведами и артистами.
— «Музейные гастроли», — признается гендиректор «Царицыно» Елизавета Фокина, — наш любимый жанр. Нынешние будут особенно масштабными, ведь они приурочены к 290-летию со дня рождения императрицы Екатерины.
Фото на анонсе: Григорий Сысоев/ТАСС