«Уехать далеко». Грачева дала совет пермячке, которой муж отрубил кисть
Чудовищная история из Перми, где муж-наркоман отрубил руку супруге, сделав ее инвалидом на всю жизнь, вызывает оторопь и непонимание.
Как молодая женщина могла такое допустить? Почему не ушла раньше? Отметим, что у пары есть общий ребенок. Поэтому вопрос: почему терпела? Изувер угрожал расправой не только жене, но и ее родственникам. Перед ампутацией изувер три недели держал жену в спальне, пристегнув к кровати наручниками, регулярно издевался, обрил наголо и в конце концов отрубил кисть. Ревность, ненависть, наркомания — вот мотивы и мотиваторы садиста.
В СМИ сравнивается трагедия пермячки с историей Маргариты Грачевой из подмосковного Серпухова. К сожалению, ее имя в России стало неким символом домашнего насилия, которое оставалось не замеченным общественностью до декабря 2017 года. Тогда, напомним, бывший муж Маргариты — Дмитрий Грачев — вывез ее в лес и отрубил кисти рук. Врачам удалось спасти только одну руку девушки, дальше ее ждали восстановление, реабилитация, протез.
Маргарита начала новую жизнь: она написала книгу, стала ведущей на федеральном канале, вновь вышла замуж, стала мамой в третий раз. Но то, что было, она, безусловно, не забыла.
В разговоре с aif.ru Маргарита Грачева объяснила, как поступать девушке из Перми, чтобы с минимальными потерями, которые только возможны в этой ситуации, начать новую жизнь.
Екатерина Скрижалина, aif.ru: Маргарита, понятно, что советовать трудно в такой ситуации, но все-таки, что скажете?
Маргарита Грачева: К сожалению, универсальных советов нет. Каждая ситуация — индивидуальна. В данный момент, если судить с точки зрения безопасности — надо переезжать подальше. Чтобы о пострадавшей никто не знал. Если совет в плане физиологии и протезирования — ей придется жить по-новому, привыкать, учиться. Это сложно, но это реально. Если совет юридический, то нужно лишить родительских прав отца ребенка. Тут советов много. Но со стороны СМИ, конечно, девушку беспокоить не стоит — это точно, по крайней мере сейчас.
— Почему же девушка продолжала жить с мужем-садистом? Что ей двигало? Страх? Любовь?
— Когда я работала ведущей на телеканале «Россия», приходило много женщин, которые находились в похожей ситуации. Вероятно, это можно сравнить со «стокгольмским синдромом». Когда ты долгое время живешь с человеком, который регулярно тебя оскорбляет, унижает, ты начинаешь верить его словам. Отчасти, у многих женщин есть просто страх: если она уйдет, то он ее найдет, убьет или покалечит. Что в принципе и случилось в Перми. Он же приходил, сжигал дом, девушка понимала, что пострадает мама. Многие не знают, что для жертв домашнего насилия есть шелтеры — убежища. Поэтому чаще всего женщины ждут и надеются, что человек изменится. Но ждать не надо, если ваш муж или парень хотя бы раз поднял на вас руку, то нужно уходить. Примеров, когда человек исправился после физического насилия, я не знаю.
Но винить пострадавшую в этом ни в коем случае не нужно. Она не виновата, хотя мне до сих пор иногда пишут: «Но, а чего вы сели в машину, почему раньше не ушли?»
— Реабилитация после ампутации — тоже непростая тема. У пострадавшей все, что вы прошли, впереди...
— Во-первых, протезы каждые два года нужно менять. Они очень хрупкие. Это совсем не рука. Да, безусловно, они помогают. Но с рукой никак не сравнимо, многие действия с протезом ты сделать не можешь. Сейчас сложно, из-за санкций нет деталей, многие ребята, с которыми я общаюсь, ждут ремонта протезов. Сегодня в целом большая нагрузка на фонды.
— Как помочь ей самой себе? Какие первые шаги сделать?
— Родительских прав лишить садиста — это нужно. Объясню, в будущем ты не привязан к этому человеку и можешь выехать за рубеж с детьми. Хорошо, если бы девушке нашли хорошего адвоката, чей профиль — именно домашнее насилие. Чтобы садист получил срок — не два, три года, а как положено. Нужно принять ситуацию и научиться жить в новых обстоятельствах. Это возможно. Особенно, когда смотришь на другие примеры, когда люди без рук, ног занимаются дайвингом, прыгают с парашютом — живут более насыщенной жизнью, чем обычные люди. На своем примере могу сказать, мне не советы помогли, а реальные люди, которые доказали, что жить дальше можно. Да, безусловно — это сложно. Я никогда не говорю, что это легко, но умение находить какие-то позитивные мысли — помогает.
— Часто домашнее насилие связывают с неблагополучием и маргинальностью. Но это же не так?
— Конечно, не так. Часто за красивым фасадом семейной жизни пары творятся жуткие вещи. В Перми же садист в начале был нормальным, ухаживал. А потом произошло это. В СМИ часто афишируется домашнее насилие с той позиции, что пары были изначально неблагополучными, но это не так. Насилие может случиться и в семьях высокопоставленных персон, просто это не так афишируется. Это может коснуться каждого.