На ликвидацию экологической катастрофы в Бурятии не могут найти деньги
Власти Бурятии не могут найти денег, чтобы провести новые проектные изыскания и решить давнюю экологическую проблему. 25 лет жители моногорода Закаменск на окраине республики живут в зоне катастрофы. После закрытия градообразующего предприятия по добыче вольфрама и молибдена в конце 90-х годов сотни людей остались без работы, а 45 миллионов тонн отходов, которые относятся к разным классам опасности, так и остались лежать в городе. Согласно российскому законодательству государство должно ликвидировать накопленный экологический ущерб, но проблему чиновники не решают. Из-за этого природе нанесен непоправимый ущерб, а закаменцы стали чаще болеть и умирать. Подробности у Марка Подберезина.
Река в Закаменске, это в Республике Бурятия, Мэргэн Шоно этим летом белого цвета. Год назад жители тоже уже видели такие изменения. А в 2019-ом другая река Модонкуль окрасилась в ярко-оранжевый. Пробы, взятые санитарными врачами, показали экстремально высокое загрязнение кадмием и марганцем. Реки отравляют рудничные, штольневые, карьерные и подотвальные воды. В этих водоемах уже давно никто не купается и не рыбачит.
«Рыбу в Модонкуле вы не ловите? Нету. Она умерла? Так она сюда и не заходит из-за этой воды. Раньше много рыбы было! Заходила часто», – говорит Андрей Герман, проходчик вольфрамово-молибденового комбината.
Закаменск, по мнению ученых геологического института Сибирского отделения Российской академии наук, является самой неблагополучной частью Байкальской природной территории. Джидинский вольфрамо-молибденовый комбинат, который тут построили в 30-х годах прошлого века, отравлял и до сих пор отравляет воду, почву и воздух. Основной источник загрязнения в городе – техногенные пески. Всего за период работы предприятия образовалось 45 миллионов тонн таких отходов, которые захоранивали на территории города.
«Эти почвы – верхний слой — накопили в себе огромное количество вредных веществ. Это цинк, свинец. мышьяк и кадмий – элементы первого класса опасности. Они накоплены. И сейчас, так как они попали в зону гипергенеза – то есть доступа кислорода, начался интенсивный переход валовых форм в подвижные формы этих элементов. Они опадают в растения, растения по цепочке попадают в животных, оттуда с молоком и мясом — к человеку», – объясняет Светлана Дорошкевич, ученый секретарь геологического института СО РАН, старший научный сотрудник лаборатории гидрогеологии и геоэкологии.
После закрытия комбината по добычи вольфрама и молибдена в середине 90-х власти стали предпринимать попытки ликвидировать накопленные отходы. В 2011 году из федерального бюджета выделили 500 миллионов рублей, это почти 8,5 миллионов долларов по нынешнему курсу. Их освоила компания АО «Закаменск». Ее специалисты вывезли 3 миллиона тонн токсичных песков, но экологическая ситуация не улучшилась. Позже компания еще несколько раз осваивала миллиарды бюджетных рублей, но проведенная рекультивация, по мнению ученых, была сделана плохо – высаженные здесь деревья не прижились, началась эрозия почв, старые здания фабрики не разобрали, очистные сооружения не построили.
«Можете ли вы сказать, что Закаменск — это зона экологического бедствия в Бурятии? Я уверен, что это зона экологического бедствия. С водой как проблема была так она и осталась. Ничего не изменилось. Рекультивация не затронула водные объекты», – говорит Алексей Плюснин, заведующий лабораторией гидрогеологии и геоэкологии геологического института СО РАН, доктор геолого-минералогических наук.
В 2020-ом на защиту экологии Бурятии встала даже профильная прокуратура и подала иск в суд, который обязал министерство природы региона до конца 2022-ого года выполнить все работы по ликвидации опасных отходов. Но денег в бюджете республики на это нет.
«Мы сейчас подготовили техническое задание. Предварительно проговаривала с некоторыми проектировщиками. Все понимают, что это сложный объект. Понятно, что один проектировщик это не сделает, нужно собирать группу. А это увеличивает финансовые средства. Вы прикинули сколько это? Только проект будет стоить порядка ста миллионов рублей. Официальных данных пока у меня нет. Только запросим коммерческие предложения. А дальше будет битва за финансовые средства», – говорит Наталья Тумуреева, временно исполняющая обязанности министра природных ресурсов и экологии Республики Бурятия.
Пока чиновники ищут средства на разработку проекта, жители Закаменска продолжают болеть и умирать в том числе из-за неблагополучной экологической обстановки в городе. Две группы ученых — в 2005 году из Ангарска и 2015 году из Перми — доказали связь между болезнями органов дыхания, пищеварения, эндокринной системы, почек, костно-мышечной системы с длительным хранением отходов Джидинского вольфрамо-молибденового комбината в жилой застройке. Получить квалифицированную медицинскую помощь жители Бурятии не могут. Узких специалистов не хватает, высокотехнологичные исследования в моногороде не делают, а год назад из центральной районной больницы Закаменска уволилось сразу 13 врачей. Их места вакантны до сих пор.
Марк Подберезин, Анна Зуева, Республика Бурятия, РФ belsat.eu