Нам хватит средств, чтоб гнать велосипед

Отсутствие у России собственной промышленности вынуждает нас платить огромные деньги за товары, которые могли бы производиться в стране. Включая самые простые. Например, растут цены на велосипеды, за 2023 год они подорожали уже на 30%. Все отечественные велозаводы уничтожены, производства комплектующих тоже, нет даже элементарных подшипников, не говоря уже про другие компоненты. При этом чиновники продолжают называть чёрное белым и трубят о мифических успехах российский псевдоэкономики.

«Вчера распространилась новость о том, что российские велосипеды подорожали на 30%. Мы поинтересовались у отечественных производителей, так ли это на самом деле, и выяснили, что информация оказалась не более чем выдумкой. В этом сезоне цены не то что не взлетели, а упали: в сезон 2022−2023 годы снижение составило от 2% до 16%», — заявили в Минпромторге.

Вы всё врёте! Как обычно. Цены у нас падают, Росстат подтвердит. Он что угодно подтвердит. Правда, что такое эти самые «отечественные производители» — что и как они производят — министерские деятели не уточнили. Зря. А тут всё предельно просто, вариантов всего два. Первый — это заказ готовой продукции в Китае и продажа её под своими брендами. Второй — «отвёрточная сборка» опять-таки из компонентов, импортированных из КНР. Третьего варианта, то есть настоящего производства, увы, больше нет.

Пробежимся по тем бывшим велозаводам, которые действовали на территории РСФСР, выясним их судьбу.

Пермский велозавод (1939) — «Урал», «Кама», «Салют». Предприятие полного цикла, все комплектующие производились на заводе. Более 400 тысяч велосипедов в год. Пережил «лихие 90-е», но в ходе «вставания с колен» был ликвидирован в 2006-м.

Нижегородский велозавод (1940) — «Школьник», включая его складную модификацию. В 2007 году завод ликвидировали.

Жуковский велозавод (1958) — «Десна». В 2004-м завод обанкротили. В 2008-м на его территории организовано сборочное производство из импортных комплектующих.

Пензенский велозавод (1915) — ЗиФ, «Сура», «Диана», «Вираж», «Прима», «Темп». Одно из старейших предприятий города прекратило своё существование в 2016 году, то есть уже после начала конфронтации с Западом. Аплодисменты!

Плюс ещё около двух десятков предприятий, которые производили велосипеды помимо основной продукции. Даже на ЗиЛе, но этого завода тоже больше нет — в 2014-м его уничтожили. В Туле, в Саратове, в Саранске, много ещё где. В их числе были детские «Ветерок», «Бабочка» и «Мишка», подростковый «Пионер», взрослый «Таир» и многие другие модели. Причём, как нынче модно говорить, с локализацией производства в 100% - все комплектующие производились в Советском Союзе.

Советские велосипеды и поныне в строю, в провинциях катаются в основном на них. Они просты, надёжны и сделаны с огромным ресурсом, на стали тогда не экономили, причём применяли качественный металл. Подшипники «Made in USSR» славились во всём мире, да и сегодня они в нашей стране — очень желанный товар для автомобилистов и владельцев всякого оборудования. Так как российские подшипники в природе отсутствуют как класс.

Рост цен на типа «российские» велосипеды понятен — в отсутствии конкуренции с производителями из иных стран партнёры наших бизнесменов просто взвинтили цены. Так как выбора у тех нет.

Поставки перекрыты, комплектующие не купить — не продают. Совсем. Даже типа «дружественные» индусы, которые нынче покупают рекордное количество нашей нефти. Покупают, да. Но санкции нарушать не хотят. Велосипеды и запчасти к ним как бы не под санкциями, но всё равно не продают. Никто не продаёт.

«Есть объективные показатели, которые могли к этому привести. Это нарушение логистических поставок, вызванные сначала ковидом, потом ограничениями. Ещё немаловажно то, что у нас курс — 80 рублей за доллар. На одном курсе мы видим те самые 30%», — рассуждает глава DP Consulting Петр Дворянкин.

Факт — если сидеть на игле импорта, да ещё и отдать курс национальной валюты на откуп финансовым спекулянтам, то всё будет дорожать. Нужно налаживать производство в России, ведь рынок есть, и он большой.

Согласно данным агентства BusinesStat в РФ ежегодно продаётся около 4,5 млн. велосипедов, в 2022-м купили на треть меньше — всё сильно подорожало. Средняя цена одной единицы — около 20 тысяч рублей. То есть у нас есть рынок объёмом около 100 млрд. рублей! На котором можно зарабатывать миллиарды, причём честно — производить и продавать. Как это делается во всех цивилизованных странах.

Граждане России готовы вставать к станкам и на конвейеры, они совсем не против осваивать рабочие профессии и трудиться на заводах и фабриках. То есть у нас есть миллионы потенциальных работников. Нет только заводов. И при нынешнем раскладе их не будет.

«Отношения недобитых промышленников с властями вы, наверное, представляете. А нас, производственников, при этом ещё и часто ругают. „Что же вы не берёте в руки, условно говоря, кувалды, и не идёте что-то там делать?“ Вы просто плохо представляете сейчас возможности выживания любого предприятия, даже крупного. Каждое из них может быть закрыто „на щелчок“ в течении суток-двух. Если очень большое, то трёх», — объясняет директор Череповецкого литейно-механического завода Владимир Боглаев.

Или вот так.

«О какой индустриализации можно говорить? Я не понимаю, откуда в разговорах вообще возник этот термин, из чьей больной фантазии он появился. Представления о том, что импортозамещение — это замена западного импорта на товары отечественного производства, для наших «одичалых» устарели. Стыдно так говорить, забудьте об этом. Импортозамещение — это замена западного импорта, например, на импорт китайский. Всё. А зачем нам нужны инженеры для того, чтобы просто покупать продукцию у компаний из КНР?

Пока что экономикой России до сих пор управляют люди, которые мыслят категориями эпохи Егора Гайдара", — говорит зампред комитета Госдумы по экономической политике Михаил Делягин.

Более того, в угоду сырьевикам разработаны и внедрены различные жульнические механизмы получения «прибыли» и вывода её за предела РФ. Вроде «топливного демпфера» и отказа от репатриации валютной выручки экспортёрами. Торговцы природными богатствами русской земли купаются в деньгах — этот и только этот бизнес разрешён. А именно — снабжение Запада сырьём.

Тогда как обрабатывающая промышленность испытывает острейший финансовый голод. Денег нет, совсем. Плюс постоянный прессинг со стороны всяких проверяльщиков, включая ФНС. Закрыть, действительно, могут моментально. Чаще всего сейчас это делают либо по заявке коммунальщиков, либо банков, либо налоговиков.

«По итогам 2022 года у нас в Саратове девять заводов банкроты плюс ещё 986 предприятий малого и среднего бизнеса. Мы предлагали местным властям — давайте не будем повышать коммунальные тарифы для предприятий, давайте сделаем так, чтобы они стали конкурентоспособными. Но чиновники это не слышат или же говорят, что „это — несвоевременно“! Завтра, если власти могут что-то захотеть сделать, может быть уже поздно. Народ вымирает, уезжает — будет и некому, и негде», — говорит доктор экономических наук Олег Комаров.

То есть тотальное вредительство. Наладить — в смысле восстановить — производство велосипедов в нашей стране несложно, всё для этого есть. В той же Белоруссии их успешно делают и везут к нам — Минский велозавод процветает. Но у нас нет желания властей предержащих что-либо в стране производить. В принципе. Наоборот, оставшиеся заводы уничтожаются.

Проблема отнюдь не в нашем народе, не в отсутствии у него трудолюбия, образованности и не в растущих не оттуда руках. Тут всё нормально или исправимо. Деньги тоже есть, много. Проблема иная, и её нужно срочно решать. А то Россия уже практически в каменном веке — нет велосипедов. Дальше уже некуда.