От гувернантки до профессора: какую карьеру могла построить женщина в Российской империи

В XIX веке женщине в Российской империи официально полагалось одно: «пребывать к мужу в любви, почтении и неограниченном послушании». Так писал Свод законов — аналог сегодняшнего Гражданского кодекса. В середине XIX века наступили новые времена — изменения в обществе, урбанизация и прогресс впервые позволили женщинам учиться и работать наравне с мужчинами. Вместе с автором исторического проекта Old Russia With Masha Марией Кравченко посмотрим, какие возможности у них были в то время.

Образование как квест

Доступ девушек к высшему образованию был похож на американские горки. Правительство то разрешало быть «вольнослушательницами» (то есть просто иметь право посещать лекции), то снова закрывало двери университетов. В Университетском уставе 1863 года говорилось, что в студенты принимаются «молодые люди, достигшие семнадцатилетнего возраста». Под «молодыми людьми» подразумевались исключительно мужчины.

Аргументы против звучали предсказуемо: совместные занятия приведут к «распущенности нравов», университет отвлекает женщину от роли матери, а «тысячелетний опыт» якобы доказывает ее неспособность к самостоятельной научной мысли. Тогда женщины нашли лазейку и поехали учиться за границу, прежде всего в Швейцарию. В 1864 году первой студенткой из России (да и вообще первой женщиной-студенткой в университете Цюриха) стала Надежда Суслова, впоследствии первая русская дипломированная женщина-врач.

В 1871 году в Цюрихе учились двенадцать девушек из России, в 1873 — уже около ста. Европейские университеты наполнялись русскими студентками, которые вместе со знаниями привозили домой и революционные идеи. Именно поэтому в 1873 году правительство приказало всем вернуться домой и 90% девушек подчинились. Многие из вернувшихся позже примкнут к движению народников.

В России альтернативой вузам стали частные образовательные курсы, самыми значимыми из которых были Бестужевские, открывшие двери для студенток в 1878 году. Эти курсы стали первым высшим учебным заведением для женщин в стране. Учеба стоила дорого: сперва нужно было накопить 50—100 рублей, чтобы заплатить за первый год обучения, а затем, уже будучи курсисткой, экономить буквально на всем, подрабатывать переводами и уроками, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Следом за Бестужевскими стали открываться подобные курсы по всей стране. Все они были частными, платными и не слишком доступными, а сами студентки стали предметом постоянных насмешек и издевательств. Князь Владимир Мещерский писал:

После революции 1905 года женщинам открыли доступ почти во все университеты. Но выпускницам не выдавали дипломы. То есть формально прослушала курс — но специалистом не признана. Да и трудоустроиться по специальности было почти невозможно.

Куда устроиться: с образованием и без

К концу XIX века женщины уже могли работать врачами, учительницами, фельдшерами, секретарями, телефонистками, машинистками, переводчицами, корректорами, архивными сотрудницами — выбор все еще был невелик. Но доходы были вполне сопоставимы с мужчинами-работниками интеллектуального труда: 30 рублей можно было получать в канцелярии губернатора или школе, 35 — в министерстве или Синоде, 50 — в суде, до 100—120 рублей — в престижных городских учреждениях.

В начале XX века женщины начали занимать значимые даже по мужским меркам позиции. Появились первые женщины-профессора, например, Вера Данчакова, а Варвара Ясевич-Бородаевская стала первой лауреаткой Академии наук. Женщины постепенно осваивали «мужские» профессии. Появилась первая женская аптека Антонины Лесневской, где девушек учили на провизоров. Открылись архитектурные курсы Елены Богаевой и Люси Молас, которые не только обучали девушек архитектуре, но и помогали с заказами. Работали Высшие женские политехнические курсы, которые готовили девушек-инженеров и электромехаников.

Летные школы начали выпускать первых девушек-авиатрис (этот феминитив часто встречается в дореволюционной прессе). Закрытой оставалась юриспруденция — чтобы учиться юридическим специальностям, нужно было ехать в Европу. Первую женщину-адвоката Екатерину Флейшиц попросту не допускали на слушания. Знаменитый юрист Анатолий Кони писал:

Для женщин без образования выбор был невелик. В 1913 году на фабриках работали около 580 тысяч женщин (против 1,3 миллиона мужчин). Рабочий день составлял 9—16 часов, зарплата была примерно вдвое ниже мужской. 83% работниц были заняты в текстильной промышленности. С 1912 года появилось страхование от болезней и несчастных случаев — первые зачатки соцпакета. Еще около миллиона женщин работали домашней прислугой или «белыми рабынями» — горничными, кухарками, нянями. Их рабочий день доходил до 20 часов, отгул полагался на несколько часов раз в две недели, за любую провинность налагались штрафы. Трудовые отношения регулировалось не законом, а волей хозяина.

Проституция была легальной и распространенной. В стране было около 2400 публичных домов, где работало около 25 000 женщин. Их доход составлял примерно 30 рублей в месяц, что сопоставимо со средней зарплатой служащей. В этой сфере встречались женщины разных сословий — можно сказать, что проституция уравнивала всех.

Юридическое положение женщины выглядело противоречиво. С одной стороны, жена была обязана повиноваться отцу или мужу, и не могла учиться, работать и получить отдельный паспорт без его согласия (самостоятельные паспорта начали выдавать только с 1914 года). С другой — имущественная независимость была полной. Женщина могла владеть собственностью отдельно от мужа, заключать сделки, вести торговлю, получать купеческое свидетельство, управлять фабрикой. Предпринимательницами могли стать и дворянки, и мещанки, и крестьянки. Высшее образование здесь не требовалось, так что, именно в бизнесе женщины чаще всего добивались наибольшего успеха — еще до формальной эмансипации.

К началу XX века сформировалась целая инфраструктура женской взаимопомощи. Работали бюро по трудоустройству для повивальных бабок, гувернанток, выпускниц курсов, «интеллигентных тружениц». Общественные организации — вроде Лиги равноправия женщин боролись за расширение прав на всероссийском уровне. о действовала практическая поддержка: Дома трудолюбия для матерей, общества защиты женщин, приюты, общежития, курсы языков и бухгалтерии и прочие организации работали для решения повседневных проблем обычных женщин.

Женщина в мужском костюме

Обычное явление для того времени: чтобы устроиться на престижную работу, женщины выдавали себя за мужчин. Вот что писал об этом публицист Александр Амфитеатров: «Последние годы выдвинули очень странное и очень частое женское преступление. В течение одного 1902 года газетная хроника огласила пять судебных дел о женщинах, проживавших по мужским паспортам и выдававших себя за мужчин, с целью получать мужской заработок. Одно из таких дел особенно любопытное в Пермской губернии раскрылось потому, что баба так увлеклась своей новой жизнью на положении мужика, что затеяла было жениться. Жениться же ей понадобилось, чтобы спасти подругу-односелку от мужских приставаний на заводской работе».

Первая женщина инженер Александра Соколова-Маренина три года в Америке притворялась мужчиной ради работы по специальности — без этого ни в России, ни в США взять ее на работу инженером никто не мог.

Первая мировая война резко изменила рынок труда и отменила все предрассудки в отношении женщин на работе: мужчины ушли на фронт, и женщины заняли «мужские» профессии: кондуктор трамвая, парикмахер, шофер, сварщик на заводе и даже чистильщик обуви.

Последние изменения в жизни женщин старой России пришли во времена Временного правительства. Появился проект Марии Бочкаревой, когда для участия в Первой мировой войне были образованы женские боевые части — «батальоны смерти». Графиня Софья Панина стала первой женщиной, вошедшей в состав правительства. Тогда же российские женщины получили избирательные права — на год раньше, чем в Великобритании, и на три года раньше, чем в Соединенных Штатах. Так была подготовлена почва для изменений, которые пришли уже с новой властью.